Иванов И.С. Внешняя политика России в эпоху глобализации. Статьи и выступления - файл n1.doc

Иванов И.С. Внешняя политика России в эпоху глобализации. Статьи и выступления
скачать (227.4 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc1838kb.13.01.2006 21:32скачать

n1.doc

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22


Игорь Иванов


ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА РОССИИ В ЭПОХУ ГЛОБАЛИЗАЦИИ
СТАТЬИ И ВЫСТУПЛЕНИЯ
Москва

«ОЛМА-ПРЕСС»

2002

ББК 66.4(0)


И20
Исключительное право публикации книги И. С. Иванова

«Внешняя политика России в эпоху глобализации: Статьи и выступления»

принадлежит издательству «ОЛМА-ПРЕСС».

Выпуск произведения или его части без разрешения издательства считается противоправным и преследуется по закону.

Художник


Игорь Суслов

Иванов И. С.

И20 Внешняя политика России в эпоху глобализации: Статьи и выступления. — М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2002. –– с.: ил.

ISBN 5-224-03881-2


В книге представлены основные статьи, интервью и тексты выступлений министра иностранных дел РФ Игоря Сергеевича Иванова за 2000—2002 годы, посвященные важнейшим вопросам как мировой политики в целом, так и внешней политике России на современном этапе.

ББК 66.4(0)


ISBN 5-224-03881-2 © Издательство «ОЛМА-ПРЕСС», 2002

СОДЕРЖАНИЕ



I.
Внешняя политика России в эпоху глобализации
II.


  1. К новой системе мироустройства




  1. Обновленная концепция внешней политики России




  1. Россия и мир: многовекторное сотрудничество

  1. Экономическая дипломатия




  1. Внешняя политика на службе обществу

  1. Российская дипломатическая школа: традиции и современность


III.
Именной указатель
IV.
Предметный указатель

ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА РОССИИ

В ЭПОХУ ГЛОБАЛИЗАЦИИ


Начало XXI века стало для внешней политики Российского государства временем перехода к новому, исключительно ответственному этапу развития, обусловленному, с одной стороны, крупными позитивными изменениями в самой России, а с другой – глубинными процессами в мировой политике и экономике.

После десятилетия бурных и порой весьма болезненных политических и социально-экономических колебаний наша страна вступила в период консолидации, экономического подъема, укрепления основ демократической государственности. Сложились реальные предпосылки для успешного завершения внутренних преобразований и выхода России на путь динамичного развития.

Стабилизация обстановки в стране не могла не оказать благотворного воздействия и на ее положение в мировом сообществе. Россия вступила в XXI век, ясно осознавая свои национальные интересы и роль на мировой арене, с четким видением своих ближайших и долгосрочных внешнеполитических задач. Окрепли международные позиции нашей страны, расширился круг ее друзей и единомышленников в мире. Упрочилась ее репутация как надежного партнера, проводящего ответственный, самостоятельный и предсказуемый курс в международных делах.

Значение этих сдвигов особенно велико на фоне современных тенденций мирового развития, ставящих небывало сложные проблемы перед всем международным сообществом. Глобализация всех сторон жизни человеческого общества переходит в новое качество. Увеличивается ее географический охват и глубина воздействия на современную цивилизацию. Глобализация проблем международной безопасности, торговли, финансов, информационной сферы превращается в основной фактор, определяющий характер современной мировой политики и непосредственно затрагивающий интересы каждого государства.

В условиях глобализации резко усилились новые угрозы международной безопасности и стабильности. Трагические события 11 сентября 2001 года, связанные с беспрецедентными террористическими актами в Нью-Йорке и Вашингтоне, значительно ускорили процесс трансформации международных отношений. Возникновение мировой антитеррористической коалиции стало первым шагом к формированию новой системы безопасности, которая отвечала бы характеру глобальных вызовов XXI века.

Эти процессы, однако, протекают в сложных и противоречивых условиях. Стремление подавляющего большинства государств к формированию демократического многополярного мироустройства наталкивается на инерцию старых подходов, нацеленных на создание моноцентричной системы межгосударственных отношений. Несмотря на то, что глобализация объективно диктует необходимость развивать коллективные начала обеспечения мира и стабильности на базе принципов Устава ООН и международного права, все еще имеют место попытки решать глобальные проблемы односторонними силовыми методами, строить собственную безопасность в ущерб безопасности других. Закономерные тенденции к углублению интеграционных процессов во многих регионах планеты контрастируют с рецидивами индивидуального и группового "государственного эгоизма", который проявляется в неприкрытом протекционизме и торгово-экономической дискриминации.

Все это требует реалистической оценки международной обстановки, прагматического подхода к определению задач внешней политики страны. Как неоднократно подчеркивал Президент Российской Федерации В.В.Путин, не должно быть иллюзий, что окончание периода военно-политической конфронтации в мире чуть ли не автоматически откроет России путь в мировую экономическую систему. Нашей стране и впредь придется отстаивать свои интересы в условиях жесткой конкуренции.

На современном этапе перед российской внешней политикой стоит двуединая задача: необходимо, с одной стороны, создать благоприятные внешние условия для обеспечения надежной безопасности и успешного продолжения внутренних реформ с целью выхода страны на этап устойчивого роста, а с другой – обеспечить весомое участие России в формировании новой системы международных отношений эпохи глобализации. Причем проблемы эти настолько взаимосвязаны, что решать их возможно только в комплексе. Для России "уйти в себя", замкнуться на чисто внутренних вопросах или текущих международных делах означало бы утратить роль одного из основных игроков в формирующемся новом миропорядке со всеми вытекающими из этого негативными последствиями для внутренней и внешней политики страны.

Российское общество быстро становится частью глобального мира. Это – закономерное следствие поворота от автаркии советского периода к демократической, открытой модели развития страны. Для нас, однако, далеко небезразлично, каким образом будут протекать процессы глобализации. Спонтанный, нерегулируемый характер их развития будет предопределять "дрейф" России в сторону такого положения в мировой экономике и политике, которое на многие годы вперед ограничит возможности нашей страны проводить самостоятельный курс. Поэтому Россия должна быть активным участником процессов глобализации, без чего невозможно обеспечить законные национальные интересы страны.

На достижение этой цели направлены внешнеполитические усилия России.

1. Глобализация – главный фактор развития международных отношений начала нового столетия
Процесс глобализации в последние годы вызывает в мире острые дискуссии. При этом ученые, политические и общественные деятели высказывают самые различные, порой противоположные мнения относительно сущности и природы этого явления, его движущих сил и последствий для мировой цивилизации.

Представители одного направления мысли обращают внимание в первую очередь на политическую составляющую глобализационных процессов. Сторонники этой точки зрения считают глобализацию результатом целенаправленной политики наиболее развитых стран мира ("золотого миллиарда"), стремящихся к гегемонии во всех сферах жизни человечества. Так, известный западный социолог М.Кастельс подчеркивает, что главными "двигателями" глобализации мировой экономики являются правительства наиболее развитых стран и подконтрольные им международные финансовые и торгово-экономические институты — МБРР, МВФ, ВТО .

Другие аналитики рассматривают глобализацию прежде всего как экономическое явление – новый этап процесса интернационализации хозяйственной жизни человечества, "ориентированный на форсированную экономическую интеграцию в глобальных масштабах с максимальным использованием научно-технических достижений и свободно-рыночных механизмов и игнорированием сложившихся национальных образований, культурно-цивилизационных и природно-экологических императивов"1.

Третьи связывают глобализацию в основном с развитием научно-технического прогресса, породившего новые информационные технологии и средства транспорта, которые, в свою очередь, революционизируют производство, расширяют возможности международной торговли, движения людей и информации.

Все эти точки зрения, несомненно, отражают различные аспекты происходящей на наших глазах глубочайшей трансформации по сути всех сторон жизни современной человеческой цивилизации. Поэтому какие бы конкретные определения ни давались процессу глобализации, совершенно очевидно, что за этим понятием стоит своего рода "цивилизационный взрыв", вызванный одновременными и весьма быстрыми изменениями в экономической, научно-технической, информационной и социокультурной сферах жизни человечества. Именно взрывным характером этих перемен объясняется их столь противоречивый эффект: сбываются прогнозы мыслителей и ученых, которые еще в начале XX столетия предсказывали обострение противоречия между все более стремительными темпами развития человеческой цивилизации и явно отстающей от них способностью самого человека адаптироваться к последствиям этого процесса и удержать его под своим контролем.

Поэтому, естественно, столь широк диапазон рекомендаций, выдвигаемых представителями различных научных и политических течений: от предложений по "техническому усовершенствованию" нынешних процессов и имеющихся у международного сообщества механизмов воздействия на ход глобализации, до категорических требований "затормозить" глобализационные тенденции, а то и вовсе повернуть их вспять, в сущности попытаться встать на путь своего рода "деглобализации", то есть уменьшения степени финансовой и экономической взаимозависимости стран и целых регионов.

Идейно-политическая борьба вокруг глобализации уже выплеснулась на улицы городов и становится заметным фактором международных отношений и политической жизни во многих странах. Об этом говорят массовые манифестации противников глобализации в Сиэтле, Праге, Генуе, многотысячные международные конференции, посвященные поиску альтернатив процессу глобализации.

При всех расхождениях во взглядах на глобализацию все же доминирует точка зрения, согласно которой этот процесс носит объективный характер, а значит, с ним необходимо считаться как с фундаментальным фактором развития человеческой цивилизации, мирового хозяйства и международных отношений в обозримом будущем.

Одна из главных особенностей нынешнего этапа глобализации состоит, на наш взгляд, в дополнении географической экспансии глобализационных процессов их движением вглубь экономики, общества, международных отношений.

В сфере экономики это проявляется во все более глубокой интеграции рынков капиталов, рабочей силы, услуг и производственных комплексов. В результате в социальной области происходит качественное увеличение роли внешних факторов, таких как международная конкуренция, стабильность финансовых рынков и т.д., в определении уровня жизни, а порой и самих перспектив существования целых социальных и профессиональных групп населения.

Глобализация на ее нынешнем этапе ведет к неравномерности развития государств и целых регионов. Всё более отчетливым становится расслоение мировой экономики на "зоны роста" и "зоны застоя". Так, в 1998 г. на десять ведущих государств – получателей прямых иностранных инвестиций в "третьем мире" приходилось 70% их общего объема, в то время как для стран с низким уровнем развития этот показатель составлял менее 7%. На долю стран Черной Африки в 1998 г. приходилось 1,2% общего объема иностранных инвестиций по государственной и частной линии2. О растущей маргинализации большей части развивающихся стран говорит и снижение объемов официальной помощи на цели развития: вместо 0,7 процента ВНП промышленно развитых стран, предусмотренных решениями ООН, она в 90-е годы упала до 0,2 процента3. Неравномерность развития мировой экономики в условиях глобализации проявляется и в гипертрофированном развитии одних её секторов в ущерб другим. В первую очередь это относится к кредитно-финансовой сфере. Если ранее она в первую очередь обслуживала реальный сектор экономики, то в
80–90-е годы стала приобретать самодовлеющее значение. Средний ежедневный оборот на рынке иностранной валюты увеличился примерно с 200 миллиардов долларов в середине 80-х годов до более чем 1,2 триллиона долларов в середине 90-х годов, что эквивалентно 85 процентам объема валютных резервов всех стран мира4. При этом на спекулятивные сделки, которые президент Франции Ж. Ширак назвал "спидом нашей экономики"5, приходится сейчас около 90 процентов ежедневных валютных операций, и только 10 процентов обслуживают внешнюю торговлю6.

Усиливая неравномерность социально-экономического развития различных стран мира, процессы глобализации объективно ведут к обострению конкуренции в международных отношениях, подхлестывают борьбу за доступ на мировые рынки, к финансовым и научно-технологическим ресурсам, за возможность участия в выработке "правил игры" в глобальной экономике. Это грозит усилить центробежные тенденции на мировой арене, ослабить системную, консолидирующую роль многосторонних институтов.

Рост темпов глобализации и неравномерности её развития способствует накоплению кризисного потенциала в международной финансовой и торгово-экономической системе. Как отмечают авторитетные западные специалисты, пока мировому сообществу не удалось решить коренных проблем в этой сфере: создать надежные страховочные механизмы для предотвращения, локализации или тушения финансовых кризисов, преодолеть "раздробленность институциональной архитектуры международной экономической системы, которая делает по сути невозможным решение проблемы взаимозависимости эффективным и последовательным путем"7.

Показателем этого служит, в частности, углубление хронического финансового кризиса большого числа развивающихся стран — от Аргентины до Индонезии. Этот фактор усиливает непредсказуемость развития международных финансовых рынков, тормозит экономическое развитие обширных регионов, отнесенных международным деловым сообществом к "зонам рискованных инвестиций".

Кризисные тенденции вызревают и в мировой торговой системе. Затормозились переговоры в рамках нынешнего раунда ВТО. Происходит деградация условий внешней торговли большого числа развивающихся стран вследствие неустойчивости цен на топливно-сырьевые товары и неуклонного роста цен на высокотехнологичную продукцию.

В целом, по мнению директора вашингтонского Института мировой экономики Ф. Бергстена, мировое сообщество "не смогло в 90-е годы найти эффективные решения финансово-экономических проблем. Международная финансовая система по-прежнему чревата кризисами; укрепить её стабильность пока не удалось»8. Закономерным следствием такой "модели" глобализации является усугубление её негативных социальных последствий для большей части человечества.

С 1960 г. мировая торговля выросла в 15 раз, а среднедушевой доход населения мира увеличился вдвое. Но за внешне благополучными цифрами стоят усложняющиеся проблемы для большинства населения планеты. Гораздо быстрее, чем "среднемировой" доход, увеличивалась в последние десятилетия пропасть между "золотым миллиардом", живущим в развитых странах, и остальным человечеством. Если в 1960 году доходы богатейших 20 процентов населения мира в 30 раз превышали доходы 20 процентов его беднейшей части, то к 2002 году этот разрыв увеличился в 3 раза. В настоящее время половина населения Земли имеет доход менее 2 долларов в день. Около 1 миллиарда человек не имеет работы, а среди работающих почти 89 процентов не имеет социальных гарантий9.

Последствия глобализации все больше сказываются не только на экономике, но и на гражданском обществе, делая его более уязвимым по отношению к старым и новым социальным "болезням" и вызовам. Причем это касается не только развивающихся, но и развитых стран.

Так, уже сегодня незаконная миграция, принимающая все более широкие масштабы, перерастает в серьезную проблему для многих развитых государств, становится фактором, прямо влияющим на внутриполитические процессы. Особенно ярко это проявляется в Западной Европе.

Действительно глобальные масштабы приобретает организованная преступность. Криминальные сообщества гораздо оперативнее и с большим размахом, чем силы правопорядка, используют в своих целях возможности, открываемые новыми системами и средствами связи, банковской деятельности, транспорта. Лишь объем контрабанды наркотиков в конце
90-х годов составлял, по оценкам Интерпола, более 500 млрд. долл. ежегодно. Криминальные сообщества перекачивают огромные ресурсы из теневого в легальный сектор мировой экономики, усиливая свой контроль над международными финансовыми и инвестиционными потоками.

Наиболее опасной для человечества метастазой криминальной опухоли является международный терроризм, выросший в стратегическую угрозу безопасности человечества. Грозным симптомом этой болезни стали чудовищные по жестокости и количеству человеческих жертв теракты в Нью-Йорке и Вашингтоне 11 сентября 2001 г.

Увеличивается роль информационно-коммуникационных технологий как средства ускорения темпов глобальной интеграции в экономике и инструмента воздействия на политику, массовое сознание и культуру. Все большее значение для успешного экономического развития приобретает "электронная готовность" государств к участию в информационных сетях. При этом большинство развивающихся стран, не имеющих соответствующей технологической инфраструктуры и подготовленных кадров, оказывается в заведомо проигрышном положении. Для них возникает т.н. "цифровой разрыв", который, как отмечают эксперты ООН, "при отсутствии достаточных инвестиций и ресурсов передачи технологий, а также надлежащей политики и режимов регулирования, будет продолжать увеличиваться в ущерб малоимущим, особенно в развивающихся странах"10.

Развитие единого информационно-культурного пространства становится фактором мощного воздействия на общество, прежде всего на молодежь. Тем самым усиливается значение социально-психологических и культурно-информационных аспектов глобализации. На эту качественную трансформацию проблем, порождаемых глобализацией, указывают и западные эксперты. Так, уже упоминавшийся Ф.Бергстен отмечает, что если в 70-е и 80-е годы проблемы развитых стран имели в основном "технико-экономическую" природу, то теперь они сталкиваются "с гораздо более глубокими вызовами. Реакция общества на процессы глобализации как на Западе, так и в развивающихся странах носит не только экономический характер, но также глубоко затрагивает сферу политики и социокультурных отношений"11.

Одно из свидетельств тому – заметный рост влияния крайне правых и радикально-националистических движений в странах Западной Европы. Их электорат во многом пополняется представителями социальных слоев, "проигравших" в условиях жесткой экономической конкуренции, либо недовольных такими последствиями глобализации, как массовая нелегальная иммиграция и связанный с ней рост преступности, наркомании, социальной деградации в крупных городах и т.д.

Серьезного внимания заслуживает воздействие глобализации на мировую ситуацию в сфере образования, науки и культуры. Несомненно, в современном мире открываются невиданные возможности для диалога и взаимного обогащения различных культур и цивилизаций. Благодаря новым информационным технологиям достижения человеческого гения в сфере интеллектуальной и творческой жизни становятся доступными для всего человечества. В то же время политики, ученые и специалисты из многих стран справедливо указывают на опасность "побочных продуктов" глобализации, таких как угроза постепенного стирания культурного, языкового, а в широком плане – цивилизационного многообразия человечества, утраты им культурной самобытности под напором коммерциализации и "усередненной" массовой культуры.

Социальная напряженность, порождаемая глобализацией и в развитых, и в развивающихся странах, трансформируется в подъем антиглобалистского движения. Его массовую базу составляют самые различные слои населения, страдающие от последствий глобализации. Это и фермеры, несущие убытки от конкуренции со стороны иностранных производителей, рабочие и служащие, чьи рабочие места были переведены транснациональными компаниями в другие страны, и вкладчики, потерявшие средства вследствие финансово-экономических кризисов последних лет. В рядах антиглобалистов – экологические движения, общества защиты национальной культуры, профсоюзы. При этом основная масса участников этого неоднородного движения выступает не столько против глобализации как таковой, сколько против её несбалансированного характера, против несправедливого распределения её благ и бремени между различными социальными слоями, странами и регионами мира. Пусть не всегда цивилизованными средствами, антиглобалисты требуют от правительств найти более гуманную альтернативу нынешней модели глобализации.

Весьма многообразны последствия углубления процессов глобализации для международных отношений.

Усиливая взаимозависимость государств в сфере безопасности и экономики, глобализация ведет к глубоким изменениям приоритетов их курса на мировой арене, заставляет по-новому взглянуть на арсенал внешнеполитических средств, способствует быстрой эволюции повестки дня мировой политики.

Меняется содержание понятия "мощь государства". При сохранении значительной роли военно-силового компонента на первый план все больше выдвигаются экономические, финансовые, интеллектуальные и информационные ресурсы влияния на партнеров и оппонентов.

Значительно расширяется спектр проблем национальной и международной безопасности за счет ее невоенных аспектов, таких как экономический, экологический, информационный. Резко возрастают масштабы новых вызовов, а также проблем, связанных с угрозой распространения оружия массового уничтожения и средств их доставки, с урегулированием крупных региональных конфликтов. К такого рода проблемам также следует отнести и нестабильность в сфере мировой энергетики, углубляющийся разрыв в уровнях социально-экономического развития Севера и Юга, способствующий росту политического и религиозного экстремизма и т.д.

Необходимо подчеркнуть, однако, что обострение указанных проблем не только делает мировое сообщество более уязвимым перед лицом глобальных угроз и вызовов, но и открывает перед ним широкое поле для многостороннего сотрудничества в решении вопросов безопасности, которые затрагивают интересы всех государств.

Под воздействием новых глобальных процессов происходит "экономизация" повестки дня мировой политики. Эта тенденция проявляется в растущем значении экономической проблематики в деятельности ключевых международных организаций и институтов — ООН, "Группы восьми", региональных организаций; в острых дискуссиях о путях реформирования международной финансовой архитектуры и торговой системы.

В международной деятельности практически всех стран мира растет удельный вес "экономической дипломатии". В частности, идет быстрый процесс развития интеграционных объединений, нацеленный на создание и развитие структур регионального экономического и политического сотрудничества.

По мере роста роли гражданского общества как участника и одновременно объекта глобализации усиливается роль "народной дипломатии", призванной вести диалог с неправительственными организациями, средствами массовой информации.

Рост внимания мирового сообщества к нуждам третьего мира стимулирует формирование нового самостоятельного направления дипломатической деятельности — "дипломатии развития", задачей которой является организация масштабного международного содействия решению острых социально-экономических проблем стран "Юга".

В то же время развивается и встречная тенденция к политизации проблем международных торгово-экономических и финансовых отношений. В силу комплексного характера таких проблем для их правового регулирования все чаще требуется вмешательство государств. В итоге международная дипломатия сегодня подключается к решению вопросов, казалось бы, весьма далеких от "классического" круга проблем мировой политики: от международного контроля за качеством окружающей среды до обеспечения продовольственной безопасности, от правил международного финансового сотрудничества до защиты прав интеллектуальной собственности.

На передний план мировой политики все больше выдвигается вопрос о том, кто, как и в чьих интересах будет определять принципы и нормы взаимоотношений государств в сфере политики, безопасности и экономического сотрудничества в эпоху глобализации.

Факторы, облегчающие или, напротив, затрудняющие доступ государств к благам глобализации, всё активнее включаются в арсенал международной дипломатии. В результате происходит серьезное расширение направлений и методов дипломатической деятельности, причем и в этой сфере развиваются противоречивые процессы.

Глобализация и манипулирование ее ходом нередко используются в качестве орудия политического давления. На эту особенность нынешнего этапа развития международных отношений указывается в подготовленном в ООН докладе "Влияние глобализации на социальное развитие". В документе, в частности, отмечается, что "обеспокоенность по поводу глобализации отчасти объясняется тем, что на национальную политику того или иного государства все чаще сильное влияние оказывает политика, проводимая за его пределами"12.

Прежде всего это относится к инвестиционно-кредитной политике. Её применение основано на резком возрастании роли прямых иностранных инвестиций (ПИИ) в развитии практически всех государств мира. В настоящее время объем прямых иностранных инвестиций значительно превышает объем мирового экспорта, а доля ПИИ в валовом внутреннем продукте мира увеличивается темпами, которые в два раза превышают темпы роста доли внешней торговли в ВВП. Как отмечают эксперты ООН, "обещание выделить прямые иностранные инвестиции и угроза такие инвестиции не предоставлять оказывают значительное воздействие на правительства в плане выбора ими варианта политики"13.

Доминирование в глобальном информационном пространстве становится одним из ключевых ресурсов внешней политики. Образ страны на мировой арене напрямую влияет на степень доверия международного делового сообщества к политике её правительства, и значит, на её инвестиционный и кредитный рейтинг. Нематериальные, казалось бы, факторы трансформируются во вполне ощутимые выгоды или потери при участии в международных тендерах, на переговорах о получении внешних займов, при привлечении иностранных вкладчиков в национальную экономику. При этом для создания нужного образа целых государств и народов активно используются возможности современных информационных технологий.

К крайним проявлениям "информационной дипломатии" относятся информационные войны, сопровождающие теперь, как правило, подготовку к силовым акциям, введение санкций против тех или иных государств, лоббирование нужных решений международных организаций.

Комбинированное использование экономических стимулов или санкций и информационного давления открывает дорогу применению нового инструмента внешней политики — своего рода "политической инженерии". Вместо поиска взаимоприемлемых компромиссов за столом переговоров дипломатия наиболее развитых государств порой занимается "конструированием" партнера, готового принять предъявляемые ему условия. В ход при этом идет изменение состава правительств, перекройка национально-территориального деления государств и даже их конституционного устройства. Подобная практика, представляющая собой, по сути, вмешательство во внутренние дела других государств, особенно ослабленных внутренними и международными войнами, активно применялась, например, на Балканах.

Усиление противоречивого характера процессов глобализации, рост её социальных издержек и опасности все более масштабных финансово-экономических кризисов говорят об очевидном дефиците управляемости международной системой.

После окончания "холодной войны" возникли, казалось бы, уникальные предпосылки для создания подлинно глобальной системы международных отношений взамен биполярного мира, основанного на политико-идеологической конфронтации. Однако эти возможности до сих пор не были реализованы. Отсутствует система регулирования мировых процессов на основе солидарной ответственности всех членов международного сообщества. Налицо соперничество двух основных тенденций: к монополярности, основанной на приоритете интересов сильнейшего партнера (в лучшем случае – узкой группы государств), и многополярности, базирующейся на учете интересов широкого круга участников международной системы.

В этих условиях центральная координирующая роль ООН в вопросах поддержания международного мира реализуется отнюдь не в полной мере. Мир сталкивается с парадоксальным положением: созданная после войны система многосторонних организаций стала одним из катализаторов глобализации, однако, потенциал международных институтов явно недоиспользуется.

В целом следует признать, что процесс формирования новой системы международных отношений после окончания "холодной войны" приобрел затяжной и во многом неуправляемый характер. В итоге создалась ситуация, несущая в себе большой кризисный потенциал и одновременно мало приспособленная к предотвращению и урегулированию глобальных проблем на коллективной основе. Отсутствие эффективных механизмов координации действий и учета интересов широкого круга государств неизбежно ведет к тому, что фактор военной силы в международных отношениях не только не утрачивает значения, но и рассматривается многими государствами как единственный способ гарантировать свою безопасность в нестабильном и труднопредсказуемом мире. Опасность положения состоит в том, что новые угрозы и вызовы международному миру и безопасности могут разрастись до таких масштабов, когда мировое сообщество будет не в состоянии не только справиться с ними, но и удержать ситуацию под контролем.

Растущее в мире осознание такой опасности выдвигает на передний план задачу объединения усилий международного сообщества в интересах повышения управляемости процессов глобализации.

Противоречивое воздействие оказывает глобализация на Россию. С одной стороны, логика развития национальной экономики и гражданского общества после распада прежней замкнутой модели последовательно ведёт страну ко всё более глубокой интеграции в мировую экономику, глобальное информационное и гуманитарное пространство. Однако решать эту задачу нам приходится в сложных условиях, параллельно с глубокой трансформацией экономической структуры и всего механизма государственного управления.

Россия стремится к тому, чтобы ее интеграция в систему мирохозяйственных связей проходила в условиях, отвечающих национальным интересам страны, и способствовала внутреннему динамичному экономическому развитию. Это делает нас объективно заинтересованными в разработке международной стратегии управления глобализацией, построенной на равноправном партнерстве всех народов и государств. Суммируя устремления большинства членов международного сообщества, генеральный секретарь ООН К.Аннан справедливо отмечает: "Вызов, стоящий перед нами, ясен: если мы хотим воспользоваться благами глобализации, одновременно ограничив ее негативные последствия, мы должны научиться лучше управлять, и должны научиться лучше управлять совместно"14.

2. Международная стратегия управления глобализацией:

цели, принципы, этапы разработки и реализации
Суть российского подхода к выработке стратегии управления глобализацией определил Президент Российской Федерации В.В.Путин в приветствии участникам международной конференции (Форум – 2000), проходившей в сентябре 2000 г. в Нью-Йорке: "На рубеже веков человечество нуждается в серьезном осмыслении мощных глобальных тенденций, проявляющихся в экономике, в сфере культуры и информации. Будущее за теми, кто научится управлять этими процессами, заставит их работать на благо людей. Мы должны позаботиться о том, чтобы глобализация стала социально ориентированной, чтобы народы мира в равной мере могли пользоваться плодами научно-технического и интеллектуального прогресса"15.

Какими могли бы быть основные направления международного сотрудничества в решении этой общей для всего человечества стратегической задачи?

Для придания глобализации социально ответственного характера, обеспечения доступа к её преимуществам для всех народов, мировое сообщество уже стало вырабатывать соответствующие принципы. В 1992 г. ООН приняла Концепцию устойчивого развития. Действуя на ее основе, а также с учетом решений ряда крупных международных форумов, посвященных данной проблеме, таких как Всемирный саммит по вопросам устойчивого развития (сентябрь 2002 г., Йоханнесбург), следует добиваться создания механизмов, способных ввести процессы глобализации в управляемое, цивилизованное русло.

Реальность процессов глобализации в экономической сфере такова, что, по-видимому, государствам и международным организациям не удастся полностью исключить возможность новых труднопредсказуемых спадов и подъемов в динамике международной торговли, в движении потоков инвестиций и "горячих" капиталов. Однако международное сообщество остро нуждается в механизмах, которые были бы способны ограничивать перерастание обычных колебаний финансовой и экономической конъюнктуры в катастрофические кризисы. Необходимо также расширить доступ развивающихся стран к позитивным сторонам глобализации и уменьшить бремя социальных последствий этого процесса для беднейших слоев населения как прежде всего в этих, так и в развитых странах.

Россия вносит весомый вклад в укрепление глобальной финансово-экономической стабильности, в том числе через участие в так называемой Кёльнской инициативе – программе сокращения задолженности наименее развитых стран мира.

Россия поддержала Инициативу МВФ/МБРР по сокращению задолженности беднейших развивающихся стран. Наша поддержка этого шага носила отнюдь не символический характер, поскольку задолженность перед Россией составляет существенную, а в ряде случаев – основную часть внешнего долга этой группы государств. От величины российского "дисконта" в большой мере зависит объем финансовой помощи, предоставляемой указанным странам другими кредиторами, и степень их участия в данной Инициативе. Ведь общая сумма долга беднейших государств перед Россией составляет около 26 млрд. долл., а после применения условий Инициативы она должна сократиться примерно до 600 млн. долл. Как отметил на саммите "восьмерки" в Генуе в июле 2001 г. Президент Российской Федерации В.В.Путин, Россия является "хоть и не самой богатой, но самой щедрой страной "восьмерки". Российская Федерация стоит на 4 месте в "Группе восьми" по объему списания долгов беднейшим странам и на первом – по отношению суммы прощаемой задолженности к ВВП (0,3% по сравнению, например, с 0,02% у США)16.

Следуя конструктивной линии на содействие беднейшим государствам мира в решении их долговых проблем, Россия одобрила на Кельнском саммите "восьмерки" предложения по расширению круга стран, подпадающих под действие Инициативы. На начало 2002 г. действие данной Инициативы распространялось на 24 государства, в основном – в Тропической Африке. Потенциальными же участниками этой программы сокращения долгов может стать, в случае выполнения ряда финансово-экономических условий, в общей сложности 41 страна.

Вклад России в борьбу с бедностью и в социально-экономическое развитие государств "третьего мира" не ограничивается масштабным содействием в сокращении их внешней задолженности. Россия предоставляет наименее развитым странам широкие преференции в области торговли. Практически все товары, произведенные в данной группе государств, ввозятся в Россию беспошлинно. Отечественным законодательством также предусмотрено, что в отношении товаров из наименее развитых стран не могут применяться количественные ограничения импорта и не могут проводиться расследования на предмет антидемпинговых, компенсационных или специальных защитных мер.

Стратегия управления глобализацией должна носить комплексный характер, т.е. охватывать все ключевые сферы международной жизни: безопасность, экономику, политическую и социальную проблематику.

Принципиально важно заложить в основу такой стратегии разделяемые всеми членами международного сообщества морально-этические принципы, и в первую очередь – идею социальной солидарности человечества. В этой связи нельзя не согласиться с премьер-министром Бельгии Ги Верхофстадтом, который призывает к выработке своего рода "этики глобализации", а для управления этим процессом создать соответствующие политические рамки. В этом деле, по его мнению, существенную роль должно сыграть гражданское общество – бизнес, профсоюзы, общественные движения, церковь.

Разработка и реализация такой стратегии должны проходить на демократической основе. Вряд ли возможно управление процессами глобализации в политической и экономической сфере с помощью замкнутых структур ограниченного состава. При таком подходе не избежать дисбаланса интересов, а значит, и новых трений, конфликтных ситуаций. Следовательно, сам процесс выработки такой стратегии должен носить широкопредставительный, коллективный характер, учитывать мнения как отдельных государств, так и ведущих региональных объединений при центральной роли Организации Объединенных Наций.

Именно ООН призвана сыграть роль главного интеллектуального и политического центра человечества в ходе выработки стратегии управления глобализацией. Эта формула – отнюдь не ритуальный реверанс в сторону ООН. Дело прежде всего в политической целесообразности и в практичности такого подхода.

Во-первых, чтобы стать реальной программой действий, стратегия управления глобализацией должна быть разработана и одобрена в рамках многосторонней организации, пользующейся общепризнанным авторитетом в глазах членов международного сообщества. Подобным морально-политическим статусом в мире обладает лишь ООН.

Во-вторых, подобная стратегия должна носить действительно глобальный характер в плане охвата главных сфер жизни человечества. Между тем, именно в рамках ООН и ее специализированных учреждений накоплен уникальный опыт подготовки подобных комплексных, "междисциплинарных" документов стратегического характера. Примером может служить упомянутая Концепция устойчивого развития, при разработке которой государствам-членам ООН удалось совместить широкий спектр политических интересов самых различных групп государств и глубокие научные оценки и прогнозы ведущих исследовательских центров мира в сфере социологии, экономики, экологии. Поэтому можно с уверенностью сказать, что только ООН способна решить политические и интеллектуальные задачи такого масштаба.

Важную роль в разработке этой стратегии призваны сыграть и международные механизмы координации неформального характера, такие как "восьмерка". В рамках этого "клуба" фактически уже ведется активный диалог об основных параметрах подобной стратегии, которая должна включать долгосрочные меры широкого круга государств и международных организаций по сокращению бедности, расширению доступа развивающихся стран на международные рынки, стимулированию иностранных инвестиций, содействию им в передаче новейших технологий, особенно в информационно-коммуникационной сфере. В процессе такого диалога "восьмерка" все активнее взаимодействует с самими развивающимися странами и их объединениями, такими как Движение неприсоединения, "Группа 77" и др.

Необходимо активно использовать возможности региональных интеграционных объединений как для смягчения "шоковых" ударов глобализационных процессов, так и для придания ходу глобализации более управляемого, контролируемого характера. Такие структуры вполне могут стать инструментами продвижения общей стратегии международного сообщества на региональном уровне.

Одним из ключевых условий придания социально ответственного и демократического характера глобализации является обеспечение надежной международной безопасности.

Это предполагает необходимость дальнейшей активизации усилий мирового сообщества по противодействию как новым, так и "традиционным" вызовам международной безопасности и стабильности, таким, как угроза распространения ОМУ, региональные конфликты и др. Следует подчеркнуть, что здесь требуются именно многосторонние усилия. Это обусловлено самой природой проблем безопасности в сегодняшнем, все более взаимозависимом мире. Попытки решать эти проблемы путем односторонних мер не только противоречат логике развития международных отношений в эпоху глобализации, но и являются контрпродуктивными, т.к. объективно усиливают элементы хаоса и непредсказуемости в мировых делах.

Сформулировать и тем более реализовать стратегию управления глобализацией невозможно без опоры на международное право, роль которого в современном мире качественно возрастает. Международное право должно стать "цементирующим материалом" для новой многополюсной системы международных отношений.

В последние годы ряд основополагающих принципов международного права, такие как уважение суверенитета и невмешательство во внутренние дела государств, подвергся серьезным испытаниям. Более того, под вопросом в известной мере оказалась роль самого государства как субъекта международного права.

Бесспорно, в современную эпоху традиционные функции государства в демократических обществах переживают глубокую трансформацию. Глобализация объективно способствует повышению роли институтов гражданского общества, таких как частный бизнес, средства массовой информации и различные неправительственные организации и т.д. Однако из этих, в сущности, естественных для любой зрелой демократии явлений, в некоторых развитых странах поспешили сделать вывод о том, что суверенитет государства становится чуть ли не помехой на пути развития международных отношений и, в частности, защиты прав человека. На этой почве родились концепции "ограниченного суверенитета" и "гуманитарной интервенции", призванные оправдать и легитимизировать вмешательство во внутренние дела государств, а то и применение силы против них в обход Совета Безопасности ООН и основополагающих норм международного права.

Между тем опыт последнего десятилетия свидетельствует о том, что в условиях глобализации реальной проблемой является не суверенитет государства, а скорее наоборот, крайняя уязвимость современных государственных институтов и структур перед лицом новых угроз и вызовов. В частности, мировое сообщество впервые столкнулось с проблемой урегулирования внутренних конфликтов в странах, где произошло почти полное разрушение национальной государственности. Возникли ситуации, когда международному миротворческому присутствию в этих странах практически не на кого было опереться для обеспечения условий прекращения насилия и восстановления нормальной жизни. Еще более драматическим примером уязвимости государств в эпоху глобализации явилась трагедия 11 сентября 2001 г. в США, когда действия горстки террористов поставили под вопрос стабильность одной из самых развитых и могущественных в военном отношении держав мира.

На этом фоне попытки противопоставить интересы государства интересам "безопасности личности" – а именно в этом состоит суть концепций "ограниченного суверенитета" и "гуманитарной интервенции" – выглядят явно несостоятельными. Они противоречат практике самых развитых стран, в первую очередь, Соединенных Штатов, в которых именно на государственные институты легла основная ответственность за принятие беспрецедентных по масштабам мер по обеспечению безопасности населения от угрозы террористических актов.

Поэтому есть все основания утверждать, что в эпоху глобализации роль государства не только не девальвируется, но напротив, значительно возрастает. Причем компетенции государства расширяются за счет необходимости решать проблемы социального, экономического, экологического, культурного и другого характера, которые во многом являются порождением глобализации. Разумеется, отвечать на эти вызовы современное демократическое государство должно, в сотрудничестве и взаимодействии со структурами гражданского общества: национальными и международными объединениями предпринимателей, средствами массовой информации, неправительственными организациями и т.д.

Линия на расширение диалога с гражданским обществом в последние годы активно реализуется нашей страной как во внутриполитическом плане, так и на международном уровне. В частности, Россия поддержала инициативу ООН "Глобальное соглашение об общих ценностях и принципах", направленную на активное вовлечение деловых кругов в сотрудничество с ООН в целях создания "глобальной экономики с человеческим лицом".

Не везде в мире положительно восприняли эту инициативу – звучали и опасения, что привлечение бизнеса к взаимодействию с ООН в сфере развития, которая до сих пор рассматривалась как исключительная прерогатива государств, подорвет межправительственную основу такого сотрудничества.

Такие опасения лишены оснований. Расширение деловых отношений ООН с частным сектором становится настоятельной необходимостью. Глобализация сделала бизнес одним из ключевых игроков не только мировой экономики, но и, в определенной степени, политической жизни общества. Декларация тысячелетия, принятая руководителями государств-членов ООН в 2000 г., прямо ставит задачу наладить прочные партнерские отношения Организации с частным сектором, предоставляя ему более широкие возможности для содействия реализации программ Организации. В резолюции 55-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН "На пути к глобальному партнерству", соавтором которой выступила Россия, определены рамки дальнейшего поиска оптимальных путей, областей и механизмов взаимодействия ООН и негосударственного сектора. Все эти вопросы, в частности, были предметом обсуждения на встрече представителей делового мира России с руководством организаций системы ООН в декабре 2001 г.

Отстаивая демократические принципы во внутригосударственных делах, необходимо стремится к тому, чтобы они восторжествовали и во взаимоотношениях государств на международной арене. Нельзя признать нормальным, когда страны, проповедующие по всему миру высокие принципы демократии и прав человека, в международных делах скорее практикуют модель поведения персонажей знаменитой повести "Скотный двор" Джорджа Оруэлла: там, как известно, все животные были равны, но одни были "немножко более равны", чем другие.

Безусловно, важной задачей международного сообщества является защита прав человека. Огромным достижением последних десятилетий стало придание подлинно универсального характера основополагающим принципам международного сотрудничества в этой сфере. Вместе с тем, приоритетное значение правозащитной проблематики отнюдь не умаляет значения других фундаментальных принципов международного права. Ведь никакой "иерархии" этих принципов не существует; все они имеют одинаковую ценность и, главное, должны выполняться во взаимосвязи. Это положение четко зафиксировано, например, в Заключительном акте ОБСЕ. Любой иной подход неизбежно поведет к размыванию норм международного права, к подрыву их универсального обязательного для всех государств характера.

В выработке стратегии управления глобализацией необходимы реализм целей и общая политическая воля всех участников. Планетарный размах процессов глобализации, глубина их воздействия на человеческое общество исключают какое-то одномоментное решение всех проблем, порождаемых этими процессами. Скорее всего международному сообществу предстоит продвигаться к этой цели поэтапно, накапливая опыт и ресурсы для решения всё более масштабных задач. Для России стратегической целью должно быть формирование глобальной системы противодействия новым угрозам и вызовам. Такая система должна включать механизмы многостороннего сотрудничества, необходимые как для реагирования на возникающие кризисы, так и для их раннего предупреждения и предотвращения. Принципиально важной задачей такой системы является укрепление атмосферы доверия и стабильности в международных отношениях. Только в таких условиях мировое сообщество получило бы реальную возможность объединить усилия для решения фундаментальных проблем, порожденных глобализацией, поставить весь этот процесс под эффективный международный контроль.


  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22


Учебный материал
© bib.convdocs.org
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации