Афонцев С.А. Присоединение к ВТО: экономико-политические перспективы - файл n1.doc

Афонцев С.А. Присоединение к ВТО: экономико-политические перспективы
скачать (150 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc150kb.03.11.2012 09:26скачать

n1.doc

Афонцев С.А. Присоединение к ВТО: экономико-политические перспективы

Pro et Contra, весна 2002.

Дискуссии о плюсах и минусах присоединения России к Всемирной тор

говой организации (ВТО) идут столь давно, что в аргументах участвую

щих в них сторон трудно найти чтолибо новое. Отрасли, выигрывающие

или проигрывающие от такого шага, аккуратно идентифицированы и пе

речислены в таблицах, поразительно напоминающих бухгалтерские ба

лансы с их активами и пассивами. Выполнение плана поддержки исследо

вательских работ, заявленного Министерством экономического развития

и торговли, может уже в ближайшие месяцы дать количественные оценки

общего экономического эффекта от вступления в ВТО. Стратегическое

решение принято, и максимум, на что еще можно повлиять, — это кон

кретные условия присоединения по конкретным пунктам. Остались ли во

обще принципиальные аспекты проблемы, которые стоили бы того, что

бы обсуждать их не в тиши комнат для переговоров, а публично?

Представляется, что самый важный вопрос, все еще не получивший

должного освещения, связан с качественным различием самой природы

издержек и выгод от присоединения к ВТО. Издержки, которые вынужде

ны будут нести национальные экономические субъекты, вполне реальны

и возникнут сразу после того, как правительство начнет выполнять обяза

тельства, принятые по результатам переговорного процесса. Основная же

часть выгод носит ожидаемый характер. За них еще предстоит побороть

ся, причем успех в этой борьбе отнюдь не гарантирован. Таким образом,

вступая в ВТО, Россия должна будет платить реальную цену не за некие

«блага» (в числе которых первое место традиционно отдается отмене дис

криминации российского экспорта), а всего лишь за возможность участ

вовать в технических процедурах решения споров и в дальнейших пере

говорах о судьбах международной торговой системы.

Стоит ли овчинка выделки? Отвлечемся от набивших оскомину аргу

ментов типа «Вступление в ВТО — это еще один шаг на пути присоедине

ния к цивилизованному мировому сообществу», «Нельзя стоять в стороне

от глобальных процессов» или «Китай вступил — и нам надо». Экономи

ка — наука строгая. Экономика — по преимуществу наука о деньгах. Она

не запрещает людям по идеологическим соображениям совершать сдел8 Pro et Contra • Том 7 • № 2 • Весна 2002

Сергей Афонцев

ки, издержки которых превышают полученные выгоды, но при этом тре

бует, чтобы сами издержки и выгоды были рассчитаны корректно.

Какие факторы необходимо учитывать при проведении такого расче

та? С одной стороны, денежную оценку издержек, которые придется не

сти, и выгод, которые есть шанс получить. С другой стороны, оценку шан

сов на получение выгод. Причина такого дуализма в том, что решения, ге

нерирующие соответствующие издержки и выгоды, принимаются на раз

ных уровнях политических рынков. Обязательства, которые берет на себя

вступающая в ВТО страна, фиксируются на национальном уровне; уступ

ки, которые могут быть получены от торговых партнеров, являются ре

зультатом взаимодействия на международном уровне. Понимание этого

обстоятельства имеет фундаментальное значение для рассмотрения во

проса о целях и условиях присоединения к ВТО.

В данной статье внимание будет сконцентрировано на важнейших

направлениях переосмысления проблемы присоединения к ВТО сквозь

призму анализа политических рынков. Вот наиболее важные тезисы, от

носящиеся к поставленной проблеме.

Вопрос о либерализации торговли и ее влиянии на экономику не явля(

ется центральным при обсуждении перспектив присоединения к ВТО. Эта

организация всего лишь один из механизмов, который можно использо

вать для получения потенциальных выгод от либерализации. Как следст

вие, чистый баланс выгод и издержек, получаемых в результате либерали

зации при присоединении к ВТО, следует сопоставлять (а) с чистым ба

лансом выгод и издержек при осуществлении альтернативных вариантов

либерализации и (б) с «ценой» получения доступа к действующим в ВТО

политикоправовым механизмам защиты экономических интересов.

ВТО — это рынок, на котором продаются и покупаются мероприя(

тия торговой политики, служащие интересам тех или иных групп эко(

номических субъектов. Фактически ВТО транслирует на глобальный уро

вень процессы лоббирования и контрлоббирования, характерные для на

циональных и региональных политических рынков. Успех на рынке тор

г о в о й п о л и т и к и , к а к и н а в с я к ом д р у г ом, з а в и с и т о т о б ъ ема р е с у р с о в ,

которые могут быть инвестированы в укрепление конкурентных позиций,

и от способности предложить партнерам эффективные стимулы для обес

печения выгодных условий сделок.

Для страны, принимающей решение о присоединении к ВТО и его ус(

ловиях, ключевое значение имеет оценка шансов преуспеть в конкурент(

ной борьбе на глобальном рынке мероприятий торговой политики. При

этом необходимо принимать во внимание три хронологические перспек

тивы:

• краткосрочную, в фокусе которой находится возможность добиться

благоприятных условий присоединения;9

Присоединение к ВТО: экономико%политические перспективы

• среднесрочную, связанную с защитой интересов национальных эконо

мических субъектов с использованием действующих политикоправо

вых механизмов ВТО;

• долгосрочную, в рамках которой ключевое значение имеют возможно

сти влиять на дальнейшую эволюцию указанных механизмов.

Не исключено, что некоторые из этих тезисов могут показаться пара

доксальными или, по крайней мере, неконвенциональными. Начнем рас

смотрение с первого из них, применительно к которому это предположе

ние имеет наибольшие шансы оказаться верным.

Либерализация и ВТО:

близнецы%братья или сестры%соперницы?

Отождествление процессов, протекающих в рамках соглашений ГАТТ/

ВТО, с движением в сторону растущей либерализации мировой торговли

стало в послевоенный период столь общим местом, что в аудитории, не

состоящей сплошь из профессиональных экономистов, часто приходит

ся оговариваться: глобальный многосторонний механизм либерализации

торговли — отнюдь не единственный способ достижения большей откры

тости экономики. Существуют и альтернативные механизмы реформиро

вания внешнеторговой политики, предполагающие осуществление нор

мативных новаций в одностороннем порядке или в рамках региональных

торговых соглашений. Что можно сказать об этих альтернативах?

Односторонняя либерализация (или, шире, реформа торговой поли

тики, проводимая в одностороннем порядке) — традиционный объект

экономических исследований, как теоретических, так и эмпирических. У

всех стран с переходной экономикой (причем не только постсоциалисти

ческих, но и развивающихся стран, которые в 60—70х годах следовали

стратегии импортозамещающей индустриализации) первые шаги к либе

рализации так или иначе были связаны с принятием односторонних ре

шений 1

Одностороннее проведение реформ предполагает полный суве .

ренитет страны в области торговой политики, что развязывает правитель

ству руки при выборе оптимальных, с его точки зрения, методов достиже

ния желаемых целей.

Что нового несут с собой многосторонние — региональные и глобаль

ные — механизмы формирования торговой политики? Прежде всего они

предполагают существенное ограничение национального суверенитета в

соответствующей сфере для координации принятия решений в междуна

родном масштабе. Различия между двумя типами многосторонних меха

низмов удобно изучать в рамках следующей схемы анализа координации

экономической политики. С одной стороны, координация может стать ре

зультатом переговоров по конкретным вопросам, представляющим инте

рес для участвующих сторон (так называемая ad hocкоординация), или10 Pro et Contra • Том 7 • № 2 • Весна 2002

же некоего базового соглашения, фиксирующего правила решения спор

ных вопросов и согласования позиций сторон по оговоренному кругу

проблем (координация на основе правил). С другой стороны, типы коор

динации можно классифицировать по цели. Для правительств суверенных

государств такими целями могут быть либо поддержание эффективного и

стабильного международного экономического режима (режимная коор

динация), либо реализация внутриэкономических приоритетов (оптими

зационная координация). Последняя отнюдь не предполагает, что прави

тельство оптимизирует параметры функционирования национальной эко

номики. Речь идет просто о том, что оно стремится максимизировать соб

ственную целевую функцию, учитывающую как его собственные интере

сы, так и интересы поддерживающих его политических сил. Иными сло

вами, оно ищет «точку оптимума» данной целевой функции в условиях

существующих экономических и политических ограничений. Режимная

координация, напротив, предполагает, что правительства национальных

государств отказываются (хотя бы в известной мере) следовать указанной

«оптимизационной» стратегии во имя создания (или поддержания) либе

рального международного экономического режима, обеспечивающего

условия для поступательного мирохозяйственного развития

2

.

В рамках этой схемы видно, что региональная координация экономи

ческой политики относится в первую очередь к категории оптимизаци(

онной координации на основе правил, в то время как глобальная коорди

нация ставит своей целью — по крайней мере, в интенции — режимную

координацию, опирающуюся на строго детерминированные правила. С

учетом этого отнюдь не удивительна осторожность, с какой представите

ли ВТО относятся к деятельности региональных группировок, видя в них

«игроков» с потенциально конкурирующими целями.

Вместе с тем такая позиция в современных условиях оказывается ус

таревшей. Постепенно уходит в прошлое традиционное представление о

протекционистской направленности региональных соглашений. Еще в се

редине 90х годов было отмечено, что практически все вновь возникаю

щие региональные блоки принимают форму зон свободной торговли, не

поднимаясь на более высокие уровни интеграции, предполагающие соз

дание общих протекционистских барьеров

3

Это вполне естественно, по .

скольку такие блоки часто объединяют страны с разным уровнем эконо

мического развития. При неоднородности экономических структур и це

лей развития единственным общим приоритетом странучастниц оказы

вается взаимное открытие доступа к национальным рынкам. Это предпо

лагает ускоренные (по сравнению с возможностями достижения консен

суса в рамках ВТО) темпы либерализации торговли в рамках региональных

объединений. Иными словами, развитие региональных экономических

объединений приводит к тому, что либеральный торговый режим кристал

Сергей Афонцев11

лизуется из нескольких «точек роста», а не возникает одновременно в мас

штабе всей международной торговой системы. В современной литерату

ре широко признано, что многочисленность странучастниц ВТО и при

нятые в ней правила принятия решений делают процессы, связанные с

переговорами под ее эгидой, все более зависимыми от процессов, проте

кающих в региональных блоках; так возникает «промежуточный» уровень

согласования интересов в рамках более ограниченного числа участни

ков

4

.

В целом можно констатировать, что региональные торговые соглаше

ния представляют собой весьма действенный механизм, способствующий

либерализации мирохозяйственных связей 5

Оценивая результаты заклю .

чения региональных соглашений, авторы большинства экономических

исследований так или иначе исходят из того, что критерий максимиза

ции благосостояния всех участников международного взаимодействия

имеет приоритет над критерием максимизации благосостояния отдель

ных стран (или группы стран, формирующих региональное объединение).

Точка зрения, согласно которой интересы «мира в целом» заслуживают

меньше внимания, нежели интересы страны, представленной выносящим

суждение субъектом, быть может, выглядит не столь возвышенно, но при

принятии политических решений, повидимому, доминирует. В конце кон

цов, заповедь Нового Завета о любви к ближнему относится прежде всего

к межличностным, а не международным отношениям, которые попреж

нему следуют ветхозаветным принципам типа «око за око». Но и у сторон

ников морального подхода тоже мало оснований жаловаться на рост по

пулярности региональных соглашений, ибо либерализация внешней тор

говли, достигнутая в результате многосторонней региональной либера

лизации, может оказаться плодотворнее, чем многосторонняя глобальная

либерализация, — с точки зрения не только отдельных странучастниц,

но и международной системы в целом 6

.

В контексте присоединения к ВТО той или иной страны особенно важ

но, в какой мере такой шаг (1) открывает перед ней дополнительные воз

можности по сравнению с региональными соглашениями и (2) препятст

вует реализации потенциала уже заключенных соглашений. В российских

условиях второе обстоятельство не создает скольконибудь существенных

помех вступлению в ВТО. Единственное региональное соглашение, обя

з а т е л ь с т в а м п о к о т о р о м у м о г у т п р о т и в о р е ч и т ь о б я з а т е л ь с т в а п е р е д

ВТО, — это Евразийское экономическое сообщество (ЕврАзЭС). Однако,

несмотря на все политические декларации, оно так и не стало механиз

мом, оказывающим значимое положительное влияние на состояние рос

сийской экономики. На фоне новых тенденций в развитии региональных

блоков это не должно удивлять: ведь ЕврАзЭС объединяет страны с при

мерно равным уровнем экономического развития и ограниченной степе

Присоединение к ВТО: экономико%политические перспективы12 Pro et Contra • Том 7 • № 2 • Весна 2002

нью комплементарности экономик. Практически все региональные объ

единения с гомогенным составом участников сталкиваются с аналогич

ными проблемами 7

.

Что касается первого обстоятельства, то самое перспективное направ

ление региональной интеграции с экономически развитыми странами

связано сейчас с формированием новых механизмов сотрудничества ме

жду Россией и ее основным торговым партнером — Европейским союзом

(ЕС). Представляется, что в заявлениях о возможности вступления России

в Евросоюз «когдалибо в будущем» следует видеть лишь невинный поли

тический флирт с богатой соседкой Европой, продиктованный желанием

улучшить имидж страны на международной арене. Однако существуют и

более реальные варианты углубления торгового сотрудничества. В конце

концов, заключение преференциального торгового соглашения с ЕС дало

в свое время странам Восточной Европы ощутимый импульс к углублению

внешнеторговой специализации (и, помимо прочего, обеспечило им ис

кусственные конкурентные преимущества по сравнению с российскими

экспортерами, в отношении которых режим импортных барьеров ЕС со

храняет силу). Однако заключение аналогичного соглашения с ЕС отнюдь

не противоречит задаче присоединения к ВТО; напротив, некоторые зна

чимые шаги (вроде получения статуса страны с рыночной экономикой)

объективно помогают достижению обеих целей.

Если региональные механизмы либерализации не способны служить

для России реальной альтернативой ВТО, то может ли сыграть эту роль

односторонняя либерализация? Бесспорное преимущество последней —

принципиальная (запомним эту оговорку!) возможность проведения оп

тимального с точки зрения национальной экономики курса внешнетор

говой политики, не связанная с необходимостью учитывать встречные

требования партнеров по переговорам. Если с точки зрения оптимизации

параметров функционирования национальной экономики те или иные

рекомендации ВТО в сфере торговой политики действительно полезны,

то что мешает следовать им в одностороннем порядке? То же касается и

аргументов о благотворном влиянии членства в ВТО на общий хозяйст

венный климат в стране. Действительно, новые нормативные документы,

принятие которых выступает условием присоединения к этой организа

ции, могут улучшить общий инвестиционный климат, оживить предпри

нимательскую активность, привлечь иностранные капиталовложения и т.

д. Но если эти нормативные документы столь полезны, то что мешает при

н я т ь и х в н е в с я к о й с в я з и с в с т у п л е н и ем в В ТО, п р е д п о л а г ающим у ч е т

встречных требований? В конечном итоге почему не «выковырять изюм

из булки», приняв те нормы ВТО, эффект которых для национальной эко

номики будет заведомо положительным, и игнорировать экономически

неприемлемые (или сомнительные) требования?

Сергей Афонцев13

На этот вопрос есть два ответа, причем оба политического, а не эко

номического характера. Вопервых, одностороннее и избирательное при

нятие либерализационных обязательств, не обеспечивая доступа к поли

тикоправовым механизмам ВТО, может оказаться неоптимальным с точ

ки зрения обеспечения интересов национальных экономических субъек

тов. Вовторых (вспомните оговорку о «принципиальной» возможности!),

целью субъектов принятия решений на национальном уровне может ока

заться вовсе не разработка экономически оптимальной стратегии либе

рализации, а удовлетворение экономических интересов поддерживающих

их бизнесгрупп. В таких условиях нормы ВТО, если воспользоваться по

пулярным в экономической психологии сюжетом про Одиссея и сирен,

будут играть роль пут, которыми правительство, «какое оно есть сегодня»,

связывает свободу действий правительства, «каким оно будет завтра», что

бы то не поддалось соблазну сладкоголосого пения отечественных лоб

бистов (или заманчивому шуршанию купюр в коробках изпод ксерокса).

Первое обстоятельство вопросов не вызывает. Что же касается второ

го, то есть веские основания считать, что в течение всего периода эконо

мических реформ режим регулирования внешней торговли испытывал на

себе влияние политикоэкономических факторов, потенциально проти

водействующих либерализации (в том числе ярко выраженное влияние

групп давления на формирование внешнеторговой политики) . Однако

ситуация не была однозначной. Результаты эмпирических исследований

показывают, например, что в 90е годы на структуру ставок импортных

таможенных пошлин влияло стремление правительства поддержать стаг

нирующие отрасли и максимизировать таможенные поступления, то есть

мотивы, которые — при прочих равных условиях — могут быть совмести

мыми с целями успешной трансформации 8

.

Все это позволяет предложить следующую интерпретацию либерали

зационных последствий присоединения к ВТО. Представим себе самый

эффективный из политически возможных вариантов реформы внешне

торговой политики, проводимой в одностороннем порядке, и возьмем его

за точку отсчета. Именно с ней (а не с ситуацией статускво) следует со

поставлять эффект присоединения к ВТО. Разность между соответствую

щими вариантами либерализации и будет мерой издержек доступа к по

литикоправовым механизмам защиты интересов национальных эконо

мических субъектов в рамках ВТО. Если эта разница окажется отрицатель

ной, то «либерализация по ВТО» будет целесообразной даже в том случае,

если шансы на эффективное использование указанных механизмов рав

ны нулю. Если же она окажется положительной, то это и будет цена, кото

рую страна заплатит за доступ к механизмам ВТО, и обоснованность та

кой сделки будет зависеть от того, какой суммой реальных выгод обер

нется получение доступа.

Присоединение к ВТО: экономико%политические перспективы14 Pro et Contra • Том 7 • № 2 • Весна 2002

ВТО как политический рынок

Если верен традиционный постулат экономической теории о том, что

режим свободной торговли оптимален с точки зрения максимизации эко

номической эффективности, то почему (1) все страны в той или иной мере

возводят протекционистские барьеры и (2) процессы либерализации но

сят преимущественно многосторонний, а не односторонний характер?

При ответе на эти вопросы ключевую роль играют политикоэкономиче

ские факторы, ибо для субъектов принятия политических решений при

оритетами могут служить не только (и даже не столько) соображения оп

тимизации национальной экономики 9

Роль такого рода факторов при .

нято анализировать в терминах своеобразного рыночного взаимодейст

вия, где «спрос» на мероприятия экономической политики предъявляют

избиратели, индивидуальные лоббисты или члены организованных групп

давления, а «предложение» исходит от субъектов принятия политических

решений — политиков и чиновников. В отличие от экономических рын

ков, где происходит обмен товарами и услугами, на политических рынках

мероприятия экономической политики обмениваются на факторы поли

тической поддержки (голоса избирателей и трансферты ресурсов со сто

роны компаний и групп давления — от взносов в предвыборные фонды

до тривиальных взяток)

10

.

На сегодняшний день можно констатировать существование трех уров

ней политических рынков: национального, регионального и глобально

го. В предыдущем разделе мы уже касались альтернативных стратегий ли

берализации, связанных функционированием данной трехуровневой сис

темы. В этом разделе нас интересует вопрос о том, как именно функцио

нирует политический рынок «третьего уровня» — глобальный политиче

ский рынок, одним из важнейших институтов которого является ВТО. Яв

ляются ли процессы, разворачивающиеся на нем, качественно иными по

сравнению с процессами на национальных и региональных политических

рынках (вспомним сказанное выше относительно режимной и оптимиза

ционной координации экономической политики)?

Если говорить о новшествах, связанных с превращением вопросов

внешнеторговой политики в объект «обмена» на глобальном политиче

ском рынке, то следует коснуться прежде всего двух обстоятельств. Во

первых, расширяется круг субъектов, имеющих возможность влиять на

формулирование внешнеторговой политики суверенных государств, и, во

вторых, на процессы выработки политических решений накладываются

формальные ограничения в виде согласованных в многостороннем по

рядке правил рассмотрения конкретных вопросов. Однако даже беглый

взгляд на массив имеющихся теоретических и аналитических работ по

зволяет заключить, что содержательная сторона процессов, протекающих

в системе ВТО, мало чем отличается от выработки внешнеторговой поли

Сергей Афонцев15

тики на национальном уровне. На деле экономические субъекты, заинте

ресованные в протекционистских либо фритредерских мероприятиях,

просто получили доступ к новым механизмам отстаивания своих интере

сов. Свобода действий правительств действительно оказалась ограничен

ной, однако интересы экономических групп давления никуда не исчезли,

а лишь были транслированы на более высокий уровень.

Подходит ли глобальный политический рынок для выработки либе

ральной внешнеторговой политики лучше, чем национальные политиче

ские рынки? В пользу этого тезиса свидетельствуют здравый смысл и на

блюдение за реальными процессами, происходящими в мире, начиная с

1948 года, когда вступило в действие Генеральное соглашение по тарифам

и торговле (ГАТТ) . Результирующая столкновения разнонаправленных

экономических интересов широкого круга стран, выходящих на глобаль

ный политический рынок, оказалась в конечном итоге гораздо более близ

кой аппроксимацией либерального торгового режима, чем любой из ва

риантов, который мог бы быть реализован в условиях неограниченного

национального суверенитета над внешнеторговой политикой. Дискуссии

последних лет о нарастании «новой волны протекционизма» не должны

стереть из нашей памяти тот факт, что мировая торговая система сегодня

более либеральна, чем когдалибо прежде

11

.

Однако «либеральный результат» отнюдь не тождественен «либераль

ному механизму». Взаимодействуя на глобальном политическом рынке, его

участники отстаивают протекционистские интересы, и уметь «толкаться

локтями» при этом не менее важно, чем на национальных политических

рынках, — а может, и важнее, ибо за интересами конкретных компаний

лоббистов (которые эвфемистически именуют «интересами националь

ного бизнеса») стоят национальные правительства с их очевидно нерав

ноценными возможностями политического давления и использования

внешнеполитических рычагов для достижения экономических целей.

Это обстоятельство проявляется как в политической, так и в технической

составляющей деятельности ВТО. Вопервых, в повестке дня переговоров не

изменно доминируют вопросы согласования взаимных уступок в отноше

нии доступа к рынкам. С точки зрения национальных экономик эти уступки

представляют собой обмен решений, выгодных влиятельным иностранным

экономическим субъектам и наносящих ущерб политически слабым нацио

нальным предпринимателям, на решения, выгодные влиятельным националь

ным экономическим субъектам и невыгодные политически слабым иностран

ным предпринимателям. При этом, в отличие от национальных политических

рынков, «сила» и «слабость» определяются не только (а порой и не столько)

сравнительным экономическим потенциалом соответствующих отраслей и

компаний, сколько сравнительным политическим потенциалом стоящих за

ними государствучастников переговоров.

Присоединение к ВТО: экономико%политические перспективы16 Pro et Contra • Том 7 • № 2 • Весна 2002

Вовторых, вопросы, разрешаемые с помощью принятых в ВТО про

цедур, тоже связаны с учетом протекционистских запросов националь

ных производителей. Более того, дальнейшая эволюция этих процедур

будет, скорее всего, связана с усложнением механизмов лоббирования. Как

показал недавний пример торгового спора между ЕС и США изза поста

вок «гормональной говядины», на политическом рынке все больший вес

приобретают интересы потребителей и стоящих за ними групп (включая

инвайронменталистские), — интересы, которые существующие механиз

мы не позволяют адекватно учитывать

12

.

Наконец, втретьих, сами правила принятия решений в рамках ВТО

появились как результат лоббистских усилий игроков с разными интере

сами и разным политическим весом. Как следствие, в условиях действую

щих принципов взаимности обязательств и консенсусного принятия ре

шений нельзя гарантировать, что в юридические нормы заранее не встрое

ны «пристрастные» юридические нормы 13

.

Итак, мы имеем механизм согласования протекционистских интере

сов, который в состоянии генерировать либеральные результаты в масшта

бах всего мира. Есть удачная метафора, обыгрывающая известное выра

жение Адама Смита: если «невидимая рука» экономического рынка макси

мизирует богатство народов, то «невидимая нога» политического рынка

втаптывает их в нищету

14

Учитывая многоуровневую структуру полити .

ческих рынков, эту метафору можно продолжить: правила глобального

политического рынка ограничивают действия «невидимых ног» нацио

нальных политических рынков, внося тем самым свой вклад в рост богат

ства народов.

Но не все так безоблачно в этом мире. С одной стороны, чтобы полу

чить результаты, эффективные не только с национальной, но и с глобаль

ной точек зрения, вновь сложившиеся реалии международной торговой

системы (особенно появление в повестке дня переговоров таких вопро

сов, как стандарты охраны окружающей среды и регулирования трудовых

отношений) требуют скорее расширения, чем ограничения национально

го суверенитета в области внешнеторговой политики 15

С другой сторо .

ны, за чей счет сей глобальный банкет? Если следовать стандартной логи

ке, то взаимодействие на экономических рынках в большинстве случаев

носит характер игры с положительной суммой, для политических же рын

ков нередко характерна прямо противоположная ситуация. Именно это

обстоятельство служит общей платформой всем российским «ВТОскеп

тикам» — от радикальных сторонников автаркии до «либеральных нацио

налистов». Не останется ли Россия в глобальной игре «неудачником, кото

рый плачет»? Действительно, сможет ли Россия эффективно конкуриро

вать на политическом рынке ВТО, эффективно «отбивая» претензии к себе

и используя политикоправовые механизмы для эффективного лоббиро

Сергей Афонцев17

вания своих интересов? Этот вопрос необходимо рассмотреть с точки

зрения трех временных перспектив, о которых шла речь в первом разде

ле статьи.

Перспективы «новичка в игре»

Прежде чем начать обсуждение, считаю себя обязанным попросить изви

нения у читателей, душе которых близки аргументы о «присоединении к

мировому сообществу» и прочие возвышенные мотивы, которые кажутся

сентиментальными благоглупостями бессердечным прагматикам. Не при

соединяясь к последним (по крайней мере, к тем из них, у кого действи

тельно нет сердца), попробуем вычленить для рассмотрения только один,

прозаически денежный аспект проблемы. Взглянем на вступление в ВТО

как на инвестиционный проект, реализуемый на глобальном политиче

ском рынке. Насколько велики шансы России минимизировать издержки

этого проекта и максимизировать выгоды?

Краткосрочные перспективы: сколько стоит билет?

Применительно к проблеме вступления в организацию нового члена все,

что мы говорили о ВТО как «протекционистском механизме», справедли

во в квадрате. На этапе рассмотрения вопроса о присоединении новой

страны действующие члены ВТО обладают монопольной позицией, и уси

лия кандидата «сбить цену» не всегда оказываются успешными (свидетель

ство тому — результаты пятнадцатилетнего «торга» вокруг вступления в

эту организацию Китая) . Действительно, можно говорить, что условия

приема предусматривают «подтягивание» будущих членов к «международ

ным стандартам» , благодаря чему выполнение требований оказывается

полезно и самим странамкандидатам. Однако даже беглый взгляд на пе

реговорную практику позволяет заключить, что:

1) из числа «полезных рекомендаций» странамкандидатам особый

акцент делается на тех, выполнение которых отвечает интересам наибо

лее влиятельных участников переговорного процесса;

2) помимо стандартных условий Уругвайского раунда и «полезных ре

комендаций» , условия вступления включают в себя набор требований,

объяснить которые с помощью какихлибо иных аргументов, кроме лоб

бистских, можно, только обладая недюжинной фантазией и верой в без

граничную наивность слушателей.

Это заключение справедливо как по отношению к согласованной по

зиции действующих членов ВТО, так и — в еще большей степени — к по

зиции конкретных странучастниц двусторонних переговоров. «40 запо

ведей» проекта доклада Рабочей группы по присоединению России к ВТО,

объединяющей представителей 65 стран, уже дали отечественным коммен

таторам обильную пищу для рассуждений относительно первого из отме

Присоединение к ВТО: экономико%политические перспективы18 Pro et Contra • Том 7 • № 2 • Весна 2002

ченных обстоятельств, так что повторяться нет необходимости. Отметим

только, что такие требования, как унификация внутренних и экспортных

цен на энергоносители, реформирование естественных монополий и бан

ковской системы, по содержанию совпадают с аналогичными требования

ми, сформулированными в начале апреля 2002 года Советом промышлен

ных и предпринимательских конфедераций Европы (UNICE). Что касает

ся второго обстоятельства, то показательны требования, предъявленные

России Китаем (за считанные недели они успели стать притчей во язы

цех): полное снятие барьеров в торговле услугами, неограниченный дос

туп китайской рабочей силы на российский рынок труда, отмена экспорт

ных пошлин и резкое снижение импортных пошлин на промышленную

продукцию в течение двухтрех лет. Китайцы пользуются железным аргу

ментом: «Мы считаем, что вправе требовать от вас столь же жестких усло

вий, на каких к ВТО присоединился Китай»

16

В целом за последние годы .

наблюдалась постоянная эскалация лоббизма: к каждому новому кандида

ту в члены ВТО предъявляли более жесткие требования, чем к предыдуще

му. С одной стороны, такое положение дел можно считать дополнитель

ным доводом в пользу скорейшего вступления в ВТО, ибо «завтра будет

только хуже». Но с другой — большой соблазн спросить: а подобают ли

приличным людям пляски под чужую, хотя бы и китайскую, дудку?

Этот вопрос, безусловно, затрагивает чувствительные патриотические

струны. А почему, собственно, мы должны плясать, вместо того чтобы спо

койно сидеть и пить кофе? Наши партнеры по переговорам (если прибег

нуть к сленгу снабженцев времен плановой экономики) заказывают трех

горбого верблюда, надеясь, что уж одногорбогото они в любом случае

получат, даже если два горба в процессе торга из заявки вычеркнут. Одна

ко по некоторым позициям переговорных требований у нас есть шанс

вычеркнуть все три горба. В конечном итоге и те, кто требует унифици

ровать в ближайшие годы внутренние и экспортные цены на энергоноси

тели, не хуже нас понимают, что это невозможно. Едва ли будет излишней

смелостью предположить, что по этому пункту Россия сможет обойтись

патетической декларацией о намерениях — если проявит бульшую сго

ворчивость по другим пунктам. Важно только выбрать из их числа те, ко

торые придется выполнять в любом случае.

Кроме того, при переговорах с организацией, состоящей из большого

числа участников, грех пренебречь мудростью римлян: divide et impera.

На европейском уровне этот маневр удался. Пророссийские позиции Ев

ропейского делового клуба в России и Консультативного совета по ино

странным инвестициям при Правительстве РФ и стремление еврочинов

ников «не отстать от США» помогли России добиться от ЕС обещания пре

доставить ей вожделенный рыночный статус, хотя еще в конце апреля по

этому поводу преобладали скептические настроения

17

.

Сергей Афонцев19

С точки зрения использования данного принципа в ВТО наиболее по

казательна, повидимому, ситуация с переговорами по сельскохозяйствен

ной тематике. Сейчас Россия заявляет о стремлении установить допусти

мый уровень субсидирования сельхозпроизводителей на уровне 13,8 млрд

долларов, сталкиваясь при этом с организованным отпором членов так

называемой Кернской группы, объединяющей ведущих экспортеров сель

скохозяйственной продукции во главе с Канадой, Австралией и Новой Зе

ландией. Со стратегической точки зрения эта группа — очевидный парт

нер России: как показали итоги 2001 года, экспортный потенциал отече

ственного сельского хозяйства весьма перспективен, и главным препят

ствием его наращиванию служит протекционистская (отбросим полит

корректность — драконовски протекционистская) политика ЕС, который

в конце апреля «осчастливил» наших зерновых экспортеров очередным

повышением пошлин. Было бы недальновидно не начать сближение по

зиций с Кернской группой уже сейчас, тем более что упомянутых 13,8 млрд

долларов на субсидии сельскому хозяйству у нас все равно нет и не будет,

а бороться за экспортные рынки надо было начинать еще вчера.

Наконец, следует сказать, что по российскому обыкновению нам при

ходится бороться не только с объективно существующими проблемами,

но и с теми, которые мы создаем сами. Слабость аналитической прора

б о т к и р о с с и й с к и х п р е д л оже н и й о тме ч ают д аже выс о к о п о с т а в л е н ные

представители аппарата ВТО 1 8

— Спору нет, склонность к праздности .

естественная черта человеческой натуры, однако, когда праздность от

дельных чиновников экономического блока грозит нанести ущерб эко

номическим интересам отечественного бизнеса, возникают серьезные

вопросы к кадровой политике правительства.

Итак, политические перспективы присоединения к ВТО можно оце

нить как вполне разумные. Главное — больше думать, меньше суетиться и

не бояться говорить «нет». Все это у нас, кажется, стало получаться гораз

до лучше после того, как российское руководство отказалось от характер

ных для ельцинского периода кампаний типа «Вступление в ВТО к празд

нику по приказу».

Среднесрочные перспективы: «Memento СолтЛейкСити!»

Если вам, читатель, попадется на глаза статья, где целесообразность всту

пления России в ВТО обосновывается возможностью полностью избавить

национальную экономику от потерь, связанных с действующими по от

ношению к российским товаропроизводителям экспортных ограничений,

дважды подумайте, стоит ли тратить время на ее чтение. Использовать та

кой аргумент — все равно что доказывать целесообразность участия в

Олимпийских играх, ссылаясь на общее число разыгрываемых медалей.

Их, конечно, много, но сколько из них можно выиграть? Действительно,

Присоединение к ВТО: экономико%политические перспективы20 Pro et Contra • Том 7 • № 2 • Весна 2002

потери российских экспортеров оцениваются в тричетыре миллиарда

долларов в год, но на какую сумму их реально можно снизить? В конеч

ном итоге политический бизнес вокруг антидемпинговых разбирательств

уже давно являет миру пример того, во что на Олимпиаде в СолтЛейкСити

вылились антидопинговые разбирательства.

Кроме того, антидемпинг — только одна из причин головной боли у

российских экспортеров. Недавнее повышение импортных тарифов на

продукцию американской черной металлургии, которое может обойтись

отечественным металлургам примерно в полмиллиарда долларов, прове

дено в рамках ст. 201 Закона о торговле США. Она не требует необходи

мости доказывать некорректность используемых торговых практик для

обоснования мер против роста импорта, наносящего ущерб той или иной

отрасли промышленности США или «создающего угрозу» такого ущерба.

Если продолжить аналогию с СолтЛейкСити, то сталелитейная промыш

ленность США уже давно ничем не отличается от пресловутых норвеж

ских лыжниковастматиков, которым дозволено то, что запрещено осталь

ным. Все знают, что у норвежцев никакой астмы нет, но попробуй это до

кажи, если представители Норвегии занимают ведущие позиции в Между

народной федерации лыжного спорта! Равным образом все знают, что

проблемы американских сталелитейщиков связаны не с «ростом импор

та», а с высокими издержками изза устаревшей технологической базы и с

большими затратами на рабочую силу, снижению которых препятствует

профсоюзное лобби 1 9

Но пошлиныто введены, и обоснование такого .

решения знакомо по СолтЛейкСити: «Это не допинг, это — лекарство».

То же относится и к повышению в 1,8 раза субсидий «бедствующим» аме

риканским сельскохозяйственным производителям. И хотя соответствие

таких шагов правилам ВТО более чем сомнительно, перспективы оспорить

принятые решения крайне туманны (по крайней мере, американскую ад

министрацию нимало не впечатлил даже такой беспрецедентный шаг, как

совместное заявление руководителей ВТО, МВФ и МБРР, направленное

против ее протекционистской политики).

Итак, сравним. Итог антидопингового скандала в СолтЛейкСити: россий

ские лыжники не имеют права использовать допинг (что, вообщето говоря,

правильно), но запретить это норвежским лыжникам никто не смеет («права

больных людей должны быть защищены»). Итог торговых споров (в свете

последних событий): протекционистские барьеры и субсидии плохи всегда

и везде, но если об этих мерах говорят в США, то они справедливы (или что

там еще говорят Майкл Мур, Джеймс Вулфенсон и Хорст Келлер?). Кто мудр,

пусть найдет десять отличий! Целесообразно ли в подобных условиях рос

сийским экспортерам ждать от механизмов ВТО слишком многого?

Есть, как минимум, четыре основания считать, что в нынешних дис

куссиях чистые выгоды, ожидаемые от доступа нашей страны к действую

Сергей Афонцев21

щим в ВТО механизмам решения торговых споров, сильно преувеличены.

Вопервых, по международным масштабам число антидемпинговых раз

бирательств, ежегодно возбуждаемых против России, более чем умерен

но (например, в 2001 году против России было возбуждено всего семь ан

тидемпинговых разбирательств, в то время как против Китая — 47, Юж

ной Кореи и Тайваня — по 18, США — 13 и т. д.

2 0

). Таким образом, выгоды

от доступа к механизмам ВТО будут у России значительно ниже, чем у Ки

тая; соответственно слабее должны быть и стимулы к уступкам на перего

ворах.

Вовторых, даже в случае успешного для России решения торговых

споров трудно ожидать, что ущерб, нанесенный отечественным экспор

терам, будет адекватно компенсирован. С одной стороны, разбирательст

ва в ВТО длятся годами, и компания, подавшая иск, может просто не до

жить до его удовлетворения. Последний пример: недавно ЕС наконецто

доказал, что принятая в США практика финансирования экспортных опе

раций через офшорные зоны не соответствует правилам ГАТТ/ВТО. Од

нако для этого потребовалось 30 лет! Более того, выигравшая спор страна

не может помешать проигравшей затеять спор снова. В таком положении

о к а з а л а с ь , н а п р и м е р , И н д и я , в ы и г р а в ш а я п о с л е т р е х л е т н и х р а з б и р а

тельств у ЕС спор по текстилю: против нее было тут же возбуждено оче

редное антидемпинговое разбирательство. С другой стороны, по дейст

вующим правилам, страна, понесшая ущерб, нанесенный ей некорректно

введенными санкциями, получает компенсацию не напрямую в денежной

форме, а через расширение доступа на рынок государства, применивше

го санкции, своих товаров без привязки к конкретной отрасли. Иными

словами, российские металлурги, выиграв спор после долгих лет тяжб,

вполне могут получить шанс порадоваться тому, что их потери будут «воз

мещены» расширением доступа на рынок соответствующей страны, на

пример, «муки, порошка и таблеток из прочих водных беспозвоночных»,

«павших животных, непригодных для употребления в пищу», «земель ин

фузорных» или «шерсти древесной»

21

Но даже если это будет продукция .

той же отрасли, но производимая на заводах не тех компаний, которые

пострадали от санкций, радости последним это доставит мало.

Втретьих, ведение антидемпинговых процессов требует привлечения

квалифицированных специалистов, знающих соответствующие правовые

нормы и имеющих опыт ведения дел данного профиля. Нанять таких спе

циалистов за рубежом не составляет проблемы (хотя это и очень дорого),

однако что касается поддержки со стороны официальных российских ор

ганов, то особенно надеяться на нее не приходится. Те, кто еще питает на

сей счет какието иллюзии, пусть ознакомятся с тем, как обстоят дела с

привлечением иностранных инвестиций, о необходимости чего в России

говорят уже больше десяти лет

22

.

Присоединение к ВТО: экономико%политические перспективы22 Pro et Contra • Том 7 • № 2 • Весна 2002

В ч е т в е р тых , з а п о с л е д н и е г о ды Р о с с и я н а у ч и л а с ь у с п ешн о р а з р е

ша т ь д в у с т о р о н н и е с п о ры. В о т л и ч и е о т р у т и н н о й р а б о ты ( к о т о р а я н е

о б х о д и м а д л я п р и в л е ч е н и я и н о с т р а н н ы х и н в е с т и ц и й и п о д д е р ж к и

юр и д и ч е с к и х п р о ц е д у р в В ТО) вых о д и т ь и з э к с т р ема л ь ных с и т у а ц и й

о т е ч е с т в е н н ы е ч и н о в н и к и н а у ч и л и с ь , с л а в а б о г у, д о в о л ь н о х о р о ш о .

То л ь к о в 2 0 0 0—2 0 0 1 г о д а х Р о с с и я с уме л а о т в е с т и у г р о з у о г р а н и ч е н и я

е е э к с п о р т а в В е н г р ию ( у д о б р е н и я и ц еме н т ) , Ла т в ию ( ц еме н т ) , По л ь

ш у ( у г о л ь ) , Б е л о р у с с и ю ( т а б а ч н ы е и з д е л и я ) , К а з а х с т а н ( м е т а л л у р г и

ч е с к а я и жи в о т н о в о д ч е с к а я п р о д у к ц и я ) , У к р а и н у ( л а к о к р а с о ч ные и з

д е л и я ) , Са л ь в а д о р ( н и т р а т аммо н и я ) и т. д . Уд а ч н о з а в е рши л и с ь п е р е

г о в о р ы с И н д и е й , к о т о р а я , у с т у п а я т о л ь к о С Ш А п о ч и с л у в о з б у ж д е н

ных в 2 0 0 1 м а н т и д емп и н г о вых р а з б и р а т е л ь с т в п р о т и в и н о с т р а н ных

э к с п о р т е р о в ( 6 6 ) , н е в о з б у д и л а п р о т и в Р о с с и и н и о д н о г о . Иными с л о

в ами , мн о г и е в о п р о сы можн о р еши т ь и б е з д о с т у п а к ме х а н и змам В ТО.

Е с л и ж е в о п р о с ы , к о т о р ы е н е л ь з я р е ш и т ь в д в у с т о р о н н е м п о р я д к е ,

в р я д л и у д а с т с я р е ш и т ь и с и с п о л ь з о в а н и е м п р о ц е д у р В Т О , т о и м е е т

л и о с о бый смыс л н е с т и и з д е ржк и д о с т у п а к п о с л е д н им?

Все это заставляет крайне скептически относиться к возможности по

лучить значительные выгоды от присоединения к ВТО в среднесрочной

перспективе. Как представляется, основные выгоды для России лежат в

сфере ее долгосрочных интересов.

Долгосрочные перспективы:

«Имеющий уши да слышит!»

Говоря о присоединении к ВТО, нельзя забывать фундаментальное для эко

номикополитического анализа различие между «игрой по правилам» и

«выбором правил». Если в краткосрочном и среднесрочном аспектах Рос

сия будет вынуждена играть по правилам, установленным другими, то в

долгосрочном она сама может выступить субъектом, активно участвую

щим в разработке правил функционирования международной торговой

системы. Именно из этого обстоятельства вытекают самые веские аргу

менты в пользу необходимости пойти на издержки, связанные со вступ

лением в ВТО, — независимо от того, выиграем ли мы чтото в средне

срочной перспективе или нет.

Сейчас открыто признается, что Уругвайский раунд переговоров в рам

ках ГАТТ закончился в 1994 году явно в пользу экономически развитых

стран и в ущерб интересам развивающихся

2 3

,По некоторым оценкам .

двойные стандарты, используемые развитыми странами при регулирова

нии рыночного доступа продукции из развивающихся стран, только за

2001—2005 годы обернулись для государств Латинской Америки и Афри

ки, а также Индии и Китая потерей потенциальных экспортных доходов в

размере 19 млрд долларов

24

Какова вероятность того, что результаты но .

Сергей Афонцев23

вого раунда переговоров в рамках ВТО будут благоприятнее для развиваю

щихся стран, к которым сейчас, увы, приходится относить и Россию?

Во многом это зависит от того, сможет ли она реально участвовать в

данных переговорах. Опасения, будто голос Москвы «по определению»

будет звучать слабо, беспочвенны. «По определению» слаб голос тех, кто

не знает, чего хочет, и боится, что его никто не станет слушать. В каком

то смысле дискуссии по поводу «влиятельных» и «бессловесных» в клубе

ВТО напоминают ламентации по поводу пресловутого «золотого милли

арда». Если такой «миллиард» действительно существует, то зачем бороть

ся против него? Не умнее ли побороться за место в нем?

Действительно, экономический и политический вес России сейчас не

таков, чтобы она могла диктовать свою волю, однако принцип баланса сил,

применимый к любой гетерогенной международной системе, дает шансы

на успех не только великим державам, но и «странамсереднякам». Эффек

тивность стратегической линии последних зависит от того, в какой мере

им удается «играть» на базовых противоречиях в рамках системы. В ВТО

сохраняется много конфликтов по традиционным вопросам (регулиро

вание торговли сельскохозяйственной и металлургической продукцией,

текстилем, информационными и финансовыми услугами, защита прав

интеллектуальной собственности и т. д. ) , а по таким фундаментальным

новым вопросам, как стандарты охраны труда, охраны окружающей сре

ды и здравоохранения, противоречия могут оказаться даже еще глубже

25

.

Как показали дискуссии вокруг присоединения к ВТО Китая, появление в

организации нового члена со значительным весом в мировой торговле

рассматривается как важный фактор, способный радикально повлиять на

ход дальнейших переговоров

26

Разумеется, как экспортер промышлен .

ной продукции на мировых рынках Россия намного уступает Китаю, но

кто мог еще 20 лет назад предположить, чем он станет сегодня? Почему

мы должны думать о себе хуже? И почему мы не должны говорить о своих

интересах так, чтобы заставить себя слышать?

Заключение

Подведем краткие итоги. Взгляд на ВТО как на политический механизм

позволяет выйти за пределы узких дискуссий о либерализационных по

следствиях присоединения России к этой организации и пересмотреть

традиционные представления о чистых выгодах такого шага.

С одной стороны, либерализацию внешней торговли и коррекцию на

ционального законодательства в соответствии с «международными стан

дартами» мы вполне способны провести и сами — стоит только захотеть.

На практике стремление вступить в ВТО может даже помешать проведе

нию давно назревших либерализационных мероприятий 27

Более того, как .

справедливо отмечено в одном из наиболее известных обзоров спорных

Присоединение к ВТО: экономико%политические перспективы24 Pro et Contra • Том 7 • № 2 • Весна 2002

проблем, связанных со вступлением в ВТО, либерализационные послед

ствия такого шага сами по себе, без внутренних реформ, направленных

на повышение адаптивности экономической системы, не могут сущест

венно улучшить перспективы экономического роста

2 8

,Действительно .

наиболее важные последствия вступления в ВТО следует искать не в чис

то экономической, а в экономикополитической области.

С другой стороны, сопоставление реальных (краткосрочных) издер

жек и ожидаемых (среднесрочных и долгосрочных) выгод от присоеди

нения к ВТО приводит к заключению, что, вопервых, перспективы полу

чения сравнительно благоприятных условий присоединения отнюдь не

так мрачны, как можно было бы предположить; вовторых, ожидаемые

выгоды от доступа к действующим в ВТО механизмам разрешения споров

едва ли окажутся значительными, если сравнивать их с двусторонними

механизмами, используемыми в настоящее время; и, втретьих, за что дей

ствительно стоит побороться, так это за возможность влиять на «правила

игры» в международной торговой системе. Жесткая переговорная пози

ция и игра по принципу «разделяй и властвуй» — вот рецепты и на бли

жайшую (переговоры о вступлении), и на долгосрочную (переговоры о

«правилах игры») перспективу. Если, конечно, мы идем в ВТО за реальны

ми выгодами, а не для того, чтобы украсить список ее членов сто сорок

пятой строчкой и в очередной раз умилиться тем прогрессом, которого

достигла Россия на путях ее сближения с мировым сообществом.

Примечания

1

О влиянии односторонней либерализации в странах с переходной экономикой см.,

например: Hare P. Trade Policy During the Transition // The World Economy. 2001. Apr.

Vol. 27. № 4. P. 483—511; Matusz S., Tarr D. Adjusting to Trade Policy Reform // A. O. Krue

ger (ed.). Economic Policy Reform. The Second Stage. Chicago: The Univ. of Chicago Press,

2000. P. 365—403.

2

Более детальное обсуждение данной схемы см. в: Афонцев С. А. «Глобальное управле

ние» или глобальный политический рынок? // Россия XXI. 1999. № 6. С. 4—37.

3

Kahler M. Regional Futures and Transatlantic Economic Relations. N. Y.: Council on For

eign Relations Press, 1995.

4

Fratianni M., Pattison J. International Organisations in a World of Regional Trade Agree

ments: Lessons from Club Theory // The World Economy. 2001. March. Vol. 24. № 3. P. 333—

358.

5

Обзор соответствующей проблематики см. в: Panagariya A. Preferential Trade Liberal

ization: The Traditional Theory and New Developments // J. of Economic Literature. 2000.

June. Vol. 38. № 2. P. 287—331. Заинтересованному читателю можно также рекомендо

вать более раннюю, но сохраняющую свое значение работу, ориентированную на

сопоставление региональных и глобальных многосторонних торговых соглашений:

Ito T., Krueger A.O. Regionalism versus Multilateral Trade Agreements. Chicago: The Univ. of

Chicago Press, 1997.

6

См., например: Freund C. Different Paths to Free Trade: The Gains from Regionalism //

Quarterly J. of Economics. 2000. Vol. 115. № 4. P. 1317—1341.

Сергей Афонцев25

7

На одном из пленарных заседаний 3й конференции Global Development Network

(РиодеЖанейро, Бразилия, декабрь 2001) один из присутствующих задал доклад

чику вопрос о состоянии дел в МЕРКОСУР, а затем поинтересовался у представителя

Венесуэлы, почему его страна не вступает в эту региональную организацию. «Вы знае

те, МЕРКОСУР сегодня пребывает в состоянии комы», — был ответ на первый вопрос.

«Я должен чтолибо добавить к этому?» — бросил вскользь представитель Венесуэлы.

8

Подробнее см.: Афонцев С. А. Влияние эндогенных механизмов тарифной политики

на структуру импортных потоков в России // Российская программа экономических

исследований. Серия «Научные доклады». № 01/07. М., 2002; Афонцев С.А. Экономико

политические механизмы тарифного регулирования импорта в современной России

// Российская программа экономических исследований. Серия «Научные доклады».

№ 99/16. М., 2000.

9

Анализ соответствующих вопросов имеет к настоящему времени более чем двадца

т и л е т нюю и с т о р ию. См. , н а п р име р : R o d r i k D. P o l i t i c a l E c o n omy o f Tr a d e P o l i c y / /

G. Grossman, K. Rogoff (eds). Handbook of International Economics. Amsterdam: North

Holland, 1995. Vol. 3. P. 457—494; Magee S. P., Brock W. A., Young L. Black Hole Tariffs and

Endogenous Protection Theory. Cambridge: Cambridge Univ. Press, 1989.

1 0

Подробнее об анализе взаимодействия субъектов политических рынков см.: Афон(

цев С. А. Методологические основы современного экономикополитического анали

за // Истоки. № 3. С. 72—122. М.: Высшая школа экономики, 1998.

1 1

Stokes B. The Protectionist Myth // Foreign Policy. 1999—2000. Winter. P. 88—102.

1 2

Kerr W. A., Hobbs J. E. The North American European Union Dispute over Beef Produced

Using Growth Hormones: A Major Test for the New International Trade Regime // The World

Economy. 2002. Feb. Vol. 25. № 2. P. 283—296.

1 3

Waincymer J. Settlement of Disputes within the World Trade Organization: A Guide to the

Jurisprudence // The World Economy. 2001. Sept. Vol. 24. № 9. P. 1247—1278.

1 4

Magee S. P., Brock W. A, Young L. Op. cit. P. 111—121.

1 5

Bagwell K., Staiger R. W. Domestic Policies, National Sovereignty, and International Eco

nomic Institutions // Quarterly J. of Economics. Vol. 116. № 2. P. 519—562.

1 6

Цит. по: WPS Russian Business Monitor. 2002. 24 May.

1 7

Business New Media Vedomosti. 2002. 25 Apr.

1 8

См.: Эксперт. 2002. 1 апр. C. 56.

1 9

Чтобы избежать подозрений в ангажированности российским металлургическим

лобби, сошлемся на финский источник: International Economic Outlook. The Research

Institute for the Finnish Economy ETLA, 2002. № 1. P. 9.

2 0

WTO Members Report on AntiDumping Activity: WTO 2001 Press Releases. 27 Nov.; WTO

2002 Press Releases. 22 Apr. См.: www.wto.org.

2 1

Для тех, кто не верит в существование подобных товарных позиций, приведем их коды

п о То в а р н о й н о м е н к л а т у р е в н е ш н е э к о н о м и ч е с к о й д е я т е л ь н о с т и : 0 3 0 7 , 0 5 1 1 ,

25 12 00 000 и 44 05 00 000.

2 2

Политика привлечения прямых иностранных инвестиций в российскую экономи

ку. Под ред. А. З. Астаповича, С. А. Афонцева, Л. М. Григорьева и Е. Л. Яковлевой. М.:

ТЭИС, 2001. Если читать толстую книгу недосуг, можно зайти на Интернетсайт по

чившего в бозе Центра содействия иностранным инвестициям при Министерстве

экономики РФ (http://www.fipc.ru), устрашающий посетителя «новостями» от марта

2001 года. А ведь так просто хотя бы закрыть этот сайт, чтобы не позориться!

2 3

См., например: Finger J. M. Implementing the Uruguay Round Agreements: Problems for

Developing Countries // The World Economy. 2001. Sept. Vol. 24. № 9. P. 1097—1108; Fin(

ger J. M., Nogues J. J. The Unbalanced Uruguay Round Outcome: The New Areas in Future

WTO Negotiations // The World Economy. 2002. March. Vol. 25. № 3. P. 321—340 (в по

Присоединение к ВТО: экономико%политические перспективы26 Pro et Contra • Том 7 • № 2 • Весна 2002

следней из упомянутых статей данный тезис детально иллюстрируется в рамках case

study на примере Аргентины).

2 4

Данные приводятся по: Эксперт. 2002. 22 апр. (со ссылкой на агентство Oxfam Inter(

nat ional) .

2 5

Заинтересованный читатель может найти репрезентативную подборку материалов

по соответствующим проблемам на страницах журнала The World Economy за послед

ние два года. См., в частности: Suranovic S. International Labour and Environmental Stan

dards Agreement s : I s Thi s Fai r Trade? / / The Wor ld Economy. 2002. Febr . Vol . 25. № 2.

P. 231—245; Laiard S. Dolphins, Turtles, Mad Cows and Butterflies — A Look at the Multi

lateral Trading System in the 21

st

Century // The World Economy. 2001. Apr. Vol. 24. № 4.

P. 453—481; Perdkins N., Kerr W. A., Hobbs J. E. Reforming the WTO to Defuse Potential Trade

Conflicts in Genetically Modified Goods // The World Economy. 2001. March. Vol. 24. № 3.

P. 379—398.

2 6

Martin W., Ianchovichina E. Implications of China’s Accession to the World Trade Organi

zation for China and the WTO // The World Economy. 2001. Sept. Vol. 24. № 9. P. 1205—

1219; Bhattasili D., Kawai M. Implications of China’s Accession to the World Trade Organi

sat ion. Wor ld Bank, mimeo, 2001 (ht tp: / /www.wor ldbank.org.cn/Engl i sh/content /wto

implications.pdf).

2 7

Это относится, в частности, к поддержанию завышенных ставок импортных пошлин

д л я « р е з е р в и р о в а н и я п у т е й о т с т у п л е н и я » п р и п р и н я т и и о б я з а т е л ь с т в п е р е д В ТО.

Почти курьезный случай произошел в апреле сего года: несмотря на то что и ГТК, и

Российская ассоциация торговых компаний и товаропроизводителей электробыто

вой и компьютерной техники (РАТЭК) считали необходимым снижение таможенных

пошлин на ввоз телевизоров с 20 до 15 проц. для борьбы с «серым импортом», Мини

стерство экономического развития и торговли отвело это предложение под предло

гом того, что чем выше уровень пошлин на момент начала переговоров, тем прочнее

будет переговорная позиция России. Как Вам это нравится: производители в които

веки выступают за либерализацию торговли, а правительство, желающее вступления

страны в ВТО, им отказывает?!

2 8

Горбань М., Гуриев С., Юдаева К. Россия и ВТО: мифы и реальность // Вопросы эконо

мики. 2002. № 2. С. 61—82.

Учебный материал
© bib.convdocs.org
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации