Сравнительный анализ культурологических воззрений - файл n1.doc

Сравнительный анализ культурологических воззрений
скачать (123.5 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc124kb.06.11.2012 20:18скачать

n1.doc



Университет Российской

Академии Образования

РЕФЕРАТ

по культурологии

на тему:

«Сравнительный анализ

культурологических воззрений

Н.Я. Данилевского, О. Шпенглера и А.Д. Тойнби»

Выполнил:

студент I курса

ф-та информационных технологий

(заочное отделение)





г. Москва

2004

Содержание:


Введение

Одна из основных культурологических проблем сводится к следующей дилемме: единая история мировой культуры или история локальных культур? Можно ли говорить о планетарном единстве человечества, его культуры? Или множественность культурных миров вовсе не тяготеет к единству?

В философско-исторической и культурологической мысли вы­деляются два типа ответов на эти вопросы. Первый утверждает, что не существует единой истории человечества; история осуществля­ется в смене культур, каждая из которых живет своей собственной, самодостаточной, обособленной жизнью. Схема истории, таким образом, представляет собой не однонаправленный линейный процесс, линии развития культур расходятся – это концепции Н.Я. Да­нилевского, О. Шпенглера, Л. Фробениуса, А. Тойнби, Э. Мейера, Э. Трельча и др. "Ложная концепция "единства истории" на базе западного общества имеет ... неверную посылку – представления о прямолинейности развития," 1– писал А. Тойнби. Второй тип ответов исходит из идеи универсальности и всемирности истории. В многообразий социокультурного мира можно проследить единую линию развития человечества, ведущую к созданию общечеловечес­кой культуры – это концепции Вольтера, Монтескье, Г. Лессинга, И. Канта, И.Г. Гердера, В. Соловьева, К. Ясперса и др.

Николай Яковлевич Данилевский

Николай Яковлевич Данилевский (1822—1885) занимает одно из первых мест среди известных отечественных культурологов. Работой, которая принесла Данилевскому не только всероссий­скую, но и европейскую известность, сразу же ввела его в круг ин­теллектуальной элиты того времени, является книга «Россия и Евро­па», которую современники называли «катехизисом и библией сла­вянофильства».

В своей книге Да­нилевский выступает как яростный обличитель пороков западной цивилизации, лишенной духовного порыва, погрязшей в мерканти­лизме и воинствующем мещанстве, не способной совершать прорыв в сферу Истины, Добра и Красоты, как апологет высокой духовно­сти, являющейся, по его мнению, ядром менталитета русской нации.

Но не это главное в творческом наследии Н. Данилевского. Почти за полвека до появления известной работы О. Шпенглера «Закат Европы», во многом и до сегодняшнего дня определяющей мировосприятие и мироощущение широких кругов западной интел­лигенции, Н. Данилевский сформулировал ряд принципиальных положений, составивших квинтэссенцию теории культурно-исторических типов, принесшей столь громкую известность О. Шпенглеру, А. Тойнби, В. Шубарту. Факт знакомства, в частно­сти О. Шпенглера, с французским переводом книги «Россия и Ев­ропа», например, Питирим Сорокин считал не подлежащим сомне­нию. Можно только догадываться, почему Шпенглер и идущие вслед за ним не упоминают Данилевского в качестве своего пред­шественника, но сегодня представляется просто необходимым восстановление исторической справедливости.

Теория культуры

Центральной идеей труда Данилевского является идея о куль­турно-исторических типах, которые соответствуют типам цивилиза­ций, под которые можно подвести все многообразие различных культур, существовавших ранее или известных ныне. Причины, ко­торые привели его к пониманию возможности систематизации культур и выделения сходных типологических признаков у них, сам Данилевский объясняет следующим образом. Во-первых, это про­тиворечивость концепции однолинейного культурного прогресса, всецело доминировавшей в культурологической мысли того време­ни. Данилевский, опираясь на имевшийся этнографический мате­риал, совершенно справедливо ставит под сомнение наивный оп­тимизм сторонников тезиса о поступательном и непрерывном вос­хождении человечества от состояния дикости к цивилизации, ука­зывая, что в истории человечества неоднократно бывали периоды регресса, возвращения вспять, когда практически до основания разрушалось все то, что было накоплено десятками поколений, когда торный путь к вершинам культуры приходилось снова и сно­ва начинать с самого начала. Во-вторых, совершенно неправомочное и бессодержательное, по мысли Данилевского, противопоставление Запада и Востока, которое интерпретировалось большинством его современников, особенно принадлежащих к западническому направлению, как противостояние мира цивилизации и мира варварства. В-третьих, он считал, что вульгаризированное представление о прогрессе как пути перманент­ной эволюции, перехода с одной, более низкой стадии развития, на другую, более высокую, порождает весьма упрощенное, примитизи­рованное понимание соотношения национального и общечеловече­ского, растворения первого во втором, игнорирование национально-этнических особенностей различных культур, которые с точки зре­ния адептов существования общечеловеческой культуры являются не чем иным как отклонением от нормы, общепринятого образца.

Данилевский выделяет 10 культурно-исторических типов (в хронологическом порядке), целиком или частично исчерпавших возможности своего развития: 1) египетская культура; 2) китайская куль­тура; 3) ассирийско-вавилоно-финикийская, или халдейская, или (древнесемитская) культура; 4) индийская культура; 5) иранская культура; 6) еврейская культура; 7) греческая культура; 8) римская культура; 9) аравийская культура; 10) германо-романская, или европейская культу­ра. К перечисленным культурно-историческим типам, как считает Данилевский, можно отнести еще два, погибшие насильственным образом во время завоевания Южной Америки конквистадорами и не успевшие пройти весь предназначенный им цикл развития, — перуанская и мексиканская культуры. Все выделенные культурно-исторические типы, по мнению Да­нилевского, можно причислить к так называемым «положительным деятелям в истории человечества». Однако существуют и иные — отрицательные, играющие негативную роль, действующие, по сути, как разрушители цивилизаций, обладающих положительным потен­циалом: "... есть еще временно появ­ляющиеся феномены, смущающие современников, как гунны, мон­голы, турки, которые как турки, совершив свой разрушительный подвиг, помогли испустить дух борющимся со смертью цивилизациям и, разнеся их остатки, скрываются в прежнее ничто­жество".2

Среди этих культур выделяются «уединенный» и «преемственный» типы. К первым относятся китайская и индийская культуры, а ко вторым — египетская, ассирийско-вавилоно-финикийская, гре­ческая, римская, еврейская и европейская культуры. Плоды дея­тельности вторых передавались от одного культурного типа к другому как подпитка или "удобрение" той почвы, на которой впоследствии развивалась другая культура.

Данилевский выделяет следующее основание культурной типологии: направления культурной деятельности человека. Всю социокультурную человеческую деятельность он подразделяет на четыре, не сводимых один к другому, разряда:

  1. Деятельность религиозная, объемлющая собою отношения человека к Богу, — «народное мировоззрение... как твердая вера, составляющая живую основу всей нравственной деятельности че­ловека».3

  2. Деятельность культурная в узком смысле (собственно куль­турная) этого слова, объемлющая отношение человека к внешнему миру. Это, во-первых, теоретически-научная деятельность, во-вто­рых, эстетически-художественная, и, в-третьих, технически-про­мышленная деятельность.

  3. Деятельность политическая, включающая в себя как внутрен­нюю, так и внешнюю политику.

  4. Деятельность общественно-экономическая, в процессе которой создаются определенные экономические отношения и системы.

В соответствии с разрядами культурной деятельности человека Н.Я. Данилевский различал следующие культурные типы:

Культуры первичные, или подготовительные, задачей которых была выработка тех условий, при которых вообще становится возможной жизнь в организованном обществе. Эти культуры не проявили себя достаточно полно или ярко ни в одном из разрядов социокультурной деятельности. К таким культурам относятся египетская, китайская, вавилонская, индийская и иранская куль­туры, заложившие основы последующего развития.

Культуры одноосновные исторически следовали за подго­товительными и проявили себя достаточно ярко и полно в одном из разрядов социокультурной деятельности. К таким культурам относятся еврейская (создающая первую монотеистическую религию, ставшую основой христианства); греческая, воплотившаяся в собственно культурной деятельности (классическое искусство, философия); римская, реализовавшая себя в политико-правовой деятельности (классическая система права и государственная система).

Культура двуосновная — германо-романская, или европейская. Этот культурный тип Данилевский называл политико-культурным типом, поскольку именно эти два направления стали основой творческой деятельности европейских народов (создание парламен­тской и колониальных систем, развитие науки, техники, искусства). По его мнению, в экономической деятельности европейцы преу­спели в гораздо меньшей степени, поскольку созданные ими эко­номические отношения не отражали идеала справедливости.

Культура четырехосновная — гипотетический, только еще возникающий культурный тип. Данилевский пишет о совершенно особом типе в истории человеческой культуры, который имеет возможность реализовать в своей жизнедеятельности четыре важ­нейшие ценности: истинную веру; политическую справедливость и свободу; собственно культуру (науку и искусство); совершенный, гармоничный общественно-экономический строй, который не уда­лось создать всем предшествующим культуры. Таким типом может стать славянский культурно-исторический тип, если он не поддаст­ся соблазну перенимать готовые культурные формы от европейцев. Удел России, писал Данилевский, — «удел счастливый»: «не поко­рять и угнетать, а освобождать и восстанавливать...».4

Данилевский обосновал идею цикличности развития культуры, которая с его точки зрения проходит в своем становлении те же стадии, что и биологи­ческие организмы. Культура зарождается, доходит до вершины своего развития и затем, регрессируя, умирает. Этот цикл повторяется снова. Смысл культурного прогресса, согласно Данилевскому, со­стоит не в том, чтобы переходить с одной стадии на другую, более высокую, а в том, «чтобы исходить все поле, составляющее поприще исторической деятельности человечества, во всех направлениях».5

Культурно-исторические типы замкнуты в том смысле, что они не передают те начала, «корни», из которых произрастает их культурное древо. Но, несмотря на это, возможно влияние одного культурного типа на формирование и развитие другого типа. Не­которые народы в силу своей энергетической слабости не могут создать культурно-исторического типа и являются «этнографи­ческим материалом», который используется более сильным обра­зовательным началом для развития и обогащения своего культур­но-исторического типа.

Жизнь культурно-исторического типа подобна жизни многолет­него, но одноплодного растения, т.е. период роста, развития, накоп­ления творческих сил бывает очень длителен, а период цветения и плодоношения — очень краток и навсегда истощает жизненную энергию. Этот период творческой деятельности Данилевский на­звал периодом цивилизации — когда народ вышел из бессознатель­ного, чисто этнографического состояния, обрел политическую неза­висимость и тратит накопленную силу во всех направлениях. Пери­од цивилизации заканчивается истощением творческих сил куль­турно-исторического типа, который либо успокаивается на достигнутом и дряхлеет в апатии самодовольства, либо впадает в апатию отчаяния, либо опускается на ступень этнографического материала и ожидает прихода нового образовательного принципа.

Образование и функционирование культурно-исторических типов, согласно Данилевскому, протекает не спонтанно, а на основе опреде­ленных законов. Их пять.

Закон первый гласит, что каждое племя или народ, или их груп­па, характеризуемые одним или близкими по своей фонетической основе языками, составляет самобытный культурно-исторический тип, если, это особо подчеркивается Данилевским, оно вообще спо­собно по своим духовным задаткам к историческому развитию и вышло из «младенческого» возраста.

Второй закон формулируется Данилевским в следующем виде: «Дабы цивилизация, свойственная самобытному культурно-историческому типу, могла зародиться и развиваться, необходимо, чтобы народы, к нему принадлежащие, пользовались политической независимостью».6

Третий закон раскрывает взаимосвязь между цивилизациями, сформировавшимися в рамках того или иного культурно-исторического типа. С точки зрения Данилевского каждый куль­турно-исторический тип вырабатывает свои, только ему присущие черты, которые не передаются по наследству. Они не могут быть в полной мере восприняты другими культурами. Речь идет только о частичном заимствовании отдельных черт и признаков при сохра­нении неизменного ядра первоначальной культуры.

Суть четвертого закона Данилевского: цивилизация достигает вершины своего развития, разнообразия черт, полноты проявлений только когда разнообразны элементы, ее составляющие (Данилевский называет их этнографическими). Этот закон в системе автора книги «Россия и Европа» играет особое значение, ибо с ним Данилевский связывает время существования той или иной цивилизации, ее вклад в культурную сокровищницу человечества. Он подчеркивает прямую зависимость культурно-творческого потенциала цивилиза­ции от степени подчиненности культуры существующей политиче­ской системе и политическим институтам.

И, наконец, пятый закон сформулирован так: «Ход развития культурно-исторических типов ближе всего уподоб­ляется тем многолетним одноплодным растениям, у которых период роста бывает неопределенно продолжителен, но период цветения и плодоношения — относительно короток и истощает раз и навсегда их жизненную силу».7

Главный вывод теории Данилевского заключается в том, что ис­тория складывается из существования и развития множества культурно-исторических типов, независимых друг от друга, равно­правных, развивающихся и функционирующих как живые орга­низмы.

Критика теории

В работах Данилевского содержится и ряд других конструктив­ных идей, развитых его последователями, разделяющими принци­пы, подходы и взгляды ученого на природу культуры и законы ее развития. Все это свидетельствует о том, что в лице первого рус­ского культуролога мы имеем оригинального мыслителя, оказав­шего весьма заметное влияние на европейскую и мировую общест­венно-политическую мысль. Однако это не означает, что в работах автора «России и Европы» все бесспорно и может быть принято без критического осмысления.

Прежде всего, бросается в глаза биологический редукционизм Данилевского. Метод перенесения законов развития природы на мир социальный, не учитывающий специфику последнего, был уяз­вим с самого начала. Заслуживает серьезной критики и идея Данилевского об отсутствии основы, объединяющей человечество в единое целое, отрицание им су­ществования общечеловеческих идеалов. Критики Данилевского указывают и на то, что в его книге от­сутствует обоснование выделения десяти культурно-исторических типов, что он уклоняется от объяснения, почему их должно быть именно столько, а не двенадцать, пятнадцать или, например, во­семь, как об этом пишет О. Шпенглер. В свете современных воззрений весьма ограниченным представ­ляется и понимание Данилевским культуры, которая интерпретиру­ется им как объективация национального характера или, другими словами, комплекс психических особенностей этнической общности.

Но, тем не менее, это не ставит под сомнение факт, что вклад Н.Я. Данилевского в культурологическую теорию весьма ве­сом, и многие его идеи могут быть востребованы сегодня в силу их актуальности и созвучности духовным веяниям нашей эпохи.

Освальд Шпенглер

Освальд Шпенглер (1880-1936) – одна из крупных фигур среди культурологов нашего времени, развивал идеи, содержащиеся в трудах основоположников «философии жизни», в работе «Закат Европы» развил идеи Н.Я. Данилевского. Известно, что он читал книгу Данилевского, хотя нигде на нее не ссылается.

Теория культуры

Отстаивая идею дискретного характера истории, Шпенглер утверждает, что не существует поступательного развития культуры с его закономерностями, а есть лишь круговорот локальных культур. Уподобляя культуры живым организмам, понимая их, как живые существа высшего порядка, Шпенглер считает, что они зарождаются неожиданно и «вырастают с возвышенной бесцельностью, подобно цветам в поле», будучи абсолютно изолированными и лишенными общих связей. Жизненный цикл каждой культуры с фаталистичес­кой неизбежностью заканчивается смертью.

Шпенглер выделяет восемь типов культур, достигших своего завершения: 1) китайская; 2) вавилонская; 3) египетская; 4) индийская; 5) античная (греко-римская), или «аполлоновская»; 6) арабская, или «магическая»; 7) западно-европейская, или «фаустовская»; 8) культура народа майя. В особый тип, как находящийся еще на стадии возникновения, О. Шпенглер выделял «русско-сибирскую» куль­туру.

Противопоставляя понятия культура и жизнь, Шпенглер понимает под культурой внешнее проявление внутреннего строя души народа, стремление коллективной души народа к самовыра­жению. В этом смысле культура не тождественна разуму, она возникает из устремления к «космичности», что передается в «такте», «ритме», «тональности» переживания коллективной души. Тем самым Шпенглер порывает с традицией просветительского гуманизма. Каждой культуре, каждой душе присуще первичное мироощущение, свой «первосимвол», из которого и проистекает все богатство ее форм; вдохновленная им, она живет, чувствует, творит.

«Каждая из великих культур обладает тайным языком мирочувствования, вполне понятным только тому, кто к этой культуре принадлежит. Чтобы понять культуру Индии, нужно иметь душу брамина».8 Так для «фаустовской» души европейской культу­ры «первосимволом» выступает только ей свойственный способ переживания пространства и времени — «устремленность в беско­нечность», которого не знали другие великие культуры. Идея бесконечности в математике, подзорная труба, дальнобойное орудие, Суэцкий канал, перспектива в живописи — все эти разнопорядковые явления есть ни что иное, как проявление этого «первосимвола». «Аполлоновская» душа античной культуры, на­против, осваивала мир, основываясь на принципе «обозримого предела». Для греков просто не существует то, что далеко и невидимо, они воспринимают только зрительно обозримое трех­мерное пространство. Им чуждо все иррациональное, не известен нуль и отрицательные числа. Они не знают истории, археологии, астрономии, «аполлоновская» душа не нуждается в историчности. Грекам известны солнечные и водяные часы, но они не пользуются точным отсчетом времени. Античный человек не замечает течения времени и полностью растворен в его потоке.

Историко-культурный тип замкнут в себе, существует обособ­ленно, изолированно. Культура живет собственной, особой жизнью, культивируя свой «такт», «ритм», «вкус», «тональность». Она ничего не может воспринять от других культур. Не существует никакой исторической преемственности, никакого влияния или заимствования. Новая молодая культура, воспринимая влияние какой-либо другой, немедленно подчиняет воспринятое присущему ей «ритму», «такту», «вкусу». Культуры самодостаточны, а потому диалог невозможен. Человек, принадлежащий к определенной куль­туре, не только не может воспринять иных ценностей, но и не в силах их понять. Китаец или араб смотрят на мир иными глазами, чем грек, они живут другими интересами, их волнуют другие заботы. Западно-европейская душа отделена от восточной непроходимой пропастью. Все нормы духовной деятельности человека имеют смысл только в рамках конкретной культуры и значимы только для нее.

По мнению Шпенглера, единства человечества не существует, понятие «человечество» для него лишь пустой звук. «Всемирная история» — это созданная рационализмом иллюзия, порожденная европейским культурным типом. Каждый тип культуры с неизбеж­ностью судьбы проходит одни и те же жизненные этапы (от рождения до смерти), порождает одни и те же явления, окрашенные, однако, в своеобразные тона, присущие только ему.

Тем не менее, в самой концепции Шпенглера можно найти примеры взаимодействия культур. Действительно, античность пере­дала европейской культуре идеи христианства и вдохновила эпоху Ренессанса. Да и сама книга «Закат Европы», воссоздающая образы давно погибших культур, свидетельствует, что идеи общности че­ловеческой истории и культуры имеют далеко не беспочвенное основание.

Критика теории

Такова в самом общем виде культурологическая концепция Ос­вальда Шпенглера, которая и сегодня рядом исследователей рассмат­ривается в качестве весьма оригинальной и достаточно успешной по­пытки прояснения смысла и генезиса культуры.

Вместе с тем нельзя не отметить того обстоятельства, что букваль­но с момента выхода в свет первого тома «Заката Европы» теоретиче­ская конструкция Шпенглера была подвергнута жесткой и весьма аргу­ментированной критике. Прежде всего, Шпенглеру инкриминировали то, что, провозглашая примат строгого, научно обоснованного подхода к мировой истории, он сам по сути остается на позициях иррациона­лизма, обскурантистских представлений средневекового обывателя о фатуме, роке, всеобщей предопределенности. Наиболее полно эти претензии выразил Т. Манн, который писал: «Шпенглеру свойственна надменность и пренебрежение всем челове­ческим. Пусть он был бы циничен как дьявол! А он всего лишь фата­листичен. И он поступает несправедливо, когда возводит Гете, Шо­пенгауэра, Ницше в ранг предшественников его гиеньих прорицаний. То были люди, он же всего лишь пораженец рода человеческого».9

Многие критики обращали внимание и на то, что Шпенглер вы­ступает с позиций типичного метафизика тогда, когда он отрицает идею культурного прогресса, который явно существует, несмотря на все зигзаги и отклонения на пути исторического развития человечест­ва. Этнографы категорически были не согласны со шпенглеровским пониманием локальных культур как самодостаточных данностей, раз­вивающихся по своим собственным законам и не вступающих ни в какие контакты друг с другом.

Наиболее серьезные претензии были предъявлены шпенглеровскому пониманию сущности культуры и его представлениям о ее гене­зисе. Критики совершенно справедливо указывали на биологический редукционизм Шпенглера, который совершил ту же ошибку, что и Н.Я. Данилевский, попытавшись описать путь развития культуры, опираясь на законы развития, выявленные биологами, исследовавшими растительный мир. Они подчеркивали, что единственное отличие взглядов Шпенглера от Данилевского заключается в том, что он свои аргументы заимствовал у Гете, тогда как русский ученый — у немец­кого естествоиспытателя второй половины XIX в. Карла Бэра. Но оба они явно исходят из учения Кювье, где были разработаны принципы сравнительного анализа биологических видов.

Ясперс, например, квалифицирует метод Шпенглера как «физиогномический» и показывает, что с его помощью можно только толковать явления духовной жизни, стили ис­кусства и типы «настроений», но нельзя установить никаких законов.

Многие оппоненты Шпенглера указывали на то, что он, акценти­руя внимание, прежде всего, на пласте материальных ценностей, явно зауживает содержание понятия «культура». Они подчеркивали, что автор «Заката Европы» по сути лишает культуру ее духовного ядра, что является грубейшей ошибкой.

По мнению критиков Шпенглера, с точки зрения смысла само­ценности в шпенглеровской концепции культуру оправдать невозмож­но, ибо она возникает как органический порыв некоей коллективной души, стремящейся к самоосуществлению. С их точки зрения, поме­щая культуру в сферу природы, которая ценностно нейтральна, Шпенглер лишает возможности рассматривать ее в аксиологической плоскости, что исключает любые разговоры о ценностях культуры.

Создав свой труд, Шпенглер, по сути, заложил предпосылки само­оправдывающегося прогноза. И в этом, возможно, один из самых больших недостатков его теории культуры.

Арнольд Джозеф Тойнби

Арнольд Джозеф Тойнби (1889-1975) – английский ученый, оказавший огромное влияние на процесс развития западной исторической и культурологической мысли. Идеи Тойнби присутствуют в работах многих известных запад­ных авторов. К нему как к признанному авторитету апеллируют не только сподвижники по науке, но и политики, общественные деятели, представители деловых кругов, цитируя выдержки из его трудов в пар­ламентских речах, программных заявлениях, газетных и журнальных статьях.

Его имя завершает список тех, кого по праву считают основоположниками «философии истории». Начинается же он именами Гердера и Гегеля, которые пер­выми в истории европейской философской науки поставили вопрос о смысле истории и попытались дать ответ на него. Непосредственным предшественником Тойнби на этом поприще был О. Шпенглер. Идеи Шпенглера Тойнби развил в многотомном труде «Постижение истории», обосновав в нем свою концепцию кру­говорота «локальных цивилизаций».

Теория культуры

Базовой категорией научного анализа для Тойнби является катего­рия цивилизации. Опираясь именно на нее, он строит величественное здание своей собственной конструкции. Следует сказать, что, в отли­чие от своих предшественников, Тойнби трактует цивилизацию не как организм, формирующийся и развивающийся по биологическим зако­нам, а как социальную целостность, в своем движении подчиняющую­ся общим закономерностям общественного развития. В этом отноше­нии он коренным образом расходится с Н.Я. Данилевским и О. Шпенглером, которые мыслили ге­незис цивилизации как генезис живых организмов, последовательно проходящих стадию зарождения, цветения, плодоношения и гибели.

Раскрывая свое понимание сути цивилизаций, Тойнби пишет о том, что каждая цивилизация представляет собой локальное образование, которое обладает только ему присущими чертами и характеристиками и никоим образом не напоминает по своим признакам другие цивили­зации. Единой цивилизации как таковой нет. Есть ряд цивилизаций, весьма отличающихся по своим ценностям, типам культурно-творческой деятельности, направленности исторического развития и, конечно, развитостью материально-технического базиса.

Опираясь на достижения истории и археологии, Тойнби выделяет 21 цивилизационную систему. В это число он вклю­чает западную цивилизацию, православную (византийскую ортодок­сальную), русскую православную, персидскую, арабскую (исламскую), индийскую, дальневосточную, античную (греко-римскую), сирийскую, китайскую, японо-корейскую, минойскую, шумерскую, хеттскую, вавилонскую, египетскую, андскую, мексиканскую, юкатанскую, а также цивилизацию майя. По мнению Тойнби, из всех вышеназванных ци­вилизаций в настоящее время существуют только восемь (западная, византийская ортодоксальная, русская, арабская, индийская, дальне­восточная, китайская, японо-корейская), причем семь из них уже вступили в период заката и дезинтеграции. Только отно­сительно западной цивилизации Тойнби воздерживается от каких-либо оценок, хотя в некоторых местах своей книги он говорит о при­знаках, свидетельствующих о ее надломе. Помимо развившихся циви­лизаций Тойнби называет также пять цивилизаций, остановившихся в своем развитии (спартанскую, оттоманскую, полинезийскую, эскимос­скую и номадическую), а также четыре неразвившихся цивилизации, которые могут быть определены подобным образом в силу того, что они исчезли с исторической сцены в результате столкновения с более мощными цивилизациями. Следует сказать, что в последнем томе «Постижения истории», вышедшем в свет в 1961 г., Тойнби отходит от вышеизложенной схемы типологизации цивилизаций и дает несколько иную их дифференциацию. Он говорит только о 13 развившихся циви­лизациях, в число которых он включает среднеамериканскую (в нее входят, по его представлениям, цивилизации майя, мексиканская и юкатан­ская), андскую, шумеро-аккадскую (сюда, по мнению Тойнби, относится и вавилонская), египетскую, эгейскую (в нее Тойнби, включает и миной­скую), цивилизации Инда, китайскую, сирийскую, античную, индий­скую, православную ортодоксальную, западную, исламскую (арабскую). Все остальные цивилизации рассматриваются Тойнби как спутники ка­кой-либо развившейся цивилизации.

В основу типологии цивилизаций Тойнби кладет два признака: нали­чие, как он пишет, «универсальной церкви» и степень удаленности от того места, где зародилась та или иная цивилизация. Дифференцируя цивилизационные системы по критерию религии, Тойнби выстраивает следующий ряд: 1) цивилизации, которые никак не связаны ни с по­следующими, ни с предыдущими; 2) общества, никак не связанные с предыдущими, но связанные с последующими; 3) цивилизации, свя­занные с предшествующими, но менее непосредственной, менее, как он пишет, «интимной связью, чем сыновнее родство»; 4) цивилизации, связанные через вселенскую церковь с предшествующими обществами сыновними узами; 5) цивилизации, связанные с предше­ствующими через религию правящего меньшинства.

Дифференцируя цивилизации по территориальному признаку, Тойнби выделяет следующие группы: 1) цивилизации, прародина ко­торых не совпадает полностью с территорией предшествующего «отеческого» общества; 2) цивилизационные системы, границы кото­рых частично совпадают с границами общества-предшественника; 3) цивилизации, территория которых полностью наследует территорию той цивилизационной системы, которая возникла в весьма отдаленном прошлом.

Тойнби глубоко и обстоятельно исследует проблему взаимодействия цивилизаций. С его точки зрения, между цивилизационными система­ми никогда не было состояния гармонии и равноправного сотрудниче­ства. Вся история человеческого рода, считает он, была историей борьбы цивилизаций, где каждый раз побеждала цивилизация, находящаяся на более высоком уровне технического развития.

Критика теории

Подробному критическому разбору культурологическую теорию Тойнби подверг, прежде всего, Питирим Сорокин. Главной ошибкой Тойнби (как, впрочем, и главной ошибкой Н.Я. Данилевского и О. Шпенглера) он считал смешение и отождествление культурных сис­тем с социальными группами. С его точки зрения, приписывать, как это делали перечисленные авторы, религиозным, территориальным, государственным или каким-либо иным группам статус великих циви­лизаций совершенно неправомерно, ибо социальные группы и куль­турные системы коренным образом отличаются друг от друга.

Второй ошибкой Тойнби, по мнению П. Сорокина, является ут­верждение о том, что все цивилизации проходят один и тот же цикл и обречены на исчезновение с исторической сцены.

Ошибочным, с точки зрения П. Сорокина, является и тезис Тойнби о том, что один и тот же уровень развитости присущ различным сферам общественной жизни в один и тот же период.

Авторы, стоящие на позициях материалистического понимания истории, обращают внимание, прежде всего, на иррационализм тойнбианских воззрений, на преувеличение роли творческих личностей в историческом процессе, на абсолютизацию метода сравнительного ана­лиза, на то, что Тойнби явно совмещает идеалистическое толкование истории с эмпирическими обобщениями, на почти полное игнориро­вание явлений и процессов экономической жизни. Самое же слабое место в концепции Тойнби, с их точки зрения, — это размытость са­мого понятия «цивилизация». Хотя Тойнби и выделяет два главных критерия, лежащих в основе его типологии цивилизаций (наличие универсальной религии и степень удаленности от места возникнове­ния), они оказываются плохо «работающими» применительно к кон­кретной ситуации.

Исследователями-марксистами особо подчеркивается, что концеп­ция цивилизаций Тойнби не позволяет понять ни общих закономер­ностей исторического развития, ни тех специфических особенностей, которые присущи всякой национальной культуре. По их мнению, ав­тор «Постижения истории» не смог преодолеть как ограниченность и априоризм культурологических теорий XIX в., так и эмпиризм позити­вистской социологии XX в. Его учение о цивилизациях явилось свое­образным компромиссом. Благодаря обращению к огромному пласту исторических данных, он смог нарисовать весьма впечатляющую кар­тину истории как истории цивилизаций, но объяснение происходя­щего он позаимствовал из мировоззренческой конструкции, внешней по отношению к истории, в силу чего эвристические возможности концепции Тойнби весьма ограничены. Они явно не соответствуют тем надеждам, которые Тойнби возлагал на новый метод анализа ис­тории.

Однако сегодня, когда происходит глобальная переоценка ключе­вых фигур в общественной мысли, значение работ А. Тойнби практи­чески никем не оспаривается, хотя критический пафос присутствует и в статьях, опубликованных в последнее время.

Таблица

Сравнительный анализ теорий культуры Данилевского, Шпенглера и Тойнби




Данилевский

Шпенглер

Тойнби

Основной труд

«Россия и Европа»

«Закат Европы»

«Постижение истории»

Концепция

Культурно-исторические типы

Жизнь «культурных организмов»

Круговорот «локальных» цивилизаций

Типология культур/цивилизаций

10 целиком или частично исчерпавших возможности своего развития и 2 погибшие

8 достигших своего завершения и 1 находящаяся на стадии возникновения

До 1961г.: 21 цивилизационная система, из них существуют только 8 (7 из которых вступили в период заката), 5 остановились в развитии, 4 не развились

После 1961г.: 13 развившихся цивилизации, остальные – их спутники

Основа типологии культур/цивилизаций

4 направления культурной деятельности человека: религиозная, культурная, политическая, общественно-экономическая




Наличие универсальной религии и степень удаленности от места возникновения

Существование единой цивилизации

Не существует

Не существует

Не существует

Понятие культуры/цивилизации

Культурно-исторические типы соответствуют типам цивилизаций

Культура – смена развивающихся и подобных по структуре организмов с индивидуальным обликом и ограниченным сроком жизни; внешнее проявление внутреннего строя души народа, стремление коллективной души народа к самовыражению

Цивилизация – социальная целостность, в своем движении подчиняющаяся общим закономерностям общественного развития

Возникновение цивилизации

Каждый самобытный культурно-исторический тип эволюционирует от этнографического состояния к государственному и от него – к

цивилизации

Цивилизация – старческий возраст каждой культуры, представляющий собой переход к небытию, умиранию, завершению истории

Цивилизация возникает в процессе изменения архаичных обществ

Этапы развития культур/цивилизаций

Стадии становления биологического организма: культура зарождается, доходит до вершины своего развития и затем, регрессируя, умирает

Культура – как живое существо высшего порядка: возникает на почве своей родины, расцветает, достигает зрелости, увядает и умирает

5 стадий развития «локальных» цивилизаций: возникновение, рост, надлом, разложение, гибель

Причина гибели культур/цивилизаций

Истощение творческих сил культурно-исторического типа

Истощение творческого потенциала культуры

Утрата самодетерминации

Взаимодействие культур/цивилизаций

Преемственность культур посредством передачи ценностей одной культуры другой. Способы передачи: пересадка посредством колонизации, «прививка», воздействие цивилизации на цивилизацию

Каждая культура самодостаточна: нет исторической преемственности, влияния и заимствования

Борьба цивилизаций

Используемая литература:

  1. Культурология: Учеб. для студ. техн. вузов/Колл. авт.; Под ред. Н.Г. Багдасарьян. – М.: Высш. шк., 1999. – 511 с.

  2. Соколов Э.В. Культурология. Очерки теорий культуры. Пособие для учащихся. – М.: Интерпракс, 1994. – 272 с.

  3. Культурология в вопросах и ответах/Под ред. проф. Г.В. Драча. – М.: Гардарики, 2000. – 336 с.

  4. Шендрик А.И. Теория культуры: Учеб. пособие для вузов. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, Единство, 2002. – 519 с.

1 «Постижение истории» А. Тойнби.

2 «Россия и Европа» Н. Я. Данилевсикй.

3 «Россия и Европа» Н. Я. Данилевсикй.

4 «Россия и Европа» Н. Я. Данилевсикй.

5 «Россия и Европа» Н. Я. Данилевсикй.

6 «Россия и Европа» Н. Я. Данилевсикй.

7 «Россия и Европа» Н. Я. Данилевсикй.

8 «Закат Европы» О. Шпенглер.

9 Манн Т. Собр. соч. в 9 т. – 9 т.



Учебный материал
© bib.convdocs.org
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации