Добреньков В.И., Кравченко А.И. Фундаментальная социология. Человек. Индивид. Личность - файл n1.doc

Добреньков В.И., Кравченко А.И. Фундаментальная социология. Человек. Индивид. Личность
скачать (8351 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc8351kb.02.11.2012 19:15скачать

n1.doc

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   72
Страницы расположены сверху, т.е. текст находится под страницей
В.И. Добреньков, А.И. Кравченко

ФУНДАМЕНТАЛЬНАЯ СОЦИОЛОГИЯ

В ПЯТНАДЦАТИ ТОМАХ

Москва

ИНФРА-М

2005

В.И. Добреньков, А.И. Кравченко

ФУНДАМЕНТАЛЬНАЯ СОЦИОЛОГИЯ

ТОМ VII


Москва

ИНФРА-М

2005

ЧЕЛОВЕК ИНДИВИД ЛИЧНОСТЬ



УДК 316(075.8) ББК 60.5я73

Д55

Добренькое В.И., Кравченко А.И.

Д55 Фундаментальная социология: В 15 т. Т. 7: Человек. Индивид. Личность. —

М.: ИНФРА-М, 2005. - 960 с: ил.

ISBN 5-16-002295-3 (т. 7) ISBN 5-16-001547-7

Седьмой том посвящен главному предмету социологических исследова­ний — человеку. Прежде всего рассматриваются место и роль человека в фор­мировании и развитии цивилизации от древнейших времен до наших дней. Су­щественное место занимает методология изучения человека, отражены пробле­мы, связанные с формированием личности человека, его индивидуальности, возникновением лидерских качеств, формированием и использованием чело­веческого капитала, значительное внимание уделено социальным типам лич­ности, возникновению национальных характеров. Особое внимание уделяет­ся изучению внутреннего мира человека, отдельно рассматриваются пробле­мы сознания человека, его формы и виды, а также массовое сознание и феномен общественного мнения. В заключительном разделе исследуются взаимодей­ствие человека и социальной среды, мир человеческих отношений.

Книга адресована студентам, аспирантам и преподавателям социологи­ческих факультетов и кафедр, ученым-исследователям, а также всем, кто интересуется фундаментальными вопросами социологических наук.

УДК 316(075.8) ББК 60.5я73

ISBN 5-16-002295-3 (т. 7) © Добреньков В.И.,

ISBN 5-16-001547-7 Кравченко А.И., 2005

ПРЕДИСЛОВИЕ

Социологов интересуют мнения, мотивы поступков, жизненные планы, ценностные ориентации, цели деятельности, мотивы поведения и многое другое, что выражает личность современного человека. Представляясь рес­понденту, они так и говорят: «Нас интересует Ваше личное мнение».

Мы видим, что сегодня человеческая личность исходная точка социоло­гического исследования. Но разве только сегодня?! 2500 лет назад знаменитый Диоген расхаживал с фонарем по улицам Афин, возглашая: «Ищу человека!» Странно, ведь улицы древней столицы были, как и сегодня, наводнены людьми: стариками, юношами, богатыми и бедными, мужчинами и женщи­нами, матросами, патрициями, торговцами. Каждый из них был человеком. Но Диоген искал то, что скрыто по ту сторону одежды, половозрастных осо­бенностей, статусных и профессиональных различий. Он искал человечес­кую личность.

Личность — чуть ли не самая удивительная в социальных и гуманитарных науках категория. Своей ее считают педагоги, философы, психологи и мно­гие другие. И не просто своей, а самой главной категорией.

Без личности не могут обойтись и социологи, выделяя в этой проблема­тике свой, социальный, угол зрения.

Для педагогов личность — центральное понятие и цель всех воспитатель­ных практик, образовательных технологий, прикладных усилий науки. За 10—12 лет из сырого материала педагогам путем приложения неимовер­ных усилий надо сформировать определенную человеческую личность — по­литически грамотного гражданина, патриота своей родины, всесторонне развитую личность. Ей посвящается все больше научных изысканий.

Психология нацелена на изучение внутреннего мира человека и предос­тавляет в наше распоряжение, пожалуй, самое большое количество научных теорий и типологий личности. Ими широко пользуются представители раз­ных наук. Именно психология открыла нам безбрежный мир, целую вселен­ную внутренних миров человека — многообразие чувств, мыслей, пережи­ваний, восприятий, в том числе и патологий.

Для социологии личность не только предмет самостоятельного изыска­ния. Это еще и сосредоточение данных всех других наук, изучающих чело­века. Социология обобщает их и благодаря своей собирательной методоло­гии дает целостную картину окружающего мира. Личность, если хотите, повод поговорить о многообразии внутреннего мира человека, независимо от того, какие науки предоставили о нем эмпирические данные.

Опираясь на одни науки, например психологию, социология описывает глубину измерения личности, бесконечное многообразие внутреннего мира человека. Опираясь на другие, в частности на историю и антропологию, социология охватывает широту личностного измерения. Роль личности в социальной истории, возникновение личности из недр лидерства, вождиз­ма и т.п. позволяют социологии перейти от микросоциальной динамики к макросоциальной.

Итак, социология оказалась счастливой наукой. Находясь в центре и од­новременно на некотором возвышении среди социальных наук, она, как

V

свои собственные, использует эмпирические и теоретические данные о лич­ности, преобразуя, переплавляя исходный материал в новые теории, идеи, концепции.

В курсе социологии проблема личности излагается по-разному: в одном случае с нее начинается программа, в другом — ею она заканчивается. Одни авторы психологизируют личность, а другие — целиком растворяют ее в со­циальной среде, макропроцессах и глобальных явлениях.

В курсе социологии преподаватель должен рассматривать влияние как личности на общество, так и общества на личность. Личность превращает­ся в активного участника социокультурного процесса. Собственно говоря, раздел учебника о социализации посвящен именно такой теме — социокультурному становлению личности. Тема «Человек, индивид, лич­ность» позволяет пропустить абстрактные понятия через непосредственный жизненный опыт. Студент как бы примеряет социологические понятия к самому себе и своему окружению, спрашивая себя: каким образом они по­могают ему понять непосредственную среду, поведение родителей, друзей, посторонних людей, с которыми он постоянно сталкивается.

С личностью и ее сложным, порой весьма противоречивым, внутренним миром социолог сталкивается тогда, когда начинает заниматься полевыми исследованиями. В эмпирических исследованиях социологи имеют дело с поразительным феноменом: человек думает одно, говорит другое, а ведет себя третьим образом. Рассогласование идеального плана, вербального по­ведения и реальных действий — методологическая проблема социологии. Одновременно она также онтологическая проблема. В ее основе лежит вопрос: каков индивид, что он из себя представляет?

Социологи стремятся выявить истоки рассогласований и противоречий личности не в ней самой, а в социальной среде, противоречивости самого общества. Рассогласование планов личности продолжается в рассогласовании или несовпадении статусов, социальных позиций, занимаемых индивидом в обществе.

В этом томе мы рассмотрим социальное и культурное происхождение, строение внутреннего мира индивида, его потребности, мотивы и цели, ко­торые движут его деятельностью и поведением. А еще вы познакомитесь с непосредственным социальным окружением человека — общением с близки­ми и знакомыми, межличностными отношениями, культурой поведения че­ловека в обществе, влиянием на человека средств массовой информации и значимых других, роль которых выполняют так называемые агенты социали­зации: родители, родственники, друзья, школа, университет, армия, произ­водство, религия. Этими проблемами занимается целый комплекс наук, преж­де всего философия, психология, антропология, педагогика, социология.

Человек — социобиологическое существо. Как биологическое существо человек обладает телом, волосами, памятью, мышлением. Все это — антро­погенез. Но человек еще и статусная характеристика, поскольку есть такое понятие, как права человека, а там, где есть права и обязанности, следует го­ворить о статусе. Кроме того, человек — это предписанный статус, поскольку государство наделяет правами любого человека от рождения, независимо от того, хороший он или плохой, рыжий или брюнет, достиг он высоких постов или нет. Права определены конституцией и международными договорами, множество учреждений и институтов занимаются защитой прав человека.

VI

Индивид — не социологическая, а техническая, философская и любая прочая характеристика. Но вот индивидуальность — особость, выделен-ность, непохожесть на других — это уже социологическая характеристика. В отличие от статуса человека индивидуальность является достигаемым ста­тусом. Далеко не все могут сказать о себе как об индивидуальности в пол­ном смысле слова. Для этого надо сильно постараться. Индивидуальность юридически никто не защищает, зато люди придумали множество соци­альных и культурных практик для достижения индивидуальности, в том числе моду, коллекционирование, уникальные формы поведения и т.п. К слову сказать, индивидуальности близки по смыслу слова персона и пер-сональность. Персона — это социальная маска. Не личность, а персона слу­жит правильным определением социальной роли в социологии.

Еще более узким и сложным является понятие личности. Это тоже дос­тигаемая характеристика. Но она прежде всего субстанция духовная, а не социальная. Личностей еще меньше, чем индивидуальностей. Индивидуаль­ность и индивид подчиняются социально-психологическим факторам, на­пример групповому давлению. Мы говорим: группа оказывает давление и подчиняет себе индивида. Но если он подчинился группе, значит перестал быть личностью. Личность — это то, что формируется вопреки группе, тол­пе, коллективу, массе. Хотя личность и не социологическая характеристи­ка, а духовно-религиозная, люди становятся личностью при помощи разных механизмов, в том числе и социальных, например воспитания. У каждого индивида должна быть свобода выбора. Это незыблемое свойство человека. Но то, как он им воспользуется, характеризует его прежде всего как личность, которая в иерархии А. Маслоу, о которой пойдет обстоятельный разговор, занимает самую высшую ступеньку.

В чем специфика социологического подхода к личности, чем он отлича­ется от психологического, философского или даже педагогического пони­мания? Может быть тем, что выделяет, конструирует, а затем изучает не от­дельного индивида, а некие социальные типы? Возможно, и в этом тоже. Может быть тем, что социолог более глубоко и на более дальние историчес­кие дистанции прослеживает то, как социальная среда, т.е. социальные ак­торы (субъекты действия) и социальные институты, влияют, формируют, манипулируют и социализируют индивида? Несомненно, и это тоже.

Но важно выделить еще один, теоретико-методологический аспект. А.Ф. Филиппов, проанализировавший подход Ф. Тенниса и Э. Дюркгейма к индивиду и обществу, отмечает, что оба классика социологии очень тонко прочувствовали и соответственно описали то, как в словах и поступках че­ловека прослеживается, прослушивается голос общества. Индивид соверша­ет поступки, производит какие-то жесты, произносит какие-то слова, но го­ворит и поступает на самом деле не он, а общество — глобальное или локаль­ное, традиционное или современное: «Голос общества звучит в нем, так сказать, неумолчно,., начиная от априорных форм созерцания и кончая са­мыми интимными решениями о смысле жизни, он находится во власти об­щества»1 .

Филиппов А.Ф. Ясность, беспокойство и рефлексия: к социологической характеристике современ­ности // Вопр. философии. 1998. № 8. Веб-адрес: http://rc.msses.ru.

VII

Таким образом, только с позиций социологии получается так, что чело­век (назовем мы его индивидом или личностью) всего лишь маска, а насто­ящий актер, произносящий слова и прячущийся за этой маской, — обще­ство, коллектив, община, группа, наконец.

Даже идеи пространства и времени, которые И. Кант считал настолько априорными и предзаданными человеку, что помещал их вне общества, Э. Дюркгейм считал глубоко социальными категориями. Именно соци­альными, созданными обществом, а не трансцендентальными, пришедши­ми к человеку неизвестно откуда.

У Канта человек уже рождался с готовыми представлениями о времени и пространстве. Иными словами, он приходил в общество, получая от Бога некую несоциальную способность все правильно воспринимать и познавать. Без идеи априорного пространства и времени не может быть познания или восприятия происходящих событий. Только на этом фундаменте индивид способен заниматься чем угодно другим: писать романы, строить дачу, иг­рать на бирже, любить, предавать, размножаться. В таком случае человек изначально возможен вне общества. Еще до начала социальной жизни он получил в качестве своего приданого нечто такое важное, чего ему никогда не даст общество, — априорную идею пространства и времени.

Именно такая идея принципиально важна для философии. Природа и общество различаются очень многими чертами, хотя у них и много общего. Но вот без чего они оба обойтись не могут, так это пространство и время. Природа и общество могут существовать только во времени и в простран­стве. Но у природы здесь несомненное преимущество перед обществом: она появилась на свет раньше. Выходит, что человек рождается как природное, а не как социальное существо. Он приносит в общество то, что дала ему природа, а именно форму восприятия и познания окружающего мира — пространственно-временной континуум.

У Дюркгейма дело обстоит иначе. Человек приходит в общество не из природы. Он вообще ниоткуда не приходит и ничего с собой не приносит такого, чего ему не дало бы общество. Человек изначально социален. Нет ни­какого априорного пространства и времени вне общества. Это социальный артефакт, сконструированный людьми и легитимизированный культурой. Появляясь на свет, человек получает социальное, а не природное приданое — совокупность тех культурных и социальных форм, которые создали его пред­ки, общество в целом. Вот почему у животного, существующего вне обще­ства, нет представления о времени и пространстве.

Понятием «индивид» обычно обозначается человек как единичный пред­ставитель той или иной социальной общности. Понятие «личность» приме­няется по отношению к каждому человеку, поскольку он индивидуально выражает значимые черты данного общества. Непременными характерис­тиками личности являются самосознание, ценностные ориентации и соци­альные отношения, определенная самостоятельность по отношению к об­ществу и ответственность за свои поступки, а ее индивидуальность — это то специфическое, что отличает одного человека от других, включая как био­логические, так и социальные свойства, унаследованные или приобре­тенные.

Понятие личности имеет смысл лишь в системе общественных отноше­ний, т.е. там, где можно говорить о социальной роли и совокупности ролей.

VIII

Становление личности происходит в процессе усвоения людьми опыта и ценностных ориентации данного общества, что называют социализацией. Человек учится выполнять особые социальные роли, т.е. учится вести себя в соответствии с ролью ребенка, студента, мужа и т.д., все они имеют выра­женный культурный контекст и, в частности, значительно зависят от стерео­типа мышления. Становление личности — итог взаимодействия человека и общества.

Когда социолог рассматривает человека как индивидуальность, его ин­тересуют манера одеваться, стиль поведения, особенности речи и прочие атрибуты внешности. Поступки, выражающие нравственное начало лично­сти, его почти не интересуют. О личности можно сказать обратное: в ней интересны именно поступки. Сами свершения личности (например, трудо­вые достижения, открытия, творческие успехи) истолковываются социоло­гом прежде всего в качестве поступков, т.е. преднамеренных и морально мотивированных поведенческих актов. Способность отвечать за свои по­ступки — признак личности.

Личность — это инициатор последовательного ряда жизненных событий, или, как точно определил М.М. Бахтин, «субъект поступания». Достоинство личности определяется не столько тем, много ли человеку удалось, состо­ялся он или не состоялся, сколько тем, что он взял под свою ответственность, что он сам себе вменяет. Разумность, ответственность, свобода, личное до­стоинство, индивидуальность — важнейшие признаки личности. Младен­цы и умалишенные не личности. Но индивидами они остаются. Им прису­щи набор отличающихся от других людей биофизиологических и психоло­гических черт, стиль поведения и манера разговора. Однако нравственные проблемы они решать в полном объеме не в состоянии.

Индивидуум есть нечто неделимое, а потому им можно считать любое устойчивое образование, скажем, карандаш, стул или часы. Индивидуум есть категория предметного либо биологического мира. Ее можно даже назвать категорией социальной, но в таком случае под индивидом надо понимать исключительно человека, а он есть существо социальное и политическое. «Индивидуум есть также социологическая категория, и в этом качестве он подчинен обществу, есть часть общества, атом общественного целого. С со­циологической точки зрения, человеческая личность, понятая как индиви­дуум, представляется частью общества и очень малой частью. Индивидуум отстаивает свою относительную самостоятельность, но он все же пребыва­ет в лоне рода и общества, он принужден рассматривать себя как часть, ко­торая может восставать против целого, но не может противопоставить себя ему, как целое в себе. Совершенно другое означает личность. Личность ка­тегория духа, а не природы, и не подчинена природе и обществу. Личность совсем не есть часть природы и общества и не может быть мыслима как часть в отношении к какому-либо целому. С точки зрения экзистенциальной философии, с точки зрения человека как экзистенциального центра, лич­ность не есть часть общества. Наоборот, общество есть часть личности, лишь социальная ее сторона»2.

Бердяев Н. Проблема человека. К построению христианской антропологии // Путь. 1936. № 50.

IX

Определение личности как категории духа очень близко авторам данной книги. Мы разделяем позицию Н. Бердяева относительно того, что социо­логическое понимание личности не должно и не может ограничиваться лишь статусно-ролевой трактовкой. Личность — нечто больше, чем сумма стату­сов и ролей, предписанных каждому человеку как члену общества. Посколь­ку социология, вышедшая из недр философии, несет в своей сердцевине философско-категориальное знание, то и в понимании личности она дол­жна находиться достаточно близко к позиции философии. Особенно если речь идет о русской философии, одним из лучших представителей которой, несомненно, являлся Н. Бердяев. Познакомившись с сочинениями А.Н. Ле­онтьева, Д.Б. Эльконина, Э.В. Ильенкова, М.К. Мамардашвили, Э.Ю. Со­ловьева, А.В. Петровского, мы с удивлением обнаруживаем, что в них зву­чат те же самые бердяевские мотивы о приоритете духовного, или нравствен­но-этического, начала в понимании личности. Таким образом, заявленная авторами настоящего тома позиция в понимании личности, ее отличии от человека и индивида продолжает интеллектуальные традиции научно-фи­лософской мысли, сформировавшиеся в России в первой, а затем продол­жившиеся во второй половине XX в.

Таким образом, понятие «личность» — не только и не столько явление со­циальное, сколько этический феномен. Именно так она трактуется в русской философской традиции, которую необходимо, на наш взгляд, использовать в социологической науке.

? ? ?

Авторы благодарят за помощь в работе преподавателей и студентов рос­сийских вузов: М.Ю. Дядюнову, П.В. Дергунову, Н.А. Моисееву, С.А. Коше­ля, В.И. Исанину, К.Р. Абоянца, Е.В. Казаеву, М.А. Морщихину и др. В под­готовке материалов разд. III «Сознание и мнение» принимал участие канд. филос. наук В.И. Поляков.

РАЗДЕЛ I

ТЕОРИЯ И МЕТОДОЛОГИЯ

История теоретических воззрений

Методология изучения личности

Лидер и лидерство

Социальные типы личности





ИСТОРИЯ ТЕОРЕТИЧЕСКИХ ВОЗЗРЕНИЙ

Изучение человеческой личности имеет давнюю историю. Над тем, что представляет собой двуногое существо, лишенное перьев и наделенное интеллектом, люди задумывались, видимо, 40 тыс. лет назад, хотя ника­ких письменных свидетельств, разумеется, от той эпохи не сохранилось. Зато до нас дошло множество других источников, главным образом, фи­лософских трактатов и научных монографий, авторы которых на протя­жении последних 2500лет пытались разгадать величайшую загадку что есть человек, его душа и как он становится личностью. Мы остано­вимся только на самых важных и наиболее интересных достижениях те­оретической мысли в области философии, психологии и социологии, памятуя о том, что антропологические подходы освещаются в специаль­ной главе об антропогенезе.

ФИЛОСОФСКИЕ ПОДХОДЫ

Человек — явление очень сложное, поэтому исследование человека — это задача медицины, физиологии, педагогики, психологии, психиатрии, эсте­тики, культурологии и др., т.е. целого комплекса наук. Специфика философ­ского подхода состоит в том, что в философии человек рассматривается как целостность, человек и мир человека в его основных проявлениях.

Проблема человека занимает важнейшее место в философии. Что такое человек? Что составляет его сущность? Каково его место в мире и в обще­стве? Известный русский философ А.А. Богданов писал: «Для обывателя "человек" — это вовсе не загадка, не "проклятый вопрос", а просто живой факт его обывательского опыта: "человек" — это он сам и другие обывате­ли, и все, кто обладает достаточным сходством с ними... Для философа-метафизика "человек" — великая загадка... — это существо, одаренное ра-

3

зумом, "нравственною свободою", "стремлением к абсолютному" и тому подобными возвышенными свойствами...»

Важность проблемы человека связана с тем, что философия призвана решать комплекс мировоззренческих проблем, а они непосредственно свя­заны с местом человека в мире, степенью его свободы, смыслом жизни, отношением человека к обществу и природе, осмыслением перспектив раз­вития человечества.

Проблемы личности в философии — это прежде всего вопрос о том, ка­кое место занимает человек в мире, чем он фактически является и чем он может стать, каковы границы его свободы и социальной ответственности. Философы считают личность высшей ступенью эволюции человека как духовно-телесного существа. Проблема человека решалась по-разному раз­личными философскими школами и направлениями.

Современный немецкий ученый Э. Кассирер выделил в истории изуче­ния человека четыре исторических периода:

  1. изучение человека метафизикой (античность);

  2. изучение человека теологией (Средневековье);

  3. изучение человека математикой и механикой (Новое время);

  4. изучение человека биологией.

Ученые предлагают и другие варианты классификации. На наш взгляд, развитие представлений о человеке как личности прошло несколько этапов.

Древний Китай (VI-I вв. до н.э.)

Первые представления о человеке возникают задолго до появления фи­лософии — в мифологическом и религиозном сознании. Первыми фило­софскими взглядами на проблему человека можно считать выводы, сло­жившиеся в древневосточной философии. Однако здесь еще не сформи­ровалось целостной системы представлений о человеке как личности,

отделенной от космоса. Высшей цен­ностью считался не индивид, а некий безличный абсолют (дух вселенной). Человек должен подчиняться уста­новленному порядку. Если для древ­них римлян характерно выражение «Я и ты» ego et tu»), то в Индии и Китае предпочитали говорить «мы», ибо каждое «Я» мыслилось как продолжение иного «Я». Древневосточное ми­ровоззрение пыталось отождествить и объединить человека и природные процессы. Каждый человек ценился не сам по себе, а лишь в силу того, что он есть часть этого единства. Целью и смыслом жизни выступало дости­жение высшей мудрости, соединенное с истиной Величайшего. «Как зер­кало, очищенное от пыли, сияет ярко, так и телесное (существо), узрев ис­тинную (природу) атмана, становится единым, достигает цели и избавля­ется от печали»1.

1 Древнеиндийская философия. М., 1972. С. 250.

4

КОНФУЦИЙ (Кун-цзы) (551-479 гг. до н.э.), Кун-фу-цзы — китайский мудрец, основатель государственной ре­лигии Китая. Происходил из обедневшего знатного рода и большую часть жизни провел в царстве Лу (провинция Шаньдун). Его отец был правителем одного из уездов кня­жества. Когда ему исполнилось три года, будущий фило­соф лишился отца, а в 17 лет — матери. В молодости ему пришлось вынести немало трудностей, и возможно, что эти ранние испытания и бедность способствовали тому, что на всю жизнь у него осталось сочувствие к простым людям. В 22 года основал первую в Китае частную школу и странствовал с учениками по всей стране, стремясь найти применение своим принципам мудрого управления государством, но правители тяготились им так же, как тиран Дионисий тяготился Платоном. Наконец, на пятьдесят втором году жизни он получает место наместника города Хунг-то. Его деятельность дает бле­стящие результаты, и он назначается надзирателем государственных земель, а по­зднее — министром юстиции. Согласно преданиям, Конфуций имел 3 тыс. уче­ников, среди которых 72 были наиболее выдающимися. Его основные взгляды изложены в книге «Беседы и суждения» («Лунь юй»), которая представляет со­бой запись изречений и бесед с учениками и последователями.

Конфуцианство. Конфуцианство, будучи официальной государственной идеологией, имело дело главным образом с социальными отношениями. Учение Конфуция не касается области сверхъестественного, не обращая никакого внимания на древние мифы, народные верования, суеверия и культы, которые вобрал в себя даосизм (см. ниже). Именно поэтому кон­фуцианство называют светским учением, а даосизм — религиозным. Фор­мируясь как своего рода социально-этическая антропология, конфуциан­ство сосредоточило свое внимание на воспитании человека в духе уважения и почтительности по отношению к окружающим, проблемах морали, обще­ства и нравственности. Конфуций дал теоретическое истолкование и госу­дарственной, и божественной («небесной») власти в семейно-родственных категориях; «государство — одна семья», государь — Сын Неба и одновре­менно «отец и мать народа». Государство отождествлялось с обществом, социальные связи — с межличностными, основа которых усматривалась в семейной структуре2.

Благородный человек (цзюнь-цзы) у Конфуция должен был обладать двумя важнейшими добродетелями: гуманностью (Жэнь) и чувством долга (И). «Жэнь» иногда переводят как «любовь», а также «доброжелательное отношение к ближнему». «И» определяется комбинацией этических норм: хороших манер, церемоний, обычаев, этикета и правил хорошего поведе­ния.

Понятие «гуманность» трактовалось Конфуцием необычайно широко и включало в себя множество качеств: скромность, справедливость, сдержан­ность, достоинство, бескорыстие, любовь к людям и т.п. Жэнь — это высо­кий, почти недосягаемый идеал, совокупность совершенств, которыми об­ладали лишь древние. Чувство долга продиктовано внутренней убежденно-

2 Конфуцианство в Китае: проблемы теории и практики. М., 1982.

5

стью в том, что следует поступать именно так, а не иначе. Оно обусловлено знанием и высшими принципами. Долг — это моральное обязательство, которое гуманный человек в силу своих добродетелей накладывает на себя сам. «Благородный человек думает о долге, низкий человек заботится о выгоде», — учил Конфуций. В понятие «И» поэтому включались стремле­ние к знаниям, обязанность учиться и постигать мудрость древних3.

«Благородный человек» Конфуция определяется как человек честный и искренний, прямодушный и бес­страшный, всевидящий и понимаю­щий, внимательный в речах, осторож­ный в делах. В сомнении он должен справляться, в гневе — обдумывать поступки, в выгодном предприятии — заботиться о честности; в юности он должен избегать вожделений, в зрело­сти — ссор, в старости — скряжничества. Истинный цзюнь-цзы безразли­чен к еде, богатству, жизненным удобствам и материальной выгоде. Всего себя он посвящает служению высоким идеалам, служению людям и поиску истины4. Познав истину утром, он «может спокойно умереть вечером».

Поведение человека основано на соблюдении двух главных принципов: а) помогай другим достичь того, чего бы ты сам хотел достичь; б) чего не желаешь себе, того не делай другим. Человек должен поступать так, как велит порядок и его положение. Человек во всем должен придерживаться середины: он не должен иметь ни чрезмерной злобы, ни чрезмерной люб­ви, не должен слишком предаваться печали, ни восторгаться от радости — одним словом, в нем должно быть полнейшее отсутствие крайностей и ув­лечений — в этом заключается основное правило личной нравственности5. Культ предков — основа китайской религии, существовавшая еще до Конфуция, была усилена им строгим акцентом на семейной верности и уважении по отношению к родителям. Конфуций проповедовал также ува­жение и покорность женщин по отношению к своим мужьям и подданных по отношению к своим правителям.

Даосизм. В Китае, помимо буддизма, заимствованного из Индии, суще­ствует собственная и весьма самобытная религия — даосизм. Она зароди­лась 1800 лет назад. В центре даосизма стоят природа, космос и человек, ко­торые постигаются путем прямого усмотрения сути вещей, а не рациональ­ным конструированием, как в конфуцианстве.

Согласно древневосточным учениям (даосизм, VII—I вв. до н.э.) человек занимает срединное положение в мире, соединяя в себе мужское и женское, активное и пассивное начала, твердость и мягкость, покой и движение. Глав­ная категория философского даосизма — Дао (путь) — понимается как пер­вопричина всего сущего, источник материальных и духовных явлений и одновременно как всеобщий закон природы. Дао господствует везде и во всем, всегда и безгранично. Его никто не создал, но все происходит от него. Невидимое и неслышимое, недоступное органам чувств, постоянное и не-

3 История китайской философии. М., 1989.

4 См.: Васильев Л.С. История религий Востока. М.: Высшая школа, 1983.

5 Фэн Юлань. Краткая история китайской философии. СПб., 1998.

6

исчерпаемое, безымянное и бесформенное, оно дает начало, имя и форму всему на свете. Даже великое Небо следует Дао. Познать Дао, следовать ему, слиться с ним — в этом смысл, цель и счастье жизни.

Даосизм придерживается точки зрения, что отдельный человек не должен бороться против Дао, а приспосабливаться к нему и работать с ним. Актив­ное стремление получить или проявить власть не столько аморально, сколь­ко глупо и бессмысленно. Дао нельзя победить. Каждый вместо этого должен стараться жить в согласии с ним. Для отдельной личности обычно подходят простота и естественность. Насилия следует избегать, так же как жажды де­нег или славы. Человеку следует не стремиться изменить мир, но уважать его. Для правительств также обычно более мудрым курсом является неактивная политика. Уже существует слишком много уставов. Проведение новых зако­нов или грубое усиление старых, как правило, делает положение вещей только хуже. Высокие цены, программы амбициозных правительств, военные дей­ствия — все это противоречит духу даоистской философии.

Основателем даосизма считается современник Конфуция (по другим сведени­ям — предшественник) Лао-Цзы (VI в. до н.э.), о котором — в отличие от Кон­фуция — в источниках нет достоверных сведений ни исторического, ни биогра­фического характера. Лао-цзы считается современными исследователями фигу­рой легендарной.

Даосизм проповедует культ естественной природы, его девиз: человек должен поступать по образцу земли, земля — по образцу неба, небо — по велению «дао» (учение о пути), а «дао» — по законам природы. Даосизм ра­тует за достижение духовного совершенства с опорой на силы природы. Это вполне созвучно нынешним настроениям горожан «вернуться к природе».

Человек в даосизме занимает срединное положение в мире, соединяя в себе темное и светлое, мужское и женское, активное и пассивное начала, твердость и мягкость, покой и движение. Он обращен лицом к прошлому, а к будущему повернут спиной. Мир создан не ради человека, он — лишь последнее звено саморазвития мира, движения Времени по кругу. Человек общается с божеством не как индивид, а как потомок, звено родовой цели. Человек еще не ощущает границ собственной личности.

Характерной чертой культурного и духовного развития Древнего Китая была приверженность традициям. Мировоззрение китайца неразрывно свя­зано и опосредовано религиозным ритуалом, он представляет собой систе­му воображаемых отношений с умершим, для китайца важно поклонение духам, небу. Вся жизнь проходит как непрерывный отчет перед предками, которые умерли. В любой момент жизни, на любой случай, в счастье и горе, при рождении и смерти, поступлении в школу или назначении на службу — всегда и во всем существовали строго фиксированные и обязательные для всех правила поведения.

Конфуцианство, моизм и легизм исходят из того, что человек — суще­ство общественное. Конфуций не мыслит послушного сына вне семьи, как не мыслит и цзюнь-цзы6 вне отношений с обществом. Стремление сохранить

6 Термин «цзюнь-цзы» был заимствован Конфуцием из «Книги песен» («Ши-цзин»), которую Кон­фуций не только хорошо знал, но и, если верить традиции, редактировал. В «Книге песен» слово «цзюнь-цзы» означало «государев сын» (буквальное значение иероглифа «цзюнь» — «государь», иероглифа «цзы» — «сын») или «аристократ». Конфуций изменил смысл этого слова так, что оно стало обозначать уже не происхождение, а качества человека.

7

свою личную чистоту ведет к разрушению основы человеческих взаимоот­ношений. Служа своей стране, цзюнь-цзы поступает по справедливости. Мо-цзы и легисты на первое место выдвигают государство. Представители этих

школ никогда не выражали сомнения в том, что место человека — в обще­стве, среди ему подобных, и по отно­ шению к обществу он должен выпол­нять определенные обязанности. Но именно этот тезис полностью отвер­гают даосы, которые смотрят на общество как на зло и призывают человека, вырвавшись из его цепких объятий и стряхнув с себя оковы ложных обязан­ностей и долга, вернуться к природе. Отказ от подчинения социальным ус­ловностям, восприятие их как чего-то несущественного, ненужного и жал­кого подразумевают наличие у человека чего-то такого, что он может обще­ству противопоставить.

Таким образом, древнекитайская философия выработала два противопо­ложных взгляда на человека. Согласно одному он должен слиться с обще­ством и семьей, согласно другому он должен слиться с природой и быть от­шельником.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   72


Учебный материал
© bib.convdocs.org
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации