Автономов А.С., Бондарь Н.С. и др. Конституция Российской Федерации. Проблемный комментарий - файл n1.doc

Автономов А.С., Бондарь Н.С. и др. Конституция Российской Федерации. Проблемный комментарий
скачать (2096.5 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc2097kb.06.11.2012 09:49скачать

n1.doc

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   34

ями"25. И если суд, разрешающий спор, признает конкрет-

ный  принцип  или норму международного права входящей в

правовую систему РФ в силу ч.4 ст. 15 Конституции, юри-

дическая  сила  этого  принципа  или  нормы должна быть

идентичной силе ратифицированных международных  догово-

ров РФ. Кроме того, поправки к главам 3-8 Конституции и

нормативные акты,  обозначенные в пунктах 4-10,  должны

приниматься  (международные  договоры  - заключаться) с

учетом общепризнанных принципов и  норм  международного

права.  С другой стороны,  из смысла ст. 15 Конституции

не вытекает, что общепризнанные принципы и нормы между-

народного  права  обладают  приоритетом  по отношению к

противоречащим им внутренним правовым актам; в доктрине

такая позиция считается обоснованной,  поскольку общеп-

ризнанные принципы и нормы,  как правило,  носят весьма

абстрактный характер,  их точное нормативное содержание

вызывает споры даже среди специалистов по международно-

му праву и т.п.26.  Даже в сфере регулирования прав че-

ловека,  которые гарантируются  Конституцией  "согласно

общепризнанным принципам и нормам международного права"

(ч.1 ст.  17) и в соответствии с ч.1 ст.55,  в  которой

говорится о других общепризнанных правах и свободах че-

ловека и гражданина,  конкретные другие права и свободы

(из  числа "общепризнанных принципов и норм международ-

ного права") должны быть сначала признаны "общепризнан-

ными" в России.  Следовательно, конкретные другие права

и свободы приобретут приоритет по отношению к законода-

тельству, поскольку, например, Конституционный Суд РФ

 

   24 В задачу данного Комментария не входит объяснение

содержания общепризнанных принципов и норм  международ-

ного  нрава.  Достаточно  указать,  что  они признаются

большинством государств,  а главное,  для России, как и

для  любой другой страны,  общепризнанными являются те,

которые признаются таковыми в самой  России  (подробнее

см.:  Даниленко Г.М. Применение международного нрава во

внутренней правовой системе России:  практика Конститу-

ционного  Суда  //  Государство  и  право.  1995.  ь11.

С.115-125; Поленина С.В. Указ. соч. С.28-41).         

   25 Конституция Российской Федерации:  Научно-практи-

ческий комментарий. С. 159.                           

   26 Конституция Российской Федерации:  Научно-практи-

ческий комментарий.  С.161-162 (автор раздела - Г.М.Да-

         ниленко).                                             

                                                      

                                                      

признает их гарантированными наравне с перечисленными в

Конституции (см. 1.3.1.2.).                           

   В ч.4 ст.  15 Конституции международные договоры  РФ

поставлены  в иерархии российской правовой системы выше

закона.  При этом не названо условие  ратификации  этих

договоров Федеральным Собранием.  На первый взгляд, это

может породить коллизию закона и межправительственных и

межведомственных  договоров,  которые должны иметь силу

подзаконного акта, если они не ратифицированы законода-

телем. Высказывается мнение, что эта коллизия не устра-

няется требованием ст. 14 Федерального закона "О между-

народных договорах Российской Федерации" - обязательной

ратификации договоров, исполнение которых требует изме-

нения  законов,  а  также устанавливающих иные правила,

чем предусмотренные законом, так как выявление противо-

речия  между законом и договором остается на усмотрении

органов исполнительной власти,  заключающих  договор27.

Однако  здесь  нет конституционно-правовой проблемы.  В

случае возникновения спора о праве по поводу применения

нератифицированного международного договора,  положения

которого оказались противоречащими закону,  суд  должен

применять закон до тех пор, пока договор не ратифициро-

ван.                                                  

   Соотношение юридической силы федеральных конституци-

онных  законов  и  международных договоров РФ несколько

проблематично. Если положения еще не вступившего в силу

договора  представляются  противоречащими  федеральному

конституционному  закону,  то  Конституционный  Суд  РФ

вправе  признать их неконституционными,  подтвердив тем

самым толкование Конституции, положенное в основу феде-

рального  конституционного закона.  Но если федеральный

конституционный закон (в частности,  поправка к  такому

закону)  принимается после вступления в силу (ратифици-

рованного) договора, то этот закон не должен противоре-

чить договору, так как конституционность последнего уже

не может быть предметом рассмотрения в  Конституционном

Суде (п."г" ч.2 ст.125 Конституции). Вместе с тем, если

такой закон будет принят в противоречие  ратифицирован-

ному  договору  и  Конституционный Суд подтвердит соот-

ветствие закона Конституции РФ,  то договор, если он не

может быть истолкован иначе, подлежит денонсации.     

   Федеративные отношения регулируются Конституцией,  а

также Федеративным и иными договорами  о  разграничении

предметов

                                            

   27 Поленина С. В. Указ. соч. С.34-35.              

                                                      

   ведения и полномочий (ч.З ст.  11 Конституции).  Эти

договоры не являются международными договорами в смысле

ч.4  ст.  15 Конституции.  Их юридическая сила не может

быть больше силы федеральных  законов,  принимаемых  по

вопросам ст.71 Конституции. Федеративные договоры приз-

ваны конкретизировать разграничение компетенции органов

государственной  власти  РФ  и субъектов РФ по вопросам

ст.72 Конституции (см.  3.5.2.).  Следовательно,  феде-

ральные  законы по вопросам ст.72 Конституции не должны

противоречить федеративным договорам. Однако федератив-

ные договоры,  подписанные со стороны органов государс-

твенной власти РФ только Президентом РФ, не могут иметь

обязательную  силу  для  федерального  законодателя,  и

здесь возникает проблема легитимации федеративных дого-

воров  палатами  Федерального  Собрания (см.  1.4.3.2.;

7.3.).

                                                

   1.3.3. СОЦИАЛЬНАЯ ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ

   1.3.3.1. Понятия социальной государственности и

социального правового государства

                       

   Принципу правового государства - формальному равенс-

тву и господству права в материальном смысле" -  про-

тиворечит  принцип социального государства - произволь-

ное перераспределение национального дохода в пользу со-

циально слабых.                                        

   В постиндустриальных  странах  сложилось  социальное

правовое государство, не только обеспечивающее господс-

тво права,  но и гарантирующее своим гражданам удовлет-

ворение социально-экономических  потребностей,  минимум

социальных  благ,  необходимый  для свободного развития

личности или хотя бы для существования,  не  унижающего

человеческое достоинство.                             

   Конституция РФ тоже утверждает:  "Российская Федера-

ция -социальное государство,  политика которого направ-

лена  на  создание  условий,  обеспечивающих  достойную

жизнь и свободное развитие человека" (ч.1 ст.7). Однако

это  объективно  невозможно,  и  это  необходимо объяс-

нить28.

                                               

   28 В сегодняшнем политическом дискурсе  в  России  с

необычайной легкостью выдвигаются популистские требова-

ния социальной государственности,  что сказывается даже

в практике Конституционного Суда РФ (см. 1.3.3.2.).   

                                                       

                                                      

Социальное правовое  государство  соответствует  именно

постиндустриальному обществу29. Это общество, объектив-

но  способное  обеспечить всеобщий высокий уровень пот-

ребления при сохранении высоких прибылей  собственников

средств производства. В таком обществе социальное регу-

лирование преимущественно по принципу  правового  (фор-

мального) равенства, без перераспределения национально-

го дохода в  пользу  социально  слабых,  становится  не

только  нецелесообразным в смысле экономического разви-

тия, но и опасным в общественно-политическом плане. Ли-

беральное (правовое) государство в этом обществе объек-

тивно уже не нужно ни социально сильным,  ни  социально

слабым. И складывается социальное правовое государство,

которое,  в ущерб правовому (формальному) равенству, но

при  его сохранении в принципе,  признает и гарантирует

своей реальной политикой привилегии для социально  сла-

бых,   или  "права  человека  второго  поколения"  (см.

2.4.1.).  Эти привилегии становятся возможными на опре-

деленном уровне социально-экономического развития в ре-

зультате деятельности определенных политических элит. В

этом  их  сущностное  отличие от "прав человека первого

поколения" - естественных и неотчуждаемых прав  и  сво-

бод.  Права первого поколения объективно складываются в

индустриальном обществе,  а затем уже формируется либе-

ральное (правовое) государство,  соблюдающее и защищаю-

щее эти права и свободы.  Наоборот, в процессе формиро-

вания  постиндустриального общества сначала государство

решает задачи по перераспределению национального  дохо-

да, а уже затем констатируется факт, что в результате

 

   29 В постиндустриальном обществе,  во-первых, эффек-

тивность производства становится качественно более  вы-

сокой,  а национальный доход - достаточным для удовлет-

ворения  постоянно  растущих  потребностей  практически

всех  членов  общества  (возникает  "общество потребле-

ния").  Во-вторых, качественно большая, чем в индустри-

альном обществе, часть членов общества реально исключа-

ется из процесса производства и потенциально - из сферы

экономической  активности вообще (постепенно значитель-

ная часть малоквалифицированной рабочей силы перетекает

в сферу услуг).  Между первым и вторым результатами пе-

рехода к постиндустриальному развитию существует проти-

воречие.  Второй сдерживает развитие производства,  так

как наращивать производство при  отсутствии  доходов  у

все большей части населения бессмысленно - некому поку-

пать производимую продукцию. Кроме того, рост числа лю-

дей, выключенных из сферы экономической активности, оз-

начает рост люмпенских маргинальных  слоев,  угрожающих

уничтожить такое возникающее общество,  в котором им не

находится места.  Происходят кризисы перепроизводства и

жестко подавляемые государством массовые акции протеста

(например,  в 20-30-е годы в США  и  Западной  Европе).

Между  тем  опыт большевистской России показывает,  чем

может обернуться возникновение в  обществе  критической

   массы маргинальных люмпенских слоев.                  

                                                      

   социальной деятельности   государства   складывается

система защищаемых законами интересов социально  слабых

членов общества,  т.е. возникают "права второго поколе-

ния".                                                  

   Это "права",  производные от деятельности  государс-

тва,  т.е. октроированные, а не естественные и неотчуж-

даемые.  Это "права" в кавычках, так как в действитель-

ности  большинство  из них суть не права,  а привилегии

(льготы и  преимущества)  социально  слабых.  Например,

"право на жилище" означает,  прежде всего, что малоиму-

щим,  нуждающимся в жилище,  оно предоставляется  госу-

дарством  бесплатно  или  за доступную плату (ч.З ст.40

Конституции). Другие же члены общества сами приобретают

жилище за реальную справедливую цену. Но для того, что-

бы одни получали жилище бесплатно, государство должно у

других отнять в виде налогов часть имущества.  Подобные

привилегии социально слабых означают,  что  общество  в

социальном  правовом государстве делится на тех,  в чью

пользу перераспределяется национальный доход, и тех, за

чей  счет он перераспределяется.  Поэтому принцип соци-

альной государственности -  это  несправедливость,  или

уравниловка.                                           

   Конечно, нет  ничего дурного в заблаговременной ори-

ентации на социальную государственность  в  посттотали-

тарной России.  Однако проблема заключается в том,  что

Россия сначала должна пройти путь социально-экономичес-

кого развития, ориентированный на капитализм и рыночную

экономику, т.е. такой период индустриального роста, ко-

торый предполагает не социальную, а преимущественно ли-

беральную государственность.  Поэтому в стране, где нет

традиций  частной  собственности,  не развиты механизмы

саморегулирования гражданского общества и не предвидит-

ся никакого "экономического чуда",  государственный ин-

тервенционизм (точнее,  стремление бюрократии  распоря-

жаться  чужой собственностью) вряд ли приведет к всеоб-

щему благоденствию,  зато существенно затормозит эконо-

мический рост.  В современной России формально, в соот-

ветствии с ч.2 ст.  7 Конституции,  "охраняются труд  и

здоровье  людей"  (правда,  охраняются плохо,  особенно

здоровье,  по причине отсутствия средств на здравоохра-

нение),  "устанавливается  гарантированный  минимальный

размер оплаты труда" (но прожить на минимальную зарпла-

ту невозможно - см. 2.4.5.1.), "развивается система со-

циальных служб" (в ч.2 ст.7 не уточняется, в каком нап-

равлении должна развиваться эта система) и т.д. Так что

положения ст.7 Конституции в  обозримом  будущем  будут

оставаться фикцией.                                   

Наконец, не бывает просто социального государства.  Со-

циальным может стать только уже  правовое  государство,

т.е.  такое,  в  котором механизмы господства права уже

развиты настолько, что они способны удержать "перерасп-

ределительный  произвол"  власти  в жестких рамках,  не

дать социальному началу государственности навредить  ее

правовому  началу30.  Возможно лишь социальное правовое

государство,  в котором допускается не вредное для пра-

вового начала уравнительное социальное регулирование. В

социальном правовом государстве индивид,  прежде всего,

рассматривается как автономный субъект, сам несущий от-

ветственность за последствия своей социальной активнос-

ти;  государство  гарантирует индивиду,  оказавшемуся в

невыгодном положении,  лишь  некий  минимум  социальных

благ  -  постольку поскольку обеспечение этого минимума

не вредит гарантиям свободы,  безопасности и  собствен-

ности. Здесь решение социальных задач признается невоз-

можным за счет чрезмерного налогообложения,  сдерживаю-

щего экономический рост.

                              

   1.3.3.2. Конституционный  Суд РФ о принципе

социальной государственности

                                

   Конституционный Суд РФ в Постановлении от  4  апреля

1996 г. №9-П (см. 2.2.4.4.)31 сослался на принцип соци-

альной  государственности:  в  социальном   государстве

нельзя  требовать  от граждан,  имущественное положение

которых различно, уплачивать налоги и сборы в равном (в

абсолютном  исчислении)  размере,  ибо это противоречит

принципам равенства и справедливости. "Установление на-

логов и сборов в отсутствие каких-либо ограничений про-

тиворечило бы провозглашенным в  статье  7  Конституции

Российской Федерации целям социального государства, по-

литика которого должна быть направлена на создание  ус-

ловий,  обеспечивающих достойную жизнь и свободное раз-

витие человека" (абз.5 п.5 мотивировочной части  Поста-

новления).                                            

   Рассмотрев вопрос о конституционности установленного

Законом города Москвы от 14 сентября 1994  г.  сбора  в

500-кратном раз-

                                                      

   30 См.:  Теория  права  и  государства  /  Под  ред.

Г.Н.Манова. М., 1995. С.272-274.                      

   31 Постановление Конституционного Суда РФ от 4 апре-

ля  1996  г.  по делу о проверке конституционности ряда

нормативных актов города Москвы и  Московской  области,

Ставропольского края,  Воронежской области и города Во-

ронежа,  регламентирующих порядок регистрации  граждан,

   прибывающих на постоянное жительство в названные регионы.

                                                  

                                                       

   мере минимальной месячной оплаты труда,  который уп-

лачивали граждане,  прибывающие на жительство в г.Моск-

ву,  Конституционный Суд указал на чрезмерность его ве-

личины  и  необходимость дифференцированности подобного

рода налогов и сборов  в  социальном  государстве  (см.

2.2.4.4.).  По мнению Конституционного Суда,  законода-

тель, регулируя налогообложение, должен учитывать такие

конституционные принципы, как принцип равенства (статья

19, часть 1) и принцип соразмерного конституционно зна-

чимым целям ограничения прав и свобод (статья 55, часть

3).  "В целях обеспечения регулирования налогообложения

в  соответствии  с  Конституцией  Российской  Федерации

принцип равенства требует учета фактической способности

к уплате налога,  исходя из правовых принципов справед-

ливости и соразмерности. Принцип равенства в социальном

государстве в отношении обязанности платить законно ус-

тановленные налоги и сборы (статьи 6  (часть  2)  и  57

Конституции Российской Федерации) предполагает, что ра-

венство должно  достигаться  посредством  справедливого

перераспределения  доходов  и  дифференциации налогов и

сборов.                                               

   Между тем статья 2 Закона города Москвы от  14  сен-

тября 1994 г.  не учитывает финансового потенциала раз-

личных налогоплательщиков  и  фактически  устанавливает

подушную систему налогообложения, что при чрезмерно вы-

соком налоге означает взыскание существенно большей до-

ли из имущества неимущих или малоимущих граждан и мень-

шей доли - из имущества  более  состоятельных  граждан"

(абз.2 и 3 п.5 мотивировочной части Постановления).   

   Таким образом,  Конституционный  Суд  РФ справедливо

полагает,  что принцип социального  государства  -  это

уравниловка,  т.е. применение разного масштаба к лицам,

находящимся в разном имущественном положении,  с  целью

уравнять их в имущественном отношении ("перераспределе-

ние доходов").  Этот принцип являет собой прямую проти-

воположность принципу правового государства - правовому

(формальному) равенству,  т.е. равенству индивидов в их

свободе,  равенству  их  общих  правовых  статусов (см.

1.3.2.1.),  что подчеркнул судья Конституционного  Суда

РФ  М.В.Баглай  в  особом  мнении  по данному делу (см.

2.2.4.4.).                                             

   Однако обоснование уравнительной политики социально-

го государства конституционным принципом равенства, ко-

торый в социальном государстве, по мнению Конституцион-

ного Суда,  требует справедливого перераспределения до-

ходов, не выдерживает никакой критики. Во-первых, ссыл-

ки в Постановлении Конституционного                   

Суда на положения статей 6,  19 и 57 Конституции предс-

тавляются неуместными, поскольку эти положения не имеют

отношения к принципу социального государства. Статья 57

устанавливает обязанность каждого платить законно уста-

новленные  налоги и сборы,  ч.2 статьи 6 устанавливает,

что каждый гражданин РФ обладает на ее территории всеми

правами и свободами и несет равные обязанности, предус-

мотренные Конституцией, а ч.1 статьи 19 - что все равны

перед  законом  и судом.  Отсюда можно вывести лишь то,

что если закон будет  устанавливать  дифференцированные

сборы,  размер которых будет увязываться с доходами, то

все без исключения лица с разными доходами  будут  пла-

тить сборы соразмерно их доходам; а если закон устанав-

ливает одинаковый для всех размер сбора,  то  все,  кто

обязан его платить, без исключения должны платить его в

одинаковом размере.                                   

   Во-вторых, требование  дифференцированности  сборов,

подобных  сбору с граждан,  прибывающих на жительство в

г.Москву,  не вытекает и из содержания ст.  7 Конститу-

ции,  определяющей задачи социального государства.  Для

выполнения таких задач,  перечисленных в ст. 7, как го-

сударственная поддержка семьи, материнства, отцовства и

детства, инвалидов и пожилых граждан, выплата государс-

твенных пенсий, пособий, а также для финансирования го-

сударственных жилищных фондов,  государственных  систем

здравоохранения и образования, государственных экологи-

ческих программ и содействия развитию  культуры,  дейс-

твительно,  необходима  дифференцированная (прогрессив-

ная) шкала подоходного налога.  Но требование дифферен-

цированности нельзя распространять на все остальные ви-

ды налогов и, тем более, сборы (это обстоятельство под-

черкивается  в особом мнении судьи М.В.Баглая).  В про-

тивном случае получится,  что в  сфере  налогообложения

законодатель  руководствуется только принципом социаль-

ного государства,  отвергая принцип правового государс-

тва, провозглашенный в первой статье Конституции.     

   Принцип правового  государства  требует  формального

равенства в сфере налогообложения, а принцип социально-

го  государства требует дифференцированного (неравного)

распределения налогового бремени.  Их сочетание в соци-

альном  правовом  государстве  достигается  применением

прогрессивной шкалы подоходного налога и  установлением

налогов на имущество (в частности,  на наследство), что

следует рассматривать как исключение из общего  правила

-применения одинакового масштаба к лицам, находящимся в

разном имущественном положении. За исключением подоход-

ного налога и налогов на имущество, законодателя вообще

не должен интересовать вопрос о доходах и имущественном

положении физических лиц, обязанных платить законно ус-

тановленные налоги и сборы. В социальном правовом госу-

дарстве  уравнительное  начало  (вопреки  мнению  судей

Конституционного Суда,  уравниловка - это  несправедли-

вость)  не  должно существенно вредить правовому началу

государственности, т.е. формальному равенству, справед-

ливости.

                                              

   1.3.4. ЕДИНСТВО ЭКОНОМИЧЕСКОГО ПРОСТРАНСТВА 

И СВОБОДА ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

                        

   Положения ч.1 ст. 8 Конституции конкретизируют поня-

тие  экономической  свободы.  При  этом подразумевается

право частной собственности, и ч.2 ст. 8 гарантирует ее

признание  и защиту наравне с другими формами собствен-

ности (см. 1.3.5.).                                    

   Во-первых, поскольку Российская Федерация - это  од-

но, хотя и федеративное, государство, ч.1 ст. 8 Консти-

туции гарантирует всеобщую и равную для  всех  экономи-

ческую свободу на всей территории России:  "...гаранти-

руются единство экономического пространства,  свободное

перемещение товаров, услуг и финансовых средств". Отсю-

да вытекает, что гражданское (также предпринимательское

или торговое и т.п.) законодательство находится в веде-

нии Федерации (п.  "о" ст.71 Конституции), а установле-

ние  общих принципов налогообложения и сборов в России,

находящееся в совместном ведении Федерации и ее субъек-

тов (п."и" ч.1 ст.72 Конституции), следует понимать как

задачу федерального законодателя (см.  3.6.).  Примени-

тельно  к  местному самоуправлению недопустимо введение

местных налогов и сборов,  которое могло бы  ограничить

свободное перемещение товаров, услуг, финансовых средс-

тв в пределах единого экономического пространства  (см.

5.5.1.).                                              

   В контексте  признания  неконституционным  законода-

тельства субъектов РФ, ограничивающего основные права и

свободы граждан,  Конституционный Суд РФ признал гаран-

тированным Конституцией основное  право  свободно  и  в

полном  объеме пользоваться и распоряжаться имуществом,

свободно перемещать товары,  услуги и финансовые средс-

тва  (абз.14  п.3  мотивировочной  части  Постановления

Конституционного Суда РФ от 4 апреля 1996 г.  №9-П -см.

1.3.3.2.). Такое право не сформулировано в тексте Конс-

титуции,  и в данном случае Конституционный Суд признал

его одним из                                          

основных прав  в  соответствии с положением ч.1 ст.  55

Конституции (см. 1.3.1.2.).                           

   Вместе с тем, политическая реальность посттоталитар-

ной  России  препятствует формированию единого экономи-

ческого пространства (см. 1.3.5.).                    

   Во-вторых, ч.1 ст.8 гарантирует свободу  экономичес-

кой  деятельности  и (государственную) поддержку конку-

ренции.  Тем самым как бы провозглашается цель экономи-

ческой политики государства -формирование рыночной эко-

номики.  В ч.1 ст.34 Конституции свобода  экономической

деятельности  раскрывается как право каждого на свобод-

ное использование своих способностей  и  имущества  для

предпринимательской  и иной не запрещенной законом эко-

номической деятельности (см.  2.4.2.5.).  Согласно  ч.2

ст.34, "не допускается экономическая деятельность, нап-

равленная на монополизацию и недобросовестную конкурен-

цию".  Ограничение  монополизма  в экономике и создание

условий,  препятствующих недобросовестной  конкуренции,

обеспечивается антимонопольным законодательством, кото-

рое развивается в России после принятия Закона РСФСР от

22  марта 1991 г.  "О конкуренции и ограничении монопо-

листической деятельности на товарных рынках"32.       

   Однако проблема заключается в том,  что в ч.2  ст.34

имеются  в виду монополизм и недобросовестная конкурен-

ция как явления, возникающие в условиях развитого (бур-

жуазного) гражданского общества, на определенной стадии

развития рыночной экономики,  когда свободный рынок как

механизм саморегулирования гражданского общества исчер-

пывает свои возможности и может перейти в свою противо-

положность, если не будет создан государственно регули-

руемый рынок.  В посттоталитарной России нет ничего по-

добного  и  в  обозримом  будущем не предвидится.  Пока

складываются по существу добуржуазные,  социально-исто-

рически  неразвитые формы экономики,  в которых исходно

ведущую роль играет государство, аппарат исполнительной

власти,  т.е.  в посттоталитарном развитии еще не прои-

зошло обособление сфер гражданского  общества  и  госу-

дарства (см. 1.3.5.). В таких условиях монополизм и не-

добросовестная конкуренция являются неизбежным и  зако-

номерным  результатом государственной экономической по-

литики вообще и деятельности определенных групп, входя-

щих в правящие (в центре и

                            

   32 См.: Комментарии к Конституции Российской Федера-

ции / Отв.  ред.  Л.А.Окуньков.  Изд.  2-е.  С.147-149;

Конституция  Российской Федерации:  Научно-практический

Комментарий. С.127-128, 259-260.

                      

   на местах) политические  (точнее,  политико-экономи-

ческие)  элиты и при этом неотделимых от новой российс-

кой финансово-промышленной олигархии.                 

   По той же причине повисает в воздухе провозглашенная

в ч.1 ст. 8 Конституции задача государственной поддерж-
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   34


Учебный материал
© bib.convdocs.org
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации