Гайдамакин А.В. Введение в историю и философию науки - файл n1.rtf

Гайдамакин А.В. Введение в историю и философию науки
скачать (141.4 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.rtf1248kb.15.10.2008 08:23скачать

n1.rtf

  1   2   3   4   5   6   7
ОГЛАВЛЕНИЕ
ПОЗНАНИЕ КАК ОБЪЕКТ ФИЛОСОФСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ 7

ВИДЫ ПОЗНАНИЯ 11

НЕСПЕЦИАЛИЗИРОВАННЫЕ ВИДЫ КОНЦЕПТУАЛЬНОГО ЗНАНИЯ 15

КРИТЕРИИ НАУЧНОСТИ 21

ВОЗНИКНОВЕНИЕ НАУКИ 32

ПОЗНАНИЕ В АНТИЧНОМ МИРЕ 35

ПОЗНАНИЕ В ЭПОХУ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ 41

ПОЗНАНИЕ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ 57

НАУКА НОВОГО ВРЕМЕНИ 61

НАУКА В XVIII - XIX ВВ. 69

СТАНОВЛЕНИЕ СОВРЕМЕННОЙ НАУКИ 74

НАУКОВЕДЕНИЕ В СТРУКТУРЕ СОВРЕМЕННОГО НАУЧНОГО ПОЗНАНИЯ 82

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ МОДЕЛИ РАЗВИТИЯ НАУКИ: КУМУЛЯТИВИЗМ И АНТИКУМУЛЯТИВИЗМ 85

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ МОДЕЛИ РАЗВИТИЯ НАУКИ: ИНТЕРНАЛИЗМ И ЭКСТЕРНАЛИЗМ 94

НАУЧНОЕ И ВНЕНАУЧНОЕ В РЕАЛЬНОЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОЙ ПРАКТИКЕ 97

ЛИТЕРАТУРА 107

ПОЗНАНИЕ КАК ОБЪЕКТ ФИЛОСОФСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ
Раздел философии, в котором изучаются проблемы природы познания и его возможностей, отношения знания к реальности, исследуются предпосылки и процесс познавательной деятельности, выявляются условия истинности и достоверности познания, называется теорией познания или гносеологией; в настоящее время используется также термин «эпистемология». Слово «гносеология» происходит от греческих слов «гносис» - познание, знание и «логос» - слово, учение, т. е. гносеология и означает буквально «учение о познании». Термин «эпистемология» восходит к греческому «эпистема», которое тоже означает «знание», но имеет также дополнительный смысловой оттенок: точное знание, теория, наука. Начало активного использования этого термина в отечественной философской литературе связано как с ориентацией на англоязычную философию (по-английски эта область знания называется «epistemology»), так и с тем, что современная теория познания включает развернутую историю, логику и методологию науки.

Родоначальником гносеологии традиционно считают Сократа, т.к. именно он впервые последовательно реализовал принцип аналитического, критического отношения к познанию. В сократовском методе майевтики исследование начинается с простых и очевидно-ясных вещей: на вопросы Сократа «Знаешь ли ты…(что такое мужество, красота и т.п., т. е. речь идет обычно о смысле понятия)» собеседник отвечает: «Конечно, знаю!». Начиная разбираться, он обнаруживает, что раскрыть полный смысл понятия не так уж легко, что движение к истине еще только началось. Познание начинается с сомнения, с отказа от накатанных стереотипов.

В определенном смысле именно с этого должна начаться и гносеология. «Знание», «знать», «наука», «научно» - не просто знакомые нам, а очень часто употребляемые слова, и мы, конечно, знаем, что значит «знать». Но если мы сопоставим значения слова «знаю», например, в таких высказываниях: «Я знаю, что Земля вращается вокруг своей оси», «Я знаю, как проехать к вокзалу», «Я знаю английский язык», «Я знаю этого человека», «Я хорошо знаю этого человека», «Я знаю номер его телефона», то убедимся, что смысл его везде разный: в одних случаях речь идет о непосредственном житейском опыте, в других - о том, что таким опытом не подкреплено, о том, что требует понимания, о том, что относится скорее к памяти, и т.д. Словарь В. И. Даля дает следующее определение: «Знать - знавать кого, что, о чем, ведать, разуметь, уметь, твердо помнить, быть знакомым». Нетрудно заметить, что здесь различные значения слова выстраиваются в ряд, но общее, инвариантное не обнаруживается.

Современный словарь определяет знание как «проверенный общественно-исторической практикой и удостоверенный логикой результат процесса познания действительности». Это определение при функциональном применении тоже вызывает вопросы. Во-первых, при таком понимании оказываются внутренне противоречивыми выражения «непроверенное знание», «вероятностное знание». Во-вторых, достаточно очевидно, что знание возникает и вне целенаправленной познавательной деятельности.

В традиционной и современной гносеологии существуют различные подходы к рассмотрению познания, которые не исключают, а скорее дополняют друг друга.

Этимологический подход позволяет получить номинальное определение познания. Русское слово «знание» («зна»), скорее всего, связано со словом «начало» (из-на). В этой связи отразилось, с одной стороны, архаичное видение реальности, когда «ключом» к пониманию всякого объекта считалось установление его происхождения: знать - установить начало, подлинное, исконное бытие объекта. Другой аспект изначального - «изнанка»; здесь подлинное знание предстает как отвлечение от непосредственно данного, переход от видимости к сущности.

С социальной точки зрения познание - это одна из человеческих потребностей, такая же, как витальная потребность в пище или социальная потребность в общении. Но если так, спорным окажется вопрос: является ли познание самостоятельной потребностью (т. е. мы просто предпочитаем знание незнанию, даже если приложения этого знания не просматривается), или же мы познаем всегда ради чего-то, познание всегда обслуживает другие потребности? Например, представляется само собой разумеющимся утверждение: наука должна приносить практические результаты. Но ведь это не может относиться ко всему массиву научных знаний данной конкретной эпохи (неизбежно в нем присутствует то, что еще не нашло и, возможно вообще не найдет применения); более того, если требование практической отдачи становится решающим, это создает тупиковую ситуацию в развитии науки, т.к. приводит к кризису базовых, фундаментальных исследований.

В материалистической традиции познание рассматривается как особая разновидность одной из фундаментальных взаимосвязей в мире - процесса отражения. Отражение определяется как всеобщее свойство материальных объектов воспроизводить в своей организации, запечатлевать в своих изменениях внешние воздействия, сохраняя, таким образом, информацию об объектах, с которым происходило взаимодействие. Отражение в неживой природе является, как правило, физическим изменением при непосредственном воздействии одного объекта на другой. У животных появляется уже специальный механизм передачи сигналов о внешних воздействиях - ощущения, а у высших животных - способность к созданию идеального плана воспроизведения реальности, т. е. психика. В этом ряду человеческое познание - ступень в эволюции отражения, специфика которого в появлении рефлексии, контроля над деятельностью в плане идеальных образов. (Иными словами, если у животных существует наряду с объективной реальностью также психическая реальность как ее отражение, то у человека появляется также третий уровень - осознание своего «я» и сферы своей субъективности).

От других форм отражения познание отличает прежде всего способ его осуществления. С точки зрения способа осуществления познание может быть охарактеризовано как создание и использование знаковых систем, воспроизводящих отношения реальных объектов. В семиотике в качестве знака рассматривается любой объект, который представляет и замещает другой объект, не соответствуя ему в точности. Слова естественного языка, научная терминология, математический аппарат, схемы всех видов составляют инструментарий познания; в совокупности они образуют искусственную реальность, «теоретический мир», который и отражает мир объектов, и отличается от него. Внимание к этой стороне познания дает основание определить его также как конструирование. Определения познания как отражения и как конструирования обнаруживают соединение в нем двух логически противоположных тенденций. Характеризуя познание как отражение, мы подчеркиваем момент воспроизведения объекта, характеризуя его как конструирование - момент отхода от него субъекта и привнесения собственного содержания. Познание - это активный процесс; в его рамках мы не просто регистрируем информацию, поступающую от объекта:

познание всегда носит направленный характер. Даже простое наблюдение предполагает определенное сосредоточение внимания и отбор информации. Тем более это характерно для других методов познания (например, эксперимент), где мы сами определяем условия познания.

познание, как правило, представляет собой совокупность операций, осуществляемых субъектом целенаправленно и в определенной последовательности;

познание отходит от непосредственно данного в различных направлениях: выделение сущности в чистом виде, прослеживание генезиса, прогнозирование не воспроизводят то, что есть, а «достраивают» объект.

В результате знание о некотором конкретном объекте (гносеологический образ объекта) не сводится к его отображению, а включает три аспекта: предметный - отражение свойств объекта; операциональный - знание о технологии его исследования, информация о методах, которыми это знание было получено (подразумевается, что иные методы раскрыли бы, возможно, иные стороны объекта); оценочный - представление о возможной роли объекта в деятельности человека, о перспективах использования данного знания. Гносеологический образ представляет собой не результат воздействия объекта на человека, а результат взаимодействия объекта и субъекта познания, конструкцией, которую создает субъект. Это главный тезис деятельностной трактовки познания (т. е. концепции, рассматривающей познание как деятельность). Не следует сводить его к банальному утверждению «Каждый поймет по-своему, потому что люди все разные» - такое обыденное рассуждение скорее противоречит деятельностной концепции, которая имеет в виду не индивидуальные различия между людьми. (Влияние индивидуальных различий на познание вообще сильно преувеличено в житейских рассуждениях, не говоря уж об ошибочности другого выводимого из этого стереотипа - «У каждого своя истина»: у каждого, возможно, свое мнение, но истина определяется объективно. На практике даже достаточно определенное, развернутое и аргументированное собственное мнение по определенному вопросу встречается не так уж часто, люди склонны полагаться на расхожие стереотипы.) Деятельностная концепция, выявляя субъектный аспект гносеологического образа, ориентирована на уровень культурно-исторических сообществ, на различия, которые существуют между ними при определении целей познания, при выработке представлений об ожидаемых результатах, о способах их оценки, о нормах и правилах познавательной деятельности, о требованиях к осуществлению отдельных процедур, о возможных методах и средствах познания. Эту совокупность представлений вырабатывает не каждый сам для себя - их формирует данное человеческое сообщество в данную конкретную эпоху, исторически они изменяются, а индивид их усваивает в процессе социализации, в процессе обучения, не всегда даже явно осознавая. Это так называемая культурно-историческая нагруженность субъекта познания.

ВИДЫ ПОЗНАНИЯ
Рассматривая познание как деятельность, мы можем поставить следующую проблему. Можно ли утверждать, что, по аналогии с многими видами деятельности человека, познавательная деятельность может быть осуществлена несколькими различными способами? Можно ли говорить о существовании различных видов познания?

Эмпирически это достаточно очевидно. Например, отличаются друг от друга вербальное и визуальное мышление, и человек может решать задачи преимущественно одним из этих способов (или совсем не решать какой-то тип задач). Отличаются друг от друга и по характеру, и по способу приобретения сведения о том, как решать дифференциальные уравнения, и о маршрутах городского транспорта. Само построение средневекового трактата непонятно современному человеку - неясно, по какому принципу там подобрана информация и почему за главами о местах обитания змей и свойствах ядов следуют описания созвездий Змееносца и Дракона и геральдических знаков с использованием символа дракона. Мы обнаруживаем, что в данном случае познавательная деятельность строилась по каким-то иным, непонятным нам правилам. Во всех этих примерах разделение способов познания и полученных знаний происходит не по признаку истинное / ложное. И математические, и житейские сведения истинны, но они разные.

В философской традиции существует два основных подхода к дифференциации видов знания. Иерархизирующий подход предполагает, что один из видов знания является нормативным, наиболее правильным, а остальные ему априорно проигрывают. (Средневековый трактат построен неправильно, правильной является наша схема). Начиная с Нового времени (эпохи становления классической науки) в качестве эталона знания обычно рассматривали науку. Соответственно предполагалось, что научный способ рассмотрения правилен и универсален (т. е. применим к чему угодно), все остальные ошибочны. И сейчас многие склонны отождествлять понятия «истинное» и «научное» и рассуждать примерно так: было ли представление мыслителей древней Индии о шарообразности Земли научным? Конечно, было, ведь оно правильно.

Но это представление в древней Индии существовало в совершенно ином, чем традиционный для науки рациональный анализ, контексте. Оно носило религиозно-мифологический характер, было связано с символикой космического яйца. В целом отождествление правильности и научности некорректно: и в науке есть заблуждения, и в других видах знания может достигаться истина. Эпоха глобального сциентизма (от science - наука), взгляда на науку как единственно достоверный и при этом достаточный вид познания, заканчивается в гносеологии и культуре в целом. Наука начинает рассматриваться как один из видов познания, обладающий определенными преимуществами, но имеющий и свои границы. Более перспективным представляется феноменологический подход к выявлению и соотношению видов познания.

Феноменология - это изучение воплощений общего в разнообразных явлениях. С точки зрения феноменологического подхода главное в познании - это сосуществование в нем различных способов, схем, вариантов. Для построения реалистической картины познания мира человеком следует рассматривать параллельное развертывание различных видов знания, каждый из которых имеет собственные процедуры переработки информации, специфические когнитивные нормативы, ценности, эталоны. Феноменологический подход признает, что познание может быть не просто правильным или неправильным - и правильное, и неправильное познание могут строиться по-разному. Главная идея феноменологического подхода - самостоятельная ценность каждого способа познания, незаменимость его другими.

У истоков феноменологической классификации стоит Аристотель, различавший теоретическое знание и фронезис - житейскую, практическую мудрость, рассудительность. Хотя у Аристотеля присутствует и момент их иерархизации, предпочтения, специфика этого разделения в том, что за каждым типом знания признается собственная функциональная ценность. Образы, выражаясь современным языком, эрудированного ученого-теоретика и мудрого старца, глубоко понимающего жизнь, символизируют разные высоты в познании, ни одну из которых нельзя однозначно предпочесть другой в общем виде, независимо от познавательной ситуации.

Идея самостоятельной значимости находящихся вне стандартов научности способов познания появляется затем у Канта в его теоретической реконструкции метафизического, естественнонаучного, нравственного, художественного познания. Кант показывает, что метафизика невозможна как строгая наука, поскольку ее предметы - космос, душа и бог - недоступны чувственному созерцанию, что делает невозможным трансцендентальный синтез. Но метафизика не исчезает из-за этого - она необходима как основание нравственности. Иными словами, необходимо и должно сохраняться знание с различными стандартами.

Гегель различает опосредованное и непосредственное знание. Непосредственное знание - это, например, моральная невинность, естественная вера, внешнее созерцание. Главный его признак - неразличение объективной и субъективной реальности, слитость гносеологического образа с отображаемой реальностью до такой степени, что человек не видит самой возможности расхождения: «должно быть» и «есть», «дано» и «правильно» еще тождественны в едином отношении «так, и никак иначе». Опосредованное знание начинается с рефлексии - осознания знания как образа, отличного от самой действительности. Этот процесс Гегель называет «возвышением от достоверности до истины»: изначальное тождество гносеологического образа и объекта разрушается и должно быть восстановлено на завершающем этапе познания уже как конкретное тождество. Опосредованное знание - это знание, являющееся результатом познавательного процесса. Гегель поставил опосредованное знание выше непосредственного, считая его единственно подлинным, но показал необходимость и непосредственного знания: оно выступает как основание всякой рефлексии и анализа.

Современные классификации исходят из трактовки познания как деятельности, соотнесенной с практикой. Поэтому, разделяя виды познания, учитывают, что:

а) знание достигается как в направленной деятельности по его производству, так и в любой другой деятельности как побочный продукт. Например, воспитывая ребенка, человек приобретает некоторые педагогические знания, хотя специально задача их получения не ставилась;

б) деятельность, в ходе которой возникает знание, может быть либо всеобщей, либо групповой, специальной (например, профессиональной).

Используя эти критерии, выделяют четыре вида познания.

1. Обыденное познание - житейское, практическое, вырастающее из повседневной деятельности, из быта. Оно не связано ни со специальной исследовательской деятельностью, ни с профессиональными группами, присуще так или иначе всем людям. Его гносеологические особенности - ориентация на логику здравого смысла, несистематизированный характер, конкретность.

2. Специализированное предметно-практическое знание - совокупность навыков и умений, относящихся к определенному виду деятельности, в том числе к профессиональной практике. Оно также возникает в непознавательном контексте, но связано со специфической групповой деятельностью. Его гносеологические особенности те же, кроме того, оно имеет выраженный рецептурный характер и тенденцию к переходу в неявную форму, на уровень бессознательного.

Эти два вида образуют практический уровень знания; два следующих относятся к концептуальному уровню, поскольку оперируют понятиями, строят теоретические концепции как логические системы.

3. Концептуальное вненаучное знание. К этому разряду относятся мифологические и религиозные системы, художественное познание, несциентистские философские концепции. Такое знание уже более целенаправленно ориентировано на познавательные задачи и на определенном этапе становления начинает развиваться и поддерживаться профессионалами, специалистами, осваиваясь и потребляясь при этом более широким кругом людей и опираясь, в свою очередь на массовую деятельность. Например, субъект художественного познания - профессионал, писатель. В своем творчестве он (в самом общем виде) ставит перед собой не цель приобретения некоторой информации, но реализацию некоторой нравственной, мировоззренческой идеи; в этом смысле познание неспециализированно. Результат его деятельности - художественный образ как особая разновидность гносеологического образа, отличающаяся единством изобразительной и эмоционально-экспрессивной сторон. Посредством художественного образа осуществляется понимание действительности, постижение закономерностей мира, но это понимание отличается от теоретической реконструкции в научных понятиях. Влияние художественного образа на умы читателей - это сфера распространения художественного познания. При этом родовой основой художественной деятельности является народное творчество, фольклор, т. е. формы неспециализированной, всеобщей деятельности. Аналогичные всеобщие основания значимы и для других видов концептуального вненаучного знания (народные верования для религии, обыденное философствование и т.п.).

4. Научное познание - концептуальное, теоретическое, формирующееся в специальной исследовательской деятельности, связанное с профессионализацией и специализацией. Наука в контексте феноменологического подхода рассматривается как один из возможных способов познания, у которого есть безусловные достоинства, но есть и свои границы, есть проблемы, не поддающиеся исследованию этим способом. Вопрос о логико-гносеологических характеристиках научного знания - это вопрос о критериях научности.

НЕСПЕЦИАЛИЗИРОВАННЫЕ ВИДЫ КОНЦЕПТУАЛЬНОГО ЗНАНИЯ
Мифологическое, религиозное, художественное познание отличаются друг от друга по содержанию, по рассматриваемому кругу проблем, по тому, что утверждается, что принимается в качестве исходных постулатов - любая теоретическая система содержит некоторые положения, которые в ее рамках не анализируются и не обосновываются, а служат основанием для всех остальных. Например, для религиозной системы это утверждение «Человек создан Богом», для мифологической - «Мир полон богов и духов». Но и рассматриваемые проблемы, и даже предлагаемые решения из разных видов познания перекрываются, частично совпадают. Например, многие виды концептуального знания рассматривают вопросы о происхождении космоса или об основаниях морали. Мы видели, что тезис «Земля круглая» может поддерживаться в разных концептуальных системах и т.д.

Виды познания отличаются друг от друга также по логическим правилам, по тому, какие приемы построения рассуждений признаются в них основными и разрешенными. Например, ассоциативный ход мысли является основным для мифологии, нормативным в художественном познании, периферийным для науки. Аргумент к авторитету является общепринятым в религии (именно на основе такой аргументации строятся теологические тексты) и отнюдь не гарантирует истину в философии. Соответственно можно говорить о мифологии, религии, художественном творчестве не только как о системах знания (т. е. некоторой совокупности представлений), но и как о способах познания (определенной совокупности логических приемов, средств познания, наборе интеллектуальных процедур). Мифологическое, религиозное, художественное мышление может проявляться и за пределами архаичной мифологии, традиционных религий, профессионального художественного творчества - теми же средствами может осмысливаться уже совершенно иной материал.

Религиозное знание - это в первую очередь определенная картина мира, в которой лежит разделение реальности на два уровня:

Первый зависит от второго

С этой точки зрения наблюдаемая нами реальность, мир, в котором мы живем - не самый реальный и не самый подлинный. С одной стороны, его явления необходимо рассматривать как проявления чего-то высшего, более глобального и более значимого. С другой стороны, его определенность ограничена, т.к. всегда может произойти чудо, нарушающее установленные закономерности.
Отсюда и определенная ориентация исследований: не на установление повторяющегося, фиксацию обычного, поиск закономерностей, а на обнаружение чудесного - необычного, отличающегося от привычного хода вещей. Данные именно такого типа накапливает религиозное знание.
К логическим особенностям религиозного познания можно отнести

  1. традиционализм - ориентацию в большей степени на поддержание имеющегося, чем на создание нового знания;

  2. авторитаризм - убежденность в существовании безусловных авторитетов, источников абсолютно истинного знания;

  3. веру как основной способ принятия информации,

  4. значимость интуиции и других нерефлексированных форм познания, которые считаются близкими к мистическому опыту, откровению и в конечном счете к той же вере.

Вера включает в себя,

  1. во-первых, принятие некоторого положения вне зависимости от его соответствия дискурсивному анализу,

  2. во-вторых, сохранение этого положения вне зависимости от рациональной критики, посредством волевого акта.

Не обязательно, но возможно, чтобы мы верили в нечто противоречащее нашему естественному опыту. Это было замечено в ранний период развития христианства и нашло отражение в знаменитой максиме Тертуллиана: «Верую, ибо абсурдно». Хотя сама эта формулировка, скорее всего, лишь приписывается римскому писателю и оратору, одному из первых христианских богословов Тертуллиану, в его трактате «Что общего у Академии и церкви?» содержатся похожие идеи: «Сын Божий распят; нам не стыдно, ибо полагалось бы стыдиться. И умер Сын Божий; это вполне достоверно, ибо ни с чем несообразно. И после погребения Он воскрес; это вполне достоверно, ибо невозможно». Иными словами, как раз свидетельством подлинности высших истин является тот факт, что они не вмещаются в ограниченный человеческий разум, выходят за рамки обычной житейской логики.

Соответственно религиозный вид познания в широком смысле, как тип мышления характеризует:

  1. - сохранение некоторой идеи при явном ее расхождении с логическим анализом и фактами, в силу сверхценности данной идеи для существования личности: без нее жизнь кажется человеку лишенной смысла, а у окружающих вызывает недоумение его упорная приверженность данной идее «вопреки очевидности»;

  2. - признание безусловного авторитета (идеи, текста, личности) - истинность гарантируется значимостью данной личности или текста;

  3. - рассмотрение некоторого предмета как священного, как символа, обладающего, кроме функционального значения, еще сверхсмыслом, сакрализация объекта. Например, книга становится не просто литературным произведением, а объектом культа и основанием образа жизни для ее поклонников - толкиенисты демонстрируют именно такое отношение к тексту «Властелина Колец».

С этой точки зрения религиозное познание следует признать существующим далеко за пределами традиционной, конфессионально определенной религиозности. Наиболее личностно значимые реалии мы, как правило, осмысливаем религиозно. Единицей религиозного познания является догмат.

Говоря о художественном познании, обычно имеют в виду в первую очередь художественную литературу, но можно включить в рассмотрение и другие виды искусства. В искусстве реализуются все основные функции познания: отражение реального мира в идеальном плане, отражение места человека в этом мире, выявление общих закономерностей, взаимосвязей, тенденций, переход от явления к сущности и выделение сущности в чистом виде, прогнозирование на основе экстраполяции обнаруженных тенденций. Например, способом выделения сущности является образ героя, о котором автор говорит: он представляет «все пороки своего поколения в наиболее явном и законченном виде». На экстраполяции наметившихся тенденций социального развития целиком основан жанр антиутопии.

Первым раскрыл сущность искусства как особого вида познания Аристотель. Он определил искусство как мимесис - «подражание» действительности, выделив три направления такого подражания: «Так как поэт есть подражатель (подобно живописцу или другому делателю изображений), то он всегда неизбежно должен подражать одному из трех: или тому, как было или есть; или тому, как говорится и кажется; или тому, как должно быть». Эти три направления - объективное, субъективное и нормативное - определяют три родовых жанра литературы: эпос (повествование о событиях), лирику (раскрытие переживания), и драму (в основе которой лежит нравственный выбор, конфликт сущего и должного).

С логико-гносеологической стороны художественное знание отличают наглядно-выразительный характер, представление типического через единичное, значимость эмоциональных средств сообщения, выраженность авторства. Соответственно художественный способ познания в широком смысле характеризуют:

- использование эмоциональных и ценностных аргументов в качестве ключевых («Данная идея должна быть принята, потому что она благородна, нравственно значимее, чем альтернативная» или просто «… потому что так интереснее», а не в силу объективности и адекватности);

- рассмотрение общих закономерностей на уровне единичного и через него (типична ситуация, когда человек понимает некоторое соображение общего плана только через пример и именно этот пример запоминает);

- наглядность (возможно, в форме образа, сравнения, аналогии) как основа логических переходов и выводов, сильнодействующее средство убеждения. В этом смысле прорывом художественного мышления в сфере науки является известный пример Гейзенберга: аналогия с бассейном («Люди входят туда одетыми и выходят одетыми, но это не означает, что в бассейне они пребывают в том же виде») оказалась более способной изменить в реальной научной дискуссии отношение к новой идее о возможности испускания из ядра атома отрицательно заряженных частиц, чем ее математическое обоснование.

Художественное познание активизирует визуальный ряд обработки информации, и это определяет его эффективность в очень многих отношениях. Единицей художественного познания является художественный образ.

Единицей мифологического знания является мифологема - специфический гносеологический образ, отличительной особенностью которого является непосредственное единство двух планов - предметного и символического. Так, в нарративе «Капли крови поверженного Урана упали на землю, и Гея понесла, и родила Эриний» образы земли-Геи и Геи-женщины сопряжены непосредственно, их невозможно разграничить, не разрушив повествование. В архаичном мифе именно мифологема была формой синтеза знания. Поскольку обобщение в форме абстрактных понятий еще не было выработано и уровень общего в знании отсутствовал, не было и логического движения через этот уровень - индукции и дедукции. Основная интеллектуальная процедура мифа - традукция, заключение от одного частного случая к другому, прямая аналогия.

Главный постулат мифологического мышления - принцип всеобщей связи: все, что происходит, образует неразрывную цепь событий, любой конкретный эпизод - лишь звено в этой цепи, которое обусловлено предыдущими событиями и детерминирует последующие. Этот постулат как всеобщее основание мифа проявляется:

а) непосредственно - в метаморфозах как центральном событии большинства мифов. (Но это как раз наиболее архаичный и поверхностный признак мифологического знания, который исчезнет со временем);

б) на уровне картины мира - в образе Космоса как живого, одухотворенного целого. В ранних мифах распространена идея происхождения космоса из тела животного или человека, но и после ее ухода сохраняется представление о космосе как своеобразном организме, который чувствует, поддерживает равновесие, отравлен, восстанавливается и т.п.;

в) в антропоморфизме - рассмотрении всех явлений и объектов природы (например, Солнце, весна, животные) как подобных человеку, действующих так же, как он;

г) в генетическом подходе к объяснениям: объект таков, каков род, из которого он произошел. Сущность объекта - это его история;

д) в отрицании случайностей: любое событие обязательно имеет причину. Э. Кассирер назвал эту черту мифологического мышления «гипертрофией каузального инстинкта» (от causa - причина).

Возможность такой картины мира обеспечивают логические особенности мифологического познания:

  1. - ассоциативность как отсутствие иерархии связей объекта. С точки зрения модернистского мышления ассоциация - побочная, периферийная связь. Но миф еще не проводит границу между значимыми и второстепенными связями, следовательно, для него не существует «случайного совпадения» или «чисто внешнего сходства». Признаются очевидно и сильно связанными объекты,

    • похожие друг на друга по определенным внешним признакам (ассоциация подобия);

    • объекты, когда-то бывшие частями единого целого или соприкасавшиеся (ассоциация смежности). В контактах объекты как бы заражают друг друга своими свойствами;

  2. - поляризованность (бинарность) и функционализм. Поскольку каждый объект рассматривается как участник всеобщего взаимодействия не изнутри, во всем многообразии его свойств,
      1   2   3   4   5   6   7


Учебный материал
© bib.convdocs.org
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации