Дымов К. Капитализм - система без будущего - файл n9.doc

Дымов К. Капитализм - система без будущего
скачать (1367.5 kb.)
Доступные файлы (12):
n1.doc93kb.27.01.2009 13:58скачать
n2.doc259kb.15.01.2009 12:35скачать
n3.doc791kb.27.01.2009 11:43скачать
n4.doc727kb.06.02.2009 13:04скачать
n5.doc527kb.27.01.2009 12:20скачать
n6.doc337kb.27.01.2009 12:45скачать
n7.doc743kb.27.01.2009 13:28скачать
n8.doc396kb.27.01.2009 13:54скачать
n9.doc454kb.28.01.2009 12:23скачать
n10.doc286kb.28.01.2009 13:35скачать
n11.doc527kb.01.02.2009 23:52скачать
n12.doc369kb.06.02.2009 13:58скачать

n9.doc

  1   2   3   4   5   6   7   8   9




«Наёмные работники, как бы ни велик был их заработок, – это те же рабы»

(Муаммар Каддафи. «Зелёная книга»)

Глава 7. Положение современного рабочего класса



Подавляющее большинство населения в любой развитой капиталистической стране составляет пролетариат; и не имеет принципиального значения, каким трудом занят человек, продающий свою рабочую силу, – физическим или умственным, задействован ли он в вещественном или информационном производстве, или же в сфере обращения: «…если человек не имеет собственности на средства производства и потому продаёт свою рабочую силу и если потребление этой рабочей силы приводит к появлению стоимости большей, чем была уплачена за неё, тогда этот человек – пролетарий, независимо от того, воздействует ли он на предмет труда прямо или косвенно и заключается ли это воздействие в трудовых операциях физического или умственного характера…» 1.

Однако существенные изменения в структуре пролетариата развитых стран, состоявшиеся в последние десятилетия, в период перехода к информационному способу производства, породили у некоторых буржуазных, да и не только буржуазных, учёных впечатление, будто численность пролетариата сокращается, будто происходит «депролетаризация» общества. Эти изменения связаны, с одной стороны, непосредственно с НТР, а с другой стороны – с общими тенденциями развития капитализма. Мы уже отмечали увеличение доли работников умственного труда – работников, занятых выработкой информации, – в общей массе производительных рабочих, а также ускоренное развитие сферы услуг с соответствующим возрастанием доли лиц, занятых в ней. Помимо этого, закономерно происходит увеличение числа и доли людей – именно наёмных работников, – занятых в аппарате управления предприятиями и в сфере обращения. В то же время уменьшается процент «классических» промышленных рабочих и, в особенности, рабочих сельскохозяйственных.

Так, в период с 1960 по 1983 год доля промышленных рабочих в общей структуре экономически активного населения (ЭАН) США снизилась с 36,6 до 28,2 %, а доля сельскохозяйственных рабочих – с 7,9 до 3,7 %. За это же время доля «специалистов» (т.е. преимущественно работников информационного производства) возросла с 11,4 до 15,7 %, торговых работников – с 6,4 до 11,7 %, конторских работников – с 14,8 до 16,3 %, работников сферы услуг – с 12,2 до 13,7 % 2. В 90-е годы и в начале наступившего века данная тенденция сохранилась, хотя, как показывают исследования, рост числа работников информационного сектора на Западе в последние годы сильно замедлился 3 – в этом, по моему мнению, проявляется общий кризис капитализма «информационной эры», задерживающего экономическое, технологическое и социальное развитие. В любом случае, в настоящее время в развитых странах «классические» индустриальные рабочие составляют уже весьма небольшую, далеко не преобладающую, часть населения 4. Сформировалась новая структура ЭАН, характерная для капитализма, основанного на информационном способе производства, и отличная от структуры ЭАН классического машинного периода.

Все эти изменения, однако, не дают оснований говорить о какой-то «депролетаризации», но «в мозгу буржуа [и, к сожалению, в мозгах многих коммунистов – К. Д.]… застыло восприятие пролетария как работника, непосредственно создающего вещественные ценности, – восприятие, сложившееся в начальный период развития промышленного капитализма [т.е. при капитализме машинного периода – К. Д.]. Этому ещё более способствовало то, что новые категории работников – торговые, конторские и банковские – выполняли также операции, которые когда-то выполнялись капиталистом, поэтому не удивительно, что эти профессиональные группы были восприняты вульгарной буржуазной политэкономией как нечто принципиально отличное от пролетариата» [Е. П. Феденко. К критике теории депролетаризации. – Марксизм и современность, 1999, № 1 – 2 (13 – 14). – с. 71 – 78] 5.

Изменения в структуре пролетариата – возникновение и быстрое расширение слоя «информариата», а также увеличение доли наёмных работников, задействованных в аппарате управления производством, занятых в сфере обращения и сфере услуг, – ни в коем случае не означают «депролетаризацию». При информационном способе производства пролетариат – класс наёмных рабочих – по-прежнему остаётся пролетариатом и остаётся самым многочисленным классом буржуазного общества, хотя я готов принять, что в условиях некоторого оживления малого бизнеса в сфере услуг и торговли несколько возрастает – за счёт пролетариата – прослойка мелкой буржуазии. Тем не менее, буржуазия, даже вкупе с мелкой буржуазией, составляет полнейшее меньшинство в сравнении с пролетарской массой 6. А в этой последней бульшую часть даже в империалистических странах, во многом живущих грабежом Третьего мира, составляют всё же наёмные работники производительного труда.

Причём, как справедливо отмечал Ленин, политическая сила пролетариата потенциально много выше, чем его доля в населении страны. Во-первых, потому, что он создаёт общественный продукт, и поэтому от его труда всецело зависит существование всего общества, включая людей, занятых непроизводительным трудом, и лиц, вообще не занятых ничем общественно полезным. Во-вторых, пролетариат, в отличие от мелкой буржуазии, сконцентрирован и организован современным крупным производством (а в наше время, мы видели, возникают новые, развитые формы такой организации и концентрации в глобальном масштабе), и по этой причине способен выступать как сплочённая сила. Объединившись и сплотившись (чего больше всего и боится буржуазия, и чему она всеми силами и средствами противодействует), пролетариат способен продиктовать всему обществу свою политическую волю.

Пролетариат остаётся пролетариатом – классом людей, лишённых собственных средств производства и оттого продающих рабочую силу, – вне зависимости от трансформаций, претерпеваемых буржуазным обществом. Новейшие апологеты капитализма – последователи теории «постиндустриального общества» – заявляют, правда, что вступление в «информационную эру» коренным образом изменило положение рабочего класса развитых стран. Якобы отныне он уже не является эксплуатируемым пролетариатом, и его отношения с работодателями более не представляют отношения подчинения и угнетения. Эти отношения теперь, мол, являются скорее отношениями партнёрства и равноправного сотрудничества людей, равным образом обладающих «капиталом». Отношений эксплуатации отсель больше нет, как нет и противоречия между трудом и капиталом. Его нынче заменил внеклассовый и неантагонистический конфликт между «знанием» и «некомпетентностью» 7.

Однако не будем всё же забывать, что капитал есть не что иное, как отношение экономической зависимости неимущего пролетария от собственника условий его труда, а обладание личностно-производственной информацией как особого рода средством производства экономической независимости её владельцу ещё не даёт. Ведь он не может применить свои знания самостоятельно, поскольку не располагает необходимыми для этого вещественными средствами производства, и при этом он может кооперировать свой труд с трудом других людей, не иначе как в рамках капиталистического предприятия. Иными словами, он не может самостоятельно применять свои знания как общественное средство производства, и отсюда возникает его экономическая зависимость от тех, кто владеет соответствующими материальными условиями его труда. Думаю, данный вопрос был неплохо разъяснён во второй главе настоящей книги, и снова возвращаться к нему смысла не имеет.

Не меняет принципиально положение наёмных рабочих в развитых странах и тот факт, что многие из них владеют акциями. Ведь в их руках находится ничтожная доля акционерного капитала всей нации, и продажа рабочей силы является для среднестатистического рабочего не просто основным, а практически единственным источником дохода. В США всего 1,6% взрослого населения – крупная буржуазия – владеет 82,4% всех акций! Что же тогда остаётся рабочим!?

В 1974 году в Штатах была принята программа ESOP, по которой предоставлялись налоговые льготы тем компаниям, которые часть своих акций бесплатно передавали своим работникам. Очевидно, таким манером буржуазное государство пыталось сотворить пресловутый «народный капитализм», «обуржуазить» рабочих, дабы превратить их в надёжных союзников буржуазии. Так вот, – результат: к 1990 году в рамках этой программы в руки рабочих перешло акций на 18 млрд. долл. (это при многотриллионном-то национальном богатстве Америки!). Акции были распределены среди 10,5 млн. работников (ЭАН США превышает 100 млн.) – в среднем по $1700 акционерного капитала на брата, что меньше среднемесячной зарплаты по стране 8. Отсюда хорошо видно, что дивиденды американских рабочих-акционеров (про наших акционеров-рабочих с их копеечными дивидендами и говорить смешно!) составляют весьма малую толику их доходов, и, следовательно, американские рабочие живут таки продажей своей рабочей силы, а не «акционерным капиталом».

Да и вообще, принципиально важным, существенным обстоятельством является то, что, несмотря на получение каких-то больших или малых дивидендов с принадлежащих ему акций, рабочий по-прежнему вынужден наниматься на работу к капиталисту. Следовательно, рабочий, даже став акционером, остаётся пролетарием, воспроизводится как пролетарий и не превращается в «капиталиста». Наличие в его руках акций не делает его полноценным собственником средств производства и не даёт ему экономической независимости от тех, кто средствами производства владеет «по-настоящему». И, таким образом, сохраняется и постоянно воспроизводится отношение эксплуатации, отношение подчинения и экономической зависимости.

Бесспорно, положение сегодняшнего пролетариата на Западе не столь просто и однозначно, и не столь ужасно и безысходно, каким было положение рабочего класса Англии середины XIX века, так ярко описанное Энгельсом в его знаменитой ранней работе. Систематическое и жёсткое ограбление трудящихся Третьего мира дало западной буржуазии возможность – используя различные механизмы перераспределения присвоенной стоимости – повышать жизненный уровень «своего» пролетариата, «подкармливать» и «подкупать» его целиком или, уж во всяком случае, отдельные его прослойки, т.н. «рабочую аристократию». Всё это, несомненно, развращает западных рабочих, «омелкобуржуазивает» их, противопоставляет их рабочему классу угнетаемых наций и, более того, превращает их в соучастников преступлений «своих» империалистов. Подачки капиталистов вкупе с деятельностью в рабочем движении агентов буржуазии подавляют пролетарское классовое сознание, способствуют распространению среди рабочих гнилой социал-демократической, реформистской идеологии, возбуждению оппортунистических и социал-шовинистических настроений. Стали ещё более актуальными слова Ленина, сказанные им почти сто лет назад: «…из такой гигантской сверхприбылиможно подкупать рабочих вождей и верхнюю прослойку рабочей аристократии. Её и подкупают тысячами способов, прямых и косвенных, открытых и прикрытых. … [Рабочая аристократия] есть… главная социальная (не военная) опора буржуазии. Ибо это настоящие агенты буржуазии в рабочем движении, рабочие приказчики класса капиталистов (labor lieutenants of the capitalist class), настоящие проводники реформизма и шовинизма» [В. И. Ленин. «Империализм…», предисловие к французскому и немецкому изданиям].

Буржуазии приходится делиться частью своей сверхприбыли, приходится регулярно «кидать кость народу», дабы «умиротворить» рабочий класс империалистических держав, поставив его в особое, привилегированное, «приближённое к барину» положение – против миллиардов обездоленных и отверженных трудящихся Третьего мира и постсоветского пространства. Это делается целенаправленно для того, чтобы притупить классовое самосознание рабочих, живущих в цитаделях империализма, чтобы ослабить накал классовой борьбы и сохранить тем самым своё господство. В общем-то, так испокон веков поступали все эксплуататоры, начиная с античных рабовладельцев, «подкармливавших» своих «любимчиков» и ставивших их командовать остальными рабами. Эксплуататоры всегда действовали по принципу «Разделяй и властвуй!», а самым лучшим способом разобщить эксплуатируемых и является выделить среди них прослойку «сытых холопов» – агентов и верных слуг «господ».

Сначала буржуазия подкупила «рабочую аристократию» западных стран: инженерно-технических работников, мастеров, а в особенности – реформистских профсоюзных вождей и «вождиков», этих продажных «защитников рабочего класса». Затем обстановка вынудила западных капиталистов «делиться по-крупному» и раздавать подачки самым широким слоям «своих» трудящихся. Подкуп рабочего класса, и, прежде всего, хорошо оплачиваемого информариата, достиг апогея в третьей четверти прошлого века, когда в империалистических странах была создана «социально-ориентированная экономика», т.е. когда, по сути, была в скрытой форме подкуплена – высокими зарплатами, пенсиями, социальными пособиями и гарантиями – уже не одна только «рабочая аристократия», а самая широкая масса трудящихся.

В связи с этим некоторые марксисты заговорили даже о превращении западного пролетариата в некий «квазипролетариат» (т.е. в «как бы пролетариат»), который формально сохраняет статус наёмных рабочих, а на деле стал чем-то вроде «трудящейся буржуазии», эксплуатирующей, сообща со «своими» капиталистами, рабочий класс слаборазвитых стран и живущий всецело этой эксплуатацией 9. Думается, это не совсем так, и стуит говорить лишь о противоречивости положения современного западного пролетариата. Вообще, преждевременно списывать западный рабочий класс, включая «информариат», со счетов революции, объявлять его контрреволюционным или «революционно-индифферентным» классом. Этот отряд современного рабочего класса обладает определённым революционным потенциалом, а дальнейшая эволюция капитализма, как я покажу ниже, ведёт к ухудшению его экономического положения и – будем всё-таки надеяться – к его «революционизации».
  1   2   3   4   5   6   7   8   9


Учебный материал
© bib.convdocs.org
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации