Зотов В.Д.(ред.) Актуальные проблемы политологии - файл n1.doc

Зотов В.Д.(ред.) Актуальные проблемы политологии
скачать (240.6 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc1367kb.15.06.2010 12:17скачать

n1.doc

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15

АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ПОЛИТИЧЕСКОГО ЛИДЕРСТВА
(НА ПРИМЕРЕ В.В. ПУТИНА)


Политическое лидерство – актуальная тема политологии, важнейшая составная часть современного политического процесса. Научно-теоретическая и практическая значимость и актуальность данной проблемы намного возросла в связи с приходом на политический Олимп второго Президента РФ В.В.Путина. Персонифицированная оценка политического лидерства в современной России может быть несколько эмоционально, но точно, по смыслу переживаемого момента, выражена вопросом: Путин делает ситуацию или ситуация делает Путина? (См.: http://www.smi.ru./2000/03/29/954339111.html). Ответ на этот вопрос требует серьезного анализа современного политического процесса, роли и значения его конкретных политических устроителей и его самого деятельного – Президента РФ.

В теоретическом плане политическое лидерство в контексте президентства В.В. Путина вновь поднимает так и не решенный в научной литературе вопрос о роли личности в истории, о границах и возможностях влияния политических деятелей на исторический процесс. Это видно уже из очередной волны актуализации обозначенной проблемы, то есть проблемы выяснения “ситуация делает политика или он ситуацию”. Теоретическая неразрешенность и запутанность оценок в исследовательской литературе этого вопроса оставляет место для дальнейшей его проработки, но заметны новые веяния в этом направлении, которые представлены, например, гипотезой “планируемой истории” А. Зиновьева. Согласно этой гипотезы “мы живем в эпоху планируемой истории”, эпоху беспрецедентно возросшей роли политических деятелей в конструировании социальных и политических систем и изменения качества их участия в историческом процессе. Если принять, разумеется, небесспорную, но имеющую под собой рациональную основу концепцию в качестве рабочей модели для оценки института президентства РФ, его конкретного исполнителя, если учесть особенности российской политической традиции по отношению к высшим политическим деятелям, то многое в политическом лидерстве В.В.Путина приобретает аксиологическое и эмпирическое значение.

В аналитической литературе, в СМИ дается предварительный анализ того, как и почему именно В.В. Путину удалось выдвинуться на лидирующие политические позиции, его политических пристрастий и убеждений. Изучается его жизненный путь, личные качества, характер, деловая и политическая карьера, своеобразие политического имиджа, контакты, отношения, связи с политической элитой, партиями и движениями федерального и регионального уровня. При наличии значительного материала по указанной проблеме, на наш взгляд, нет работ анализирующих, с одной стороны, политический и социальный фон, в который погружен В.В. Путин, содержание общественного и элитно-группового сознания, подходы, методы и способы, применяемые аналитическим цехом к В.В. Путину как человеку и политику. С другой – тенденции политической деятельности самого В.В. Путина в контексте политического лидерства в такой уникальной в этом аспекте стране, как Россия, [c.13] эволюцию его политических взглядов, наконец, реальных и мнимых возможностей такой политической фигуры в современном политическом процессе.

Успех Владимира Путина как государственного деятеля, как политика и как человека удивил многих наблюдателей. Некоторых вовлеченных в политику или в бизнес людей этот успех напугал. По мнению политолога А. Цуладзе, Путин – это даже не политик, а “энергичный новичок из чиновников второго плана, выдвижение которого стало возможным только потому, что Ельцин и его режим исчерпали в своей кадровой политике весь запас политических “звезд”. Цуладзе считает, что “главной причиной успеха этой новой генерации ельцинских выдвиженцев является их исполнительность, высокая работоспособность, мертвая хватка, отсутствие каких-либо идеологических установок, прагматизм и жесткость”. Это вполне возможно, но чиновник второго плана, назначенный премьером, если у него нет больших внутренних ресурсов, соответствующих способностей, станет всего лишь чиновником первого плана. Это и произошло с Черномырдиным, Кириенко или Степашиным, но не случилось с Путиным. С.Пархоменко из “Итогов” писал: “Одна из фундаментальных аксиом мирового политического процесса, непреложность, которой подтверждена опытом двух с лишним столетий развития демократических режимов Старого и Нового Света, состоит в том, что сделать из вчерашнего серого чиновника сегодняшнего всенародного лидера нельзя. А громоздить одну на другую попытки опровергнуть это правило – не только ошибочно, но и преступно. Потому что случайные люди вообще не становятся президентами великих стран. Или Россия – страна недостаточно великая?” Возвращаясь после победы Путина на выборах 26 марта к этой своей мысли, С.Пархоменко вовсе не пытается признать свое заблуждение по отношению к Путину. Нет, автор начинает доказывать теперь, что своим ошибочным выбором Россия показала, что она действительно страна “недостаточно великая” и поэтому не может считаться “полноправным членом “взрослых” мировых держав”.

Предложенный тезис о возможностях “серых чиновников” отнюдь не является какой-то “фундаментальной аксиомой мирового политического процесса”. Во многих странах и Старого и Нового Света демократические режимы приходили на смену авторитарным или даже тоталитарным режимам, в которых все, кроме одного-двух лидеров, превращались в “серых чиновников”, в “винтики”. Но после крушения тоталитарного режима в стране многие из этих чиновников получали такие возможности для выдвижения и проявления своей личности, каких у них никогда ранее не было. И среди многих действительно серых и незначительных, но случайно возвысившихся людей могли оказаться и выдающиеся личности, о чем свидетельствует, например, история Германии. Стремительная политическая карьера В.В. Путина указывает на один неоспоримый факт: у него обнаружились очень большие резервы личных способностей и невостребованных ранее, в иную социально-политическую и нравственно-этическую эпоху, дарований и качеств крупного национального лидера.

Владимир Путин не любит много обещать, но всегда держит слово. Он умеет доводить до конца любое дело, даже самое неприятное. Он жесток и решителен в достижении цели, но не конфликтен, и не любит открытых ссор. Успеха достигает не прямым противостоянием, а путем маневра. У Путина стальные [c.14] нервы, он хороший организатор и сам предельно собран и организован. В. Путин очень осторожен и не любит принимать быстрых решений. Поэтому его трудно подставить. Но там, где это необходимо, он может принимать молниеносные решения. Его ответы бывают быстрыми и неожиданными.

Еще в феврале 2000 г. группа психологов по просьбе газеты “Известия” попыталась нарисовать психологический портрет В. Путина. В их итоговой характеристике сказано: “Путин относится к прагматически мыслящим интровертам, принимающим решения с опорой на логику и организующим работу наиболее рациональным способом. Это человек серьезный, здравомыслящий, с чувством ответственности. На таких людях держится общество: они честно выполняют свои обязательства и держат слово. Обладают способностью сосредоточиться, организовать дело надежно, довести до конца. Отличаются четкими продуманными взглядами, их трудно отвлечь в сторону и зародить сомнения. По общей совокупности качеств людей, подобных Путину, до сих пор не было в высшем эшелоне власти России, но сегодня именно такого человека хотело видеть во главе государства российское общество, и он соответствует желаниям и ожиданиям населения страны”.

В. Путина отличает высокий уровень его способностей и интеллекта. Однако некоторые из его недоброжелателей, придирчиво разбирая статьи, выступления, интервью и особенно книгу “От первого лица. Разговоры с Владимиром Путиным”, упрекают В. Путина в недостатке эрудиции, в мелких неточностях, в недостатке литературного, музыкального или дипломатического образования.

Для политиков, которые имеют дело с В. Путиным или с Россией, было бы очень опрометчиво исходить из оценок журнала “Итоги” и полагать, что перед ними средний и серый человек, ибо Путин уже ясно показал всем свои качества сильной личности. Его отличает умение принимать трудные решения и при этом брать на себя всю ответственность, чего избегали так часто не только Б.Ельцин, но и М.Горбачев. При опросах среди избирателей в начале 2000 г. В. Путин уступил Е.Примакову в таких номинациях, как “осведомленность в вопросах внешней политики”, “осведомленность в проблемах страны”, “способность к планированию” и “внимание к мелочам”. Г.Явлинский обогнал других кандидатов на должность Президента по “осведомленности в экономических вопросах”. Но В. Путин явно выиграл у всех по таким номинациям, как “упорство”, “целеустремленность”, “смелость и решительность”, “собранность в критических ситуациях”, “готовность к неожиданностям”. В итоге Путин получил самые большие оценки как человек, “способный управлять государством”. Е.Примаков занял в этой номинации лишь второе место, а Г.Зюганов и Г.Явлинский уступили В.Черномырдину.

Очень трудно судить относительно нравственных качеств Владимира Путина как государственного деятеля. Люди, которые претендуют на то, что хорошо знают Путина, дают ему нередко очень различные оценки: “он стопроцентно надежен”, “совершенно циничен”, “он сострадателен и человечен”, “он абсолютно безжалостен” и т. д. При этом в подтверждение тех или иных оценок приводятся как разного рода житейские истории, так и разного рода решения и действия Путина в качестве главы государства. Решения и действия крупного государственного деятеля далеко не всегда могут диктоваться одними лишь требованиями элементарной нравственности: глава государства – это не глава [c.15] церкви. Известно, что и Ельцин и Горбачев, оказавшись в очень трудных ситуациях, нередко просто уклонялись от решения, перекладывая ответственность на других. Сохранение “чистых рук” для политика – не политическая, а этическая оценка роли политического деятеля.

Как полагают многие из политологов и социологов, всякий раз, когда в жизни общества или государства назревают серьезные перемены, на первый план выходит особая порода людей, которые отличаются от остальных ярко выраженными лидерскими качествами. Обычно это прекрасные ораторы, мастера слова и жеста. Это люди, которые обладают способностью подчинять своей воле других людей и привлекать особые симпатии своих сторонников и сограждан. Принято считать, что такие люди от рождения обладают неким особым свойством, которое и получило в литературе наименование “харизма”, – от греческого слова harisma – благодать. В католической теологии это понятие обозначало некий исключительный духовный дар, посланный Богом одному из смертных, но ради блага церкви. В политологии понятие харизмы было впервые подвергнуто анализу немецким социологом М. Вебером (1864-1920). “Харизмой, – писал Вебер, – следует называть качество личности, признаваемое необычайным, благодаря которому эта личность оценивается как одаренная сверхъестественными, сверхчеловеческими или, по меньшей мере, специфическими особыми силами и свойствами, недоступными другим людям. Как бы объективно правильно ни оценивалось соответствующее качество с этической, эстетической или иной точки зрения, это во многих случаях не важно. Важно одно – как оно фактически оценивается людьми, попавшими под влияние харизматического лидера, его приверженцами... Чистая харизма чужда экономике. Там, где она выступает, она организует “призвание” в эмоционально-напряженном смысле слова: как миссию или как внутреннюю задачу. Она остается скорее требованием, чем фактом”. Ф.Рузвельт, У.Черчилль, Ш. де Голль, Ф.Кастро, аятолла Хомейни, Р. Ганди, Мао Цзедун, И. Броз Тито, Н. Мандела – вот некоторые из харизматических лидеров в XX веке. В Советском Союзе харизматическими вождями были, несомненно, В.И.Ленин и И.В.Сталин. Ореол особого предназначения недолгое время окружал М.С.Горбачева, но никакой харизмы не было никогда у Л.И.Брежнева или К.У.Черненко. В начале 90-х годов несомненным харизматическим лидером был Б.Н.Ельцин. Как и все не слишком понятное или даже сверхъестественное, харизма может появляться и уходить неожиданно и для самого лидера, и для его недавних приверженцев. Интеллект, дар учителя, проповедника или пророка рождали духовных вождей, каждое слово которых почиталось как откровение. Но есть вожди, которых рождало не слово, а действие. Это люди, у которых обнаруживалась колоссальная внутренняя энергия, необычайная концентрация воли, решительность и неутомимость. Похоже, что именно такая огромная внутренняя энергия и неутомимость, а также призыв к возрождению и подъему России порождают сегодня особое отношение многих российских граждан к Владимиру Путину. Но харизма сама по себе не добродетель и не порок, она увеличивает возможности лидера, но не определяет направление и методы его деятельности. [c.16]

Воронина Т.В. Образ политического лидера в русском фольклоре // Актуальные проблемы политологии: Сборник научных работ студентов и аспирантов Российского университета дружбы народов. / Отв. ред.: д.ф.н., проф. В.Д. Зотов. – М.: МАКС Пресс, 2001. – С. 17–22.

Красным шрифтом в квадратных скобках обозначается конец текста на соответствующей странице печатного оригинала указанного издания

Воронина Т.В.

ОБРАЗ ПОЛИТИЧЕСКОГО ЛИДЕРА В РУССКОМ ФОЛЬКЛОРЕ

Комплекс русских народных сказок, пословиц и поговорок представляет бесценный материал для изучения отечественной политической культуры. В нем отражены архаические представления русского народа об идеальном политическом лидере, его чертах, образе действий. Можно выдвинуть предположение, что сказки, пословицы и поговорки имели наибольшее значение для формирования массового сознания именно в патриархально-крестьянской среде. Учитывая, что Россия долгое время оставалась аграрной страной, возможно условно считать эти представления характерными в целом для отечественной политической культуры с древнейших времен до конца XIX в. В последующие годы идеал политического лидера в общественном сознании эволюционировал, хотя отголоски фольклорного образа сохранились.

При изучении феноменов массового сознания следует учитывать К. Юнга об архетипах – коллективном бессознательном. Не вдаваясь в ее рассмотрение, следует заметить, что определенный пласт детского мировосприятия, не утрачиваемый по мере взросления, составляют сказки, в том числе и анализируемые ниже. В качестве источников использовались фольклорные единицы, составляющие микроскопическую часть богатейшего наследия народного творчества. Были отобраны те пословицы, поговорки и сказки, общеизвестность которых указывает на их живучесть и некоторую актуальность.

В статье предпринята попытка выяснить, какими чертами наделяет идеального политического лидера русский фольклор. Для анализа выбирались пословицы и сказки, в которых присутствует герой, находящийся у управления государством или потенциально готовый для этой роли (Цитирование пословиц дается по источнику: Даль В.И. Пословицы, поговорки и прибаутки русского народа. – Спб.,1997. Т.1).

Для политической культуры крестьянско-феодальной России были характерны созерцательность, мифотворчество, восприятие на эмоционально-чувственном уровне, знания-представления. Образ лидера, носителя власти, неизбежно должен был стать основным из компонентов ценностных ориентаций, составляющих политическую культуру России патриархальной. Этому способствовали такие факторы, как: корпоративность и иерархичность феодального общества на всех уровнях, (от внутрисемейного до общегосударственного), что создавало ориентированность на авторитет вышестоящего лица; идеология Российского государства, проводимая через церковь: царь – помазанник Божий; неразвитость политической коммуникации (огромная роль устного народного творчества); традиционность феодального уклада, вера в наличие неизменных основ; исторические условия России, способствовавшие укреплению верховной власти, которая ассоциировалась с ее носителем – политическим лидером.

Анализ фольклора показывает яркую картину цельного образа политического лидера, сформировавшегося в народном сознании под воздействием вышеперечисленных факторов. [c.17]

Целый комплекс пословиц связывает политическое лидерство (царя) с божественной волей: В патриархальном сознании царь – компонент мироздания, состоящего из сферы небесной и земной. Центр небесной сферы – Бог, земной – Царь. Между ними неразрывная связь подчинения и благодати, так как земное бытие подчинено небесному и по форме должно быть подобно ему: “Бог батька, государь – дядька”; “Что бог, то бог, а свята и воля царская”; “Царь от бога пристав”.

На царя возлагается моральное обязательство не противоречить божественным установлениям, так как противное может грозить небесной карой всему народу: “ За царское согрешение бог всю землю казнит, за угодность милует”, “Коли царь бога знает, бог и царя и народ знает”.

Таким образом, наличие носителя власти воспринимается как незыблемое, неземное правило. Есть царь, потому что существует мир. Отсюда следует, что в народном восприятии политический лидер изначально наделялся сверхъестественными чертами. Он обладал божественной благодатью, с ее помощью выполнял приписываемые ему функции. Но при этом царь и сам не должен противоречить христианским нормам поведения, так как он отвечает перед богом за свой народ. Таким образом, в фольклоре, хоть и в своеобразной форме, выразилась идея ответственности политического лидера за жизни людей.

В таких пословицах, как: “Без царя – земля вдова”, “Государь – батька, земля – матка”, нашло отражение не только господство патримониальных отношений феодализма, но и древнейшие отголоски культов плодородия, связывающих материальное благополучие людей с особыми взаимоотношениями между социальной властью и силами природы. Примечательно отождествление царя с солнцем (“Светит одно солнце на небе, а царь русский на земле”), что одновременно смыкается и с идеей плодородия, и с единичностью общего лидера, и с идеей вечности монархической власти.

Ряд пословиц содержит упоминание о царе как о структурообразующем первоначале: “Без бога свет не стоит, без царя земля не правится”, “Нельзя земле без царя стоять”.

Здесь политический лидер – гарант стабильности, воплощение законности и порядка. На него возлагается обязанность вершить суд, то есть выступать в роли верховного арбитра: “Правда божья, а суд царев”, “Карать да миловать – богу и царю”. Царь в народном сознании представляется надсоциальной силой, чьи решения неоспоримы абсолютно для всех: “Воля царя – закон”, “Не судима воля царская”, “Одному богу государь ответ держит”.

С одной стороны, это свидетельствует о явной незащищенности народа от властного произвола, но с другой – указывает на признание за политическим лидером права распоряжаться судьбами людей. Можно сделать вывод, что в народном сознании истинный лидер должен иметь общенациональный масштаб и быть непререкаемым авторитетом. Кроме того, небезынтересно утверждение: “Одному богу государь ответ держит”. По сути, оно выражает мысль о подчиненности деятельности политического лидера основному, хотя и юридически не закрепленному, христианскому закону. Этот закон един для всех православных, значит, существует общее моральное основание для взаимодействия и взаимооценки. Следовательно, власть царя оценивается с точки зрения [c.18] соответствия моральным нормам, общим для всех. Отсюда вывод, что по народным представлениям, политический лидер хотя и занимает особое положение, но при этом является частью общества, живущего по единым правилам.

Как судья-правитель в пословицах царь наделяется положительными чертами: он проницателен (“Царский глаз далече сигает”); справедлив (“Царь помилует, царь и пожалует”); милосерден (“Бог милостив, а царь жалостлив”). В подобных чертах просматривается народный христианский идеал политического лидера: он умеет разрешать спорные вопросы; у него для этого достаточно знаний и способностей; он руководствуется общими моральными категориями справедливости.

В пословицах отразилась и недоступность царя для основной массы желающих предстать перед его судом: “До царя далеко, до бога высоко”, “До царя дойти – голову нести”. Оторванность лидера от народа оценивалась, пусть косвенно, отрицательно. Но недосягаемость царя не вредит его авторитету: “Не всяк царя видит, а всяк его знает”, “Не всяк царя видит, а всяк за него молит”. Эта отстраненность способствовала идеализации образа лидера, то есть в фольклоре представлены не искаженные черты какого-то реального монарха, а именно народные пожелания в его адрес.

У царя как идеального политического лидера был, согласно народным воззрениям, серьезный недостаток: практическая недосягаемость. Мечта рассказать самому царю о народных нуждах выразилась в таких пословицах, как: “Коли всем миром вздохнут, то и до царя слухи дойдут”; “Вызывая, и царя дозовешься”. Следовательно, идеальный лидер, согласно народным представлениям, должен знать о нуждах своего народа и действовать в соответствии с ними; то есть в идеале политический лидер должен быть выразителем общих интересов.

То, что на практике царь не вполне соответствовал этому народному образу, в фольклоре объясняется противодействием царских приближенных и местных властей. Они, с одной стороны, умалчивают перед царем о народных потребностях: “Царю застят, народ напастят”; а с другой – извращают царскую волю: “Жалует царь, да не жалует псарь”, “Царь гладит, а бояре скребут”. Налицо явные симпатии народа на стороне царя, (в сущности неизвестного, но воображаемого). Здесь косвенно выражена мысль: политический лидер, чтобы вызывать сочувствие своего народа, должен испытывать трудности, быть отчасти страдальцем, отчасти борцом и заступником.

На критику в адрес монарха народное творчество отвечало: “Ни солнышку на всех не угреть, ни царю на всех не угодить”. Сравнительно малое количество пословиц в защиту политического лидера наводит на мысль об отсутствии большой необходимости в их появлении. Судя по всему, народный образ носителя верховной власти был явно положительным, и в массовом сознании он зачастую ассоциировался с действующим монархом.

Подтверждением осуществленного переноса позитивных представлений об идеале политического лидера на верховного правителя являются составные существительные Царь-пушка, Царь-колокол, царь-зелье. Здесь составляющая “царь” выступает характеристикой лучшего, значительного, выдающегося. Так же можно интерпретировать поговорку “С царем в голове”, одобряющую [c.19] рассудительность, способность человека к самоорганизации, где это положительное качество образно названо “царем”. Следовательно, пословицы отразили народный идеал политического лидера и его персонификацию в носителе верховной власти.

Не менее ценным материалом для выявления черт признанного политического лидера располагают сказки. Традиционно их начало: “В некотором царстве, в некотором государстве жил-был царь”, причем дальнейшее повествование часто выдвигает на первый план совершенно другого персонажа. Это означает немыслимость отсутствия организационно-властного начала даже в сказочном мире. Причем олицетворяет его политический лидер.

Царь (царевич) является действующим лицом в следующих типовых сюжетных моделях: он выступает в роли верховного судьи, разрешает конфликт; он обращается к народу с просьбой, обещая вознаграждение; он дает трудновыполнимое задание;он – воин, победитель темных сил.

Функции царя в сказках, как правило, заключаются в разрешении спорных вопросов в критических ситуациях и командовании войском. В первом случае к царю прибегают как к последней инстанции: по сюжету, именно решение царя определяет судьбу сторон, оказавшихся перед сложной проблемой. Следовательно, истинный политический лидер должен уметь принимать решения, устраняющие общественные конфликты. Сказочные персонажи не оспаривают царского суда. С одной стороны, это указывает на отождествление воли носителя власти с законом, но с другой стороны, царь в сказках почти всегда действует по-справедливости. Он возвышает и награждает правых, а обманщиков и лиходеев наказывает. Это означает, что в народном сознании идеальный политический лидер должен руководствоваться принципом справедливости. Кроме того, заслуживает внимания факт, что по сюжету царь лично разбирает дело конфликтующих сторон. В этом отразилось народное желание иметь политического лидера, непосредственно знакомого с общественными нуждами и близкого к массам.

Идея близости царя и народа нашла выражение и в сюжетах, когда царь обращается к своим подданным, вне зависимости от их социального статуса и материального положения, за помощью. Так явно воплотилась мысль, что носитель власти нуждается в народной поддержке, черпает из нее свою силу. Игнорирование социальных различий при выборе царем его добровольных помощников указывает на определенную демократичность образа. Предполагается, что царь ценит личные достоинства и заслуги больше других показателей. Поэтому он щедро награждает за оказанную ему услугу. Это еще раз подтверждает справедливость царя, и, кроме того, указывает на еще одну приписываемую ему черту: верность своему слову. Царь выполняет обещанное, иногда даже вопреки своему желанию. Значит, в народном сознании истинный политический лидер должен уметь отвечать за свои слова и поступки. Слово царя – закон и для него самого.

Царь может дать трудное задание, угрожая карой за неисполнение. Как правило, персонаж-исполнитель и не предполагает возможности не подчиниться. Здесь нашло выражение отождествление приказа носителя власти с нерушимым законом. Но в то же время исход неизменно благоприятен для послушного персонажа: ему сопутствует удача, и полагается награда. Таким образом косвенно [c.20] отразилась идея взаимного обязательства между верховной властью и народом: народ обязан повиноваться ее постановлениям, но взамен должен получать явную выгоду.

Исполнивший царское задание получает именно ту награду, которая была обещана; чаще всего это материальные блага или вхождение в царскую семью, влекущее наследование царства. Следовательно, в фольклоре обладатель личных качеств победителя естественно претендует на роль политического лидера.

Победа, чаще всего военная, должна быть одержана над злыми сверхъестественными силами. Преодоление этих сил наделяет победившего правом на власть. Эта власть предполагает и защиту государства от врагов (именно поэтому потенциальный царь в сказках проходит проверку на боеспособность). Умение обеспечить покой жителям своей страны – одно из важнейших для политического лидера. Согласно сказочным сюжетам, царь (царевич) в качестве предводителя войска или обороняет страну, или предпринимает военные походы за ее пределы. И то, и другое он делает с успехом. Значит, в патриархальном сознании настоящий политический лидер должен обладать способностями главнокомандующего. Кроме того, борьба с темными силами имеет сакральный смысл: лидер государства выступает защитником от всего нечистого, неправославно-христианского.

Царя, не соответствующего вышеуказанным критериям, в сказках ожидает расплата: его сменяет другой, более отвечающий народным представлениям об истинном политическом лидере. Это означает, что в массовом сознании присутствовала мысль о возможности замены политического лидера в случае его неспособности выражать народные интересы. Следовательно, политическим лидером может быть лишь тот, кто этого заслуживает, в силу обладания особыми качествами и осуществления приписываемых ему функций.

Необходимо сделать замечание по поводу половозрастного и семейного положения политического лидера в русском фольклоре. Это обязательно мужчина, достигший определенной зрелости. Наличие супруги – непременный атрибут. Это не только повышает в глазах народа престиж любого мужчины (“Не женат – не человек”), но и способствует упрочению стабильности, так как гарантирует продолжение рода, а для царя – династии. В сказках жена главы государства часто наделена многими добродетелями, (что, видимо, добавляет штрихи к его положительному образу), но в дела не вмешивается. Царь обычно имеет детей, обеспечивающих возможность престолонаследия. В такой форме народное сознание выразило идею преемственности политической власти: члены одной семьи подразумеваются схожими по своим личным достоинствам и способам управления государством.

Подводя итоги предпринятой попытки анализа русского фольклора, можно сделать вывод, что в нем сложился положительный образ политического лидера. Он назван царем (царевичем) и наделен особыми полномочиями и чертами. Существование мира и государства без него немыслимо. Царь является связующим звеном между Небесной и Земной сферами, проводником божественной высшей воли и одновременно ответчиком перед ней за благополучие своего народа. Царь – гарант стабильности государства, [c.21] надсоциальная сила, воплощение закона для всех, верховный арбитр, выразитель общих интересов. Он мудр, проницателен, справедлив и милосерден. Противодействие царских слуг и местных властей не дает царю в полной мере проявить заботу о народе. При личном рассмотрении спорных дел царь выносит исключительно справедливые решения: награждает за заслуги и карает за обман, жестокость, присвоение чужого. Царь не может обойтись без народной поддержки. Он способен оценить по достоинству оказанную ему услугу, возвысив помощника вне зависимости от его социального статуса. Исполнитель царского задания сам может претендовать на верховную власть в государстве. Царем становится только победитель; зачастую победу требуется одержать не над простым войском, а над темными антихристианскими силами. В частной жизни царь должен иметь традиционную для патриархального уклада семью.

В народном творчестве в аллегорической форме выразилось массовое представление о роли и чертах истинного политического лидера. Следует отметить, что этот образ, несмотря на поэтическую форму выражения, довольно рационален. Фольклор демонстрирует практический, даже меркантильный подход к определению функций политического лидерства. Так, сакральной функцией лидера является защита от неблагоприятного воздействия высших, неземных сил, должная обеспечить общественное благополучие. От носителя власти требуется гарантировать стабильность и правильное руководство. Осуществление властных полномочий должно быть подчинено единому моральному закону. В чертах политического лидера присутствует набор средств управления (мудрость, справедливость, качества военачальника) и набор демократический (личное рассмотрение дел, близость к народу, обращение к нему за помощью, возвышение по заслугам, выход из низов). Неисполнение своих функций и отсутствие обозначенных черт чревато для политического лидера смещением и заменой.

В патриархальном сознании фольклорный образ частично ассоциировался с реальным монархом. В научных исследованиях такие представления о носителе власти обычно трактуются как “царистские иллюзии” и “наивный монархизм”, причем с явно негативным оттенком. Но, по сути, эти определения не раскрывают сущности явления. Так, клише “царистские иллюзии” означает лишь несовпадение образа носителя власти с реалиями, что не удивительно в условиях отсутствия общераспространенной политической информации. А определение “наивный монархизм”, видимо, указывает на отличия от убежденного монархизма; то есть акцент делается на иррациональности народной веры в созданный идеал политического лидера. В данном случае иррациональность нельзя считать определяющим критерием. Остается “монархизм” – преданность царю. Но, как показала история, народ был предан не ему, а своему идеалу. А этот идеальный образ переносился и на неформальных лидеров (например, феномен самозванства).

Видимо, следует искать иные определения, характеризующие особенности патриархального сознания. В нем сложился образ народного, массового лидера, коллективная программная установка на его функции и качества. Этот образ – продукт политического мифотворчества, миф о народном герое в политике. [c.22]

Воронков В.Н. Особенности политического развития и культуры Республики Хакасия // Актуальные проблемы политологии: Сборник научных работ студентов и аспирантов Российского университета дружбы народов. / Отв. ред.: д.ф.н., проф. В.Д. Зотов. – М.: МАКС Пресс, 2001. – С. 23–26.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15


Учебный материал
© bib.convdocs.org
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации