Реферат - Иордано-израильский конфликт и процесс его урегулирования - файл n1.rtf

Реферат - Иордано-израильский конфликт и процесс его урегулирования
скачать (208.7 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.rtf209kb.21.10.2012 16:48скачать

n1.rtf

Реферат:

Иордано–израильский конфликт и процесс его урегулирования
Введение

Под термином «ближневосточный конфликт» принято понимать военно-политическую борьбу еврейского и арабского этносов за обладание Палестиной. Генезис данного конфликта непосредственно связан с возникновением в конце XIX в. сионистского движения среди еврейского населения Российской и Австро-Венгерской империй. Его целью являлось возвращение евреев на свою историческую родину – в Палестину, которая, согласно канонам иудаизма, считается «землей обетованной», то есть предназначенной для еврейского народа Богом. В такого рода трактовке Палестина – эта своего рода Родина-мать, которая была утрачена. Это воспринималось как величайшая историческая несправедливость, подлежащая исправлению.

Хотя начало еврейской иммиграции относится к 1882 году, когда в Палестину прибыли первые группы европейских евреев, это не привело к конфронтации с арабским населением. Численность мигрантов была невелика, а их экономическая активность ограничена. В первое десятилетие ХХ в. интенсивность иммиграции стала возрастать. В 1909 г. был основан Тель-Авив, и заметно увеличились размеры еврейской земельной собственности, что стало вызывать недовольство арабского населения. Власти Османской империи, провинцией которой тогда была Палестина, рассматривали евреев как неравноправное этноконфессиональное меньшинство, права которого условны.

Положение кардинальным образом изменилось в ходе Первой мировой войны, когда Палестина была оккупирована британскими войсками. В Лондоне приняли решение «закрепить» за собой Палестину, которая рассматривалась как «необходимое прикрытие» для Суэцкого канала. Для обеспечения надежности этого «прикрытия» было решено использовать сионистское движение. В ноябре 1917 г. МИД Великобритании опубликовал «декларацию Бальфура», в соответствии с которой британское правительство приняло обязательство создать в Палестине такие политические и экономические условия, которые обеспечат устройство «еврейского национального очага». Этот расплывчатый термин был использован не случайно: британцы не собирались способствовать созданию еврейского государства. Они полагали, что численность еврейского населения в Палестине не может превысить 200 тыс. человек, а поскольку к этому времени она уже составляла 85 тыс., то и размер миграции, учитывая возможности ее регулирования, представлялся весьма умеренным.

В отличие от правящих кругов Великобритании руководители сионистского движения рассматривали создание «еврейского национального очага» как промежуточный этап в деле создания еврейского государства. Казалось бы, данная цель должна была вызвать резко негативную реакцию арабов, однако этого не произошло. Более того, тогдашний лидер арабского национально-освободительного движения эмир Фейсал не только признал, в принципе, декларацию Бальфура, но и дал согласие на создание еврейского государства (соглашение Фейсала – Вейцмана от 3 января 1919 г.). Его позиция была результатом не только неблагоприятных политических обстоятельств, но также господствующего тогда представления о евреях как «двоюродных братьях арабов». Об этом он и другие арабские политические деятели того времени говорили неоднократно. Согласно традиционной арабской генеалогии, арабы и евреи имеют общего предка – Сима, сына мифического Ноя. Старшую ветвь потомков этого прародителя составляют арабы, а младшую – евреи. Такой статус евреев подкреплялся наличием у них этнической религии – иудаизма, которая делала их «неверными» в глазах мусульман.

Установление британского колониального господства в форме мандата Лиги Наций изменило ситуацию. Евреи получили привилегированный статус в качестве младших партнеров британцев, а арабы оказались в подчиненном положении. Борьба палестинских арабов за ликвидацию британского господства объективно вела к их конфронтации с евреями. В 1931 г. начались первые вооруженные столкновения между арабами и евреями, которые британские войска отнюдь не торопились пресекать. Эту дату можно считать той точкой, в которой арабо-еврейский конфликт, заложенный декларацией Бальфура, превратился из политического в военно-политический. Таковым он остается до настоящего времени.
История проблемы
Война в Персидском заливе, подтвердившая слабости арабского народа, и резкое ослабление роли в международных делах и на Арабском Востоке подвигли Вашингтон на активные усилия к урегулированию арабо–израильского конфликта и на усиление своего политического присутствия в регионе. Причин тому было несколько. Правительство США почувствовало свою силу на мировой арене и отсутствие политического соперничества ввиду краха коммунистической системы. США ощущали моральную ответственность перед своими арабскими союзниками с тех пор, как они заняли сторону Вашингтона во время войны в Заливе. Кроме того Вашингтон хотел снять с себя раздававшиеся со стороны арабов обвинения в том, что его политика в отношении Израиля и арабских стран – это политика двойных стандартов.

Первый шаг в этом направлении был сделан через несколько дней после окончания наступления на Ирак. 6 марта 1991 г. президент США Дж.Буш объявил о новой мирной инициативе, основанной на 5 принципах, включавших принятие формулы "мир в обмен на землю", заключение соглашений в области безопасности, признание Израиля, обеспечение юридических и политических прав палестинцев1, а также укрепление мира и стабильности на Ближнем Востоке на базе резолюций № 242 и № 338 Совета Безопасности ООН.

Арабская и израильская стороны по–разному отреагировали на эту инициативу. Израиль в лице своего премьер–министра И.Шамира отверг формулу "мир в обмен на землю". Однако Вашингтон был решительно настроен продвигать мирный процесс. Поэтому государственный секретарь США Дж. Бейкер предпринял ряд поездок по странам региона для проведения консультаций с заинтересованными сторонами, в частности, с Сирией, Иорданией, Египтом и ООП, с одной стороны, и с Израилем – с другой.

Усилия Бейкера были направлены на то, чтобы убедить заинтересованные стороны в необходимости придти к прочному урегулированию как на краткосрочную, так и на отдаленную перспективу. На переговорах с арабскими руководителями Бейкер подчеркивал, что урегулирование, к которому стремится Америка, будет основываться на резолюциях № 242 и 338. Поэтому заинтересованные арабские лидеры согласились на американскую инициативу, считая, что эти резолюции требуют ухода Израиля с оккупированных в 1967 г. территорий.

На наш взгляд, согласие арабов на американскую мирную инициативу объяснялось следующими причинами – нежеланием конфликтовать с Израилем, отсутствием экономических возможностей для противостояния Израилю, сомнениями в возможности решить проблему на основе резолюций СБ ООН № 242 и № 338.

Иордания действовала в сотрудничестве с ООП. 28 сентября 1991 г. Национальный Совет Палестины, собравшийся на сессию в Алжире, согласился участвовать в мирной конференции. Однако Израиль поставил условие, чтобы палестинцы присутствовали на ней не как самостоятельная сторона, а в рамках единой иордано–палестинской делегации. Иорданская и палестинская стороны пришли к соглашению, чему способствовали усилия министра иностранных дел Иордании. После этого премьер–министр Иордании А. аль–Маджали был назначен главой делегации, а главой палестинской стороны ООП назначила Х. Абдель Шафи2.

Между тем в Иордании разгорелась острая дискуссия между сторонниками и противниками участия страны в мирной конференции. Около 50 депутатов парламента подписало петицию с требованием вынести вотум недоверия правительству в связи с его намерением принять участие в конференции. Однако король Хусейн положил конец спорам, выступив 12 ноября 1991 г. с обращением к нации – речью, которую можно считать первым документом мирного процесса между Иорданией и Израилем.

В своем выступлении король сказал: "Иордания находится в полублокаде, в ней свирепствуют безработица и голод. Участие в конференции продиктовано тем, что конференция основывается на резолюциях № 242 и № 338, и что справедливый мир является ключом, который откроет перед нами путь к лучшему будущему"3.

В своем обращении король говорил о своей ответственности за судьбы Отечества, за его безопасность и благополучие его граждан, за справедливый и прочный мир.

Иорданский народ тогда поддержал речь короля. Тому было несколько причин. Большую роль сыграла надежда на то, что мир будет справедливым, гарантирующим права всех сторон с соблюдением каждой из них принятых на себя обязательств.

Важно, что Иордания приняла решение участвовать в конференции лишь после того, как аналогичное решение приняла ООП.

Наконец, иорданский народ продемонстрировал уважение к своему лидеру, особенно важное в такой трудный момент.

Кроме того была уверенность в поддержке США и некоторых богатых арабских стран тому курсу, который провозгласил король.

Народ верил в право каждого жителя оккупированных территорий на возвращение и полный возврат этих территорий под суверенитет Иордании и стремился помочь своим братьям.

Спустя два дня после проведения Национального конгресса в Аммане Бейкер прибыл в иорданскую столицу и заявил, что усилия США позволили добиться от мирового сообщества предоставления Иордании в 1992 г. помощи в размере 1,3 млрд. долл.4. Известие об обещанной помощи прозвучало в тот момент, когда внешний долг страны достиг 8,3 млрд. долл., а приток 300 тыс. беженцев из Кувейта и других стран Залива, вызванный войной, поставил общество и экономику на грань кризиса. Кроме того, Бейкер объявил, что Саудовская Аравия сняла запрет на проезд через ее территорию иорданских грузовиков, что открывало для продукции иорданского сельского хозяйства доступ на рынки Персидского Залива, а значит, и способствовало выходу из кризиса.

Когда все условия для проведения мирного Форума созрели, лидеры двух великих держав – СССР и США – 19 октября направили правительствам Иордании, Сирии, Ливана, Египта и Израиля, а также ООП, приглашение участвовать в мирной конференции, открывавшейся 30 октября 1990 г. в столице Испании5.

Как уже отмечалось, Иордания откликнулась на этот призыв после обращения короля Хусейна и поддержки, оказанной ему большинством граждан страны. На заседании совета министров Иордании было решено принять предложение, исходя из приверженности нормам международного права и положениям резолюций СБ ООН № 242 и № 338. Совмин принял решение направить в Мадрид совместную иордано–палестинскую делегацию, исходя из того, что конференция явится реальным шансом на достижение желанного справедливого мира.
Мадридская конференция
Мадридская конференция открылась 30 октября 1991 г. под председательством Дж.Буша и М.Горбачева. В ней участвовали делегации от США и СССР (страны–сопредседатели) во главе с госсекретарем Дж.Бейкером и министром иностранных дел Б.Панкиным, а также представители непосредственно заинтересованные стран, в т. ч. Иордании и Палестины, во главе с министром иностранных дел Иордании К. Абу Джабером, Сирии (Фарук аш–Шараа), Ливана (Фарис Буэйз), Египта (Амр Муса), Израиля (Ицхак Шамир).

На конференции присутствовали /в качестве наблюдателей/ делегации Совета сотрудничества арабских стран Персидского Залива и Совета Союза Арабского Магриба, которые своим присутствием хотели поддержать перечисленные страны в их мирных устремлениях6.

Работа конференции началась с выступлений её сопредседателей. Президент Буш заявил, что резолюции № 242 и № 338 являются основой будущих переговоров. Он заявил также о необходимости дать палестинскому народу реальную возможность определять свою жизнь и судьбу. Со своей стороны, президент Горбачев заявил, что участие в конференции двух великих держав продиктовано не желанием навязать какое–то решение конфликта, а стремлением приложить все усилия к достижению мира. Он также сказал, что этот мир означает уважение права палестинского народа.

Что касается позиции Иордании, то ее высказал в своем выступлении министр иностранных дел страны, который заявил, что эта позиция диктуется следующими главными императивами.

Поиском такого урегулирования, которое поддержали бы арабские государства, международное сообщество и палестинцы;

Ожиданиям Иордании, что она не столкнется с неконструктивными подходами и политикой "двойных стандартов";

Взаимоувязанностью проблем Иордании и палестинской проблемы и стремлением Иордании выступать за подлинный, честный мир, который позволит разрушить стены ненависти и вражды;

Намерением добиться ухода израильских войск со всех иорданских, палестинских, сирийских и ливанских территорий, оккупированных 6 июня 1967 г.;

Обязательностью возвращения арабского Иерусалима под арабский суверенитет;

Необходимостью удаления израильских поселений с оккупированных территорий и предоставлением палестинцам права на самоопределение на родной земле – в Палестине7.

Позицию Израиля высказал в своей жесткой по тону речи И.Шамир. Он призвал арабов признать существование Израиля и прекратить интифаду; он не сказал ни слова об уходе с арабских земель или прекращении строительства поселений. Первый этап работы конференции продлился три дня. В третий день Шамир не участвовал в заседаниях: по религиозным причинам он отбыл в Израиль8.

Следует отметить, что стратегическое содержание мирного урегулирования, как его понимает Израиль, не сводится к одному лишь признанию факта существования Израиля и изменению поведения арабов в отношении его или третьей стороны, способной оказывать на него влияние. Оно включает в себя также удовлетворение требований безопасности и претензий территориального характера.
Израильская концепция безопасности
Израильская концепция безопасности, зародившаяся еще в 50–е годы и с тех пор претерпевшая определенную эволюцию, первоначально основывалась на серии постулатов, в том числе на создании эффективной силы сдерживания, недопущении образования враждебного арабского союза, инициативе в наступлении со скорейшим переносом боевых действий на территорию противника, молниеносной войне.

После 1967 г. в концепцию были внесены новые понятия, такие как "стратегическая глубина" и "защищаемые границы". После октябрьской войны 1973 г. израильская концепция безопасности была в очередной раз скорректирована. Из концепции, основанной на контроле над территориями и границами с арабскими странами она превратилась в концепцию качественного стратегического контроля над территориями в условиях политического урегулирования, при котором арабские страны оказываются разоруженными; и в самом деле, уровни вооруженности этих стран и Израиля несопоставимы9.

Экстремистский тон выступления И.Шамира на конференции проистекал из сути его политики "безопасности прежде всего", предусматривавшей признание Израиля всеми странами региона. При этом игнорировался тот факт, что безопасность достигается лишь путем установления мира, приемлемого для всех сторон. Гарантии безопасности должны получить и арабские государства, а мир возможен лишь после возвращения оккупированных в 1967 г. и позднее территорий. Должны быть признаны законные права палестинского народа на самоопределение и создание своего собственного государства. Отсюда и экстремистские нотки в речи Шамира: Израиль не желает "мира в обмен на землю", но стремится, судя по словам Шамира, обеспечить себе безопасность и признание, опираясь на силу, потенциал которой должен заставить арабов признать Израиль и его право на безопасное существование. Кроме того, Израиль опасается роста интифады и усиления ее мощи, т.к. интифада являлась сильным козырем в политических переговорах между палестинцами и израильтянами.

Второй этап работы конференции начался 3 ноября 1991 г. с двусторонних встреч между арабскими делегациями, с одной стороны, и делегацией Израиля – с другой. Израильская делегация потребовала, чтобы двусторонние переговоры проходили в арабских странах и Израиле, однако иорданские и палестинские представители с этим требованием не согласились. В результате арабская и израильская делегация пришли к соглашению о том, что переговоры возобновятся через три недели (при этом, однако, не было достигнуто согласия о месте проведения переговоров).

На следующий день, 4 ноября, Израиль объявил о строительстве нового поселения на Голанах и о планах строительства еще одного поселения на Западном берегу реки Иордан. После этого некоторые арабские страны (в частности, Ливия) стали выступать с критикой самого факта проведения конференции, а НФОП и ДФОП объявили о выходе из Исполкома ООП; с аналогичным заявлением выступило и движение Хамас10.

Последовал новый шаг со стороны СМ и СССР, призвавших начать переговоры между Израилем и заинтересованными арабскими странами 4 декабря 1991 г. Иорданское правительство откликнулось на этот призыв и назначило аль–Маджали главой иорданской делегации. Однако, Израиль не согласился с тем, чтобы дату переговоров назначали две великие державы без предварительной консультации с ним и поставил четыре условия для возобновления переговоров. Это проведение переговоров по процедуре, невмешательство США в детали переговоров, перенос переговоров на Ближний Восток, отнесение ранее установленной даты переговоров на более поздний срок.

Израиль не направил ко времени свою делегацию и объявил, что она прибудет 9 декабря (в знак протеста против американского вмешательства). Четыре арабские делегации (иорданская, сирийская, ливанская и палестинская) 4 декабря прибыли в здание госдепартамента США в Вашингтоне, но из–за неявки израильской делегации решила уехать. Арабская делегация объявила, что она прибудет на встречу 10 декабря, а не 9–го, как постановил Израиль. Однако "Израильская делегация заявила, что она не вступит в раздельный диалог с иорданскими и палестинскими представителями. Повторная встреча состоялась в том же месте 3 декабря. А 28 января в Москве открылся третий этап работы конференции. Результатом двухдневных переговоров было создание пяти рабочих комиссий: по экономическим вопросам, водным ресурсам, контролю над вооружениями, беженцам и по экологическим проблемам11.

После того, как власть в Израиле перешла к лейбористскому правительству во главе с И.Рабином (пришедшим на смену ликудовскому правительству И.Шамира), арабская и израильская делегация возобновили переговоры в Вашингтоне 4 августа 1992 г. Когда аль–Маджали занял пост премьер–министра Иордании (29 мая 1993 г.), главой иорданской делегации на переговорах был назначен ат–Тарауна – посол Иордании в Вашингтоне.
Поиск путей к достижению урегулирования
14 сентября 1993 г. в Вашингтоне в торжественной обстановке был подписан совместный иордано–израильский рабочий график мирных переговоров. С иорданской стороны его подписал глава делегации Ф.ат–Тарауна, с израильской – Э.Рубинштейн. Текст документа включал следующие пункты:

Достижение справедливого и прочного мира между арабскими странами и Израилем.

Поиск путей к достижению урегулирования на основе резолюций Совета Безопасности ООН № 242 и № 338, обеспечение безопасности и отказ от использования силы, обеспечение права каждой стороны на свою долю водных запасов, справедливое решение проблемы беженцев, решение территориальной проблемы и соблюдение международно признанных границ, поиск путей дальнейшего двухстороннего сотрудничества12.

Цели, которые ставила перед собой Иордания, поднимая вопросы о безопасности, границах, водных ресурсах и беженцах, определялись рядом обстоятельств.

Иордания страдает от дефицита водных ресурсов, усугубляемого высокой рождаемостью в стране. Поэтому Иордания решила покрыть этот дефицит за счет использования подземных вод.

Часть иорданских земель оккупирована Израилем: это 830 донумов в районе р. Иордан (в месте впадения в нее р. Ярмук), захваченные в ходе войны 1949 г., а также приграничная полоса площадью в 380 кв. км, занятая Израилем в 1967 г.

Остро стоит перед Иорданией и проблема палестинских беженцев: Иордания – страна, принявшая на своей территории наибольшее число изгнанных из мест проживания арабов.

Важный шаг на пути к миру был сделан в 1993 г. в результате встречи между принцем Хасаном и министром иностранных дел Израиля Пересом в присутствии американского президента. В итоге была создана трехсторонняя (иордано–израильско–американская) комиссия по экономическим вопросам. Она провела несколько заседаний, на которых обсуждались пункты рабочего графика и проект развития долины р. Иордан.

2 ноября 1994 г., после второй встречи между принцем Хасаном, израильским министром иностранных дел и президентом США Клинтоном, была принята трехсторонняя декларация, содержание которой знаменовало наступление важного этапа в мирном процессе13.

Он был связан с образованием трехсторонней (американо–иордано–израильской) комиссии по экономическим вопросам.

С подтверждением важности проведения экономической конференции в верхах стран Ближнего Востока и Северной Африки, которая намечалась в Касабланке.

С поиском возможностей для создания свободной экономической зоны (СЭЗ) в Акабе и Эйлате, функционирующей на принципах свободного обмена товарами между Иорданией и Израилем.

С Созданием морской "зоны мира" на Красном море при поддержке американского специального фонда, созданного в рамках Комитета по океанам, здравоохранению и охране окружающей среды при государственном департаменте США.

С созданием в Акабе и Эйлате свободной туристической зоны, которую могли бы посещать граждане Иордании, Израиля и других стран.

После американской декларации, опубликованной 2 ноября 1994 г. и после встречи между принцем Хасаном, Ш.Пересом и Б.Клинтоном в мирном процессе стало заметно обозначаться американское присутствие" (отраженное, в частности, в пунктах 1 и 2). Таким образом, США становились как бы "свидетелем" и "арбитром" в трудных ситуациях, а также могли проводить свои интересы в регионе, о чем Вашингтон начал усиленно заботиться после распада СССР. Что касается встречаемого во втором пункте документа упоминания о важности проведения экономической встречи в верхах в Касабланке, то в данном случае речь идет об экономической роли США как экономического "соперника" европейских стран.

Упоминание о создании СЭЗ касающееся экономических интересов стран региона, предполагает, что региональный рынок будет функционировать на принципах свободной экономики, но не с европейского, а с американского "благословения".

Что касается экономического содержания иордано–израильского мирного соглашения, то, согласно израильской точке зрения, оно необходимо для укрепления мира в той мере, в какой последний отвечает экономическим потребностям страны. И если обеспечение безопасности, разоружение и стратегическое партнерство с США являются необходимыми гарантиями для установления мира, то свободное продвижение товаров представляет собой единственную приемлемую для Израиля основу мирного процесса. Как можно заметить, все прошлые войны Израиля с арабами велись им не только для достижения военных целей, но также и для решения экономических задач. Можно считает, что "экономический мир" между Израилем и арабами вообще, и Иорданией в частности, предусматривает устранение барьеров между Израилем и арабскими странами, свободное перемещение товаров, услуг и рабочей силы – будь то в рамках ближневосточного общего рынка или общего рынка стран средиземноморского бассейна – арабских и европейских. При этом у всех стран будет свой "профиль". Так, Иордания будет специализироваться на туризме и привлечении иностранных инвестиций; возможны совместные иордано–израильские проекты в области добычи полезных ископаемых в Мертвом море, в производстве фосфатов, прокладки железнодорожных коммуникаций между двумя странами, сотрудничество в развитии портов Эйлат и Акаба, а также сети сухопутных сообщений между Израилем и Иорданией. Израиль же будет специализироваться на высокоточной электронике, производстве современного оборудования, изделий химической промышленности, создании медицинских и измерительных приборов. В будущем развитие экономики будет происходить на основе сочетания израильского опыта с привлечением арабских капиталов и ресурсов.

Главным экономическим "измерением" мира между Израилем и его соседями является стабильность, помогающая не превышать сложившиеся уровни военных бюджетов и направлять больше средств на развитие производства.
Вашингтонская декларация
Исторический поворот произошел 15 июля 1994 г., когда в Аммане было объявлено, что король Хусейн принял приглашение американского президента ему и израильскому премьер–министру И.Рабину приехать в Вашингтон, встретиться с ним 25 июля и выступить в конгрессе США на совместном заседании двух палат.

После того как король Хусейн объявил об этом своем решении, совет министров Иордании 16 июля постановил образовать иорданскую делегацию во главе с Ф. ат–Тарауной для участия в двусторонних переговорах14.

Интенсивный переговорный процесс между сторонами начался 18 июля; на линии прекращения огня (севернее Акабы) состоялась встреча, продолжавшаяся два дня. Было объявлено, что следующие встречи будет происходить поочередно на иорданской и на израильской стороне.

За этим событием последовала встреча министров иностранных дел трех стран. Ее участники объявили о подготовке генерального плана по развитию долины р. Иордан, который должен был быть представлен на Вашингтонском совещании на высшем уровне.

Следует отметить, что иорданская делегация на переговорах состояла в основном из выходцев из Восточной Иордании. Сам король отбирал членов делегации из представителей влиятельных родов, стремясь, во–первых, обеспечить максимальную народную поддержку мирным инициативам, а во–вторых, – продемонстрировать, что в переговорах участвуют коренные иорданцы.

Утром 25 июля 1994 г. в Белом Доме состоялась историческая встреча между королем Хусейном и И. Рабином в присутствии президента Клинтона. В начале встречи лидеры обменялись рукопожатием. Затем каждый из них произнес речь, в которой выразил свои чувства в связи с происходящим событием. Обращаясь к И. Рабину, король Хусейн сказал: "Вы – наши партнеры в стремлении построить новое будущее для нашего региона, для всех наших народов и для всего человечества". Рабин в своем выступлении сказал, что обмен рукопожатием между ним и королем Хусейном "означает, что народы Иордании и Израиля больше не поднимут оружия друг против друга"15. израильский конфликт вашингтонский декларация конференция

Затем Хусейн и Рабин подписали документ, известный как Вашингтонская декларация. В его тексте говорилось о прекращении состояния войны между Иорданией и Израилем и об установлении справедливого и всеобъемлющего мира. Документ зафиксировал ряд принципов, призванных содействовать успешному выполнению иордано–израильского рабочего графика. Среди основополагающих положений – стремление к достижению справедливого, прочного и всеобъемлющего мира между Израилем и его соседями. Продолжение переговоров по достижению урегулирования на основе резолюций № 242 и № 338. Уважение исторической роли Иордании в мусульманских районах Иерусалима в настоящее время и в будущем. Признание сторонами суверенитета, территориальной целостности и политической независимости друг друга. Достижение прочной безопасности, развитие добрососедских отношений и неприменение силы.

Декларация также намечала ряд шагов, направленных на преодоление психологических барьеров и других негативных последствий войны. Было принято решение об установлении прямой телефонной связи между Иорданией и Израилем, о развитии электросети, связывающей обе страны, об открытии двух новых пропускных пунктов на иордано–израильской границе. Фиксировалась также возможность свободного передвижение иностранных туристов, начала переговоров по открытию международного воздушного коридора, сотрудничества правоохранительных органов двух стран в борьбе с преступностью и контрабандой наркотиков. Важный пункт касался переговоров по экономическим вопросам, включая вопрос об отмене бойкота Израиля16.

Король Хусейн и премьер–министр И. Рабин посетили Конгресс США, где каждый из них выступил перед конгрессменами и был встречен аплодисментами. Чрезвычайно важным было выступление короля Хусейна 26 июля 1994 г. Он сказал, что отныне Иордания и Израиль стали партнерами в устройстве будущих судеб народов региона, дабы устранить, по его словам, те "ненормальные условия, в которых жили наши два народа". Израиль и Иордания, подчеркнул король, перешли от состояния войны к состоянию мира, а Иордания осуществила свое суверенное право миротворца. Он заявил, что надеется на успех в совместном продвижении к конечной цели –заключению мирного договора. "Сыны нашего господина Авраама, – добавил король Хусейн, – нуждаются в мире, так как эта земля – место ниспослания небесных религий и колыбель божественного посланничества к человечеству"17.

Очевидно, что речь короля Хусейна в Конгрессе была, по сути, приглашением к подписанию мирного договора и открывала новую страницу во взаимоотношениях страны с Израилем, поскольку многие члены конгресса были подвержены влиянию сионистского лобби в США.

Что касается И.Рабина, то он в своем выступлении сказал: "Народ Израиля хочет мира так же, как и народ Иордании; иначе я и король Хусейн не стояли бы здесь и не действовали на благо мира". Как могли мы быть врагами, добавил он, так же мы можем стать и друзьями.

Для Иордании было важно, чтобы Израиль предпринял искренние встречные шаги к миру. Со своей стороны, чтобы способствовать устранению психологических барьеров между двумя странами и продемонстрировать искренность миролюбивых устремлений Иордании, король Хусейн, возвращаясь из поездки в США, когда его самолет пролетал через территорию Израиля, позвонил с борта самолета премьер–министру Израиля И.Рабину и высказал свое удовлетворение тем, что пролетает над землей его страны.

На следующий день Израиль сделал жест доброй воли, начав переброску воды из реки Ярмук в Иорданию через Гурский канал; он также объявил, что в течении двух месяцев таким образом в Иорданию будет перекачано в обшей сложности 4 млн. куб. м воды. 7 августа началась реализация одного из пунктов Вашингтонской декларации – об установлении телефонной связи между Иорданией и Израилем, а король Хусейн переговорил по телефону с главой израильского государства. 8 августа 1994 г. открылся сухопутный пропускной пункт на границе (в Вади Араба) между Акабой и Эйлатом. Это событие сопровождалось торжествами, в которых участвовали принц Хасан, И. Рабин и госсекретарь США.

16 октября 1994 г. король Хусейн встретился с И. Рабином, чтобы обсудить с ним вопросы, связанные с ходом иордано–израильских переговоров (в рамках Вашингтонской декларации), устранить недоговоренности по территориальному и водному спорам, а также подготовить подписание в первом варианте мирного договора между двумя странами. 17 октября в присутствии короля Хусейна и премьер–министра И.Рабина этот договор был подписан. С иорданской стороны документ подписал А. аль–Маджали, с израильской – И. Рабин. 18 октября делегации двух стран вновь встретились в Акабе для обсуждения технических аспектов и временных рамок ухода Израиля с иорданской территории.

Последний тур переговоров «Временное соглашение»
Последний тур переговоров начался 20 октября, т.е. спустя три года после начала Мадридской конференции. Ход событий ускорился; на 26 октября были назначены торжества по случаю подписания договора в Вади Араба. Приглашения на торжества были направлены многим арабским и иностранным государственным деятелям, в том числе президенту США Б.Клинтону. Итак, мирный договор был заключен. Со стороны Иорданского Хашимитского Королевства его подписал премьер–министр А. аль–Маджали, а со стороны Государства Израиль – премьер–министр И. Рабин. На праздновании было произнесено немало речей, приветствовавших это историческое событие. Президент Клинтон приветствовал лидеров обеих стран и сказал, что США стоят на стороне Иордании и Израиля; министр иностранных дел России приветствовал историческое событие от имени президента Б.Ельцина.

Действительно, это событие знаменовало важный этап в развитии мирного диалога в регионе. Оно стало определенной вехой на пути к преодолению политических завалов, которые мешают достижения взаимопонимания и установлению прочного и справедливого мира между арабскими странами и Израилем.

Однако нельзя упускать из виду тот факт, что все, описанное в этой статье, – лишь один из первых шагов, направленных на устранение вражды и непонимания между двумя общинами. Наверное, предстоит преодолеть еще длинную дистанцию, которая отделяет нынешние события от действительно прочного мира, который может служить общим интересам региона и содействовать его развитию и уверенному продвижению в будущее.

«Временное соглашение» можно рассматривать как завершение третьей стадии ближневосточного конфликта (1974–1995). Она характеризовалась, с одной стороны, спадом интенсивности военной конфронтации, а с другой – нарастающей политической активизацией. Резко возросла вовлеченность США, правящие круги которых взяли курс на развитие процесса мирного урегулирования ближневосточного конфликта. Решение этой задачи требовало отказа от односторонней поддержки Израиля.

Логика «диалога по существу» с ООП, иначе говоря, логика компромисса побуждала США к постепенному усилению политического давления на Израиль с целью добиться от него территориальных уступок. Это привело к обострению борьбы между «традиционалистами» и «миротворцами» в Израиле. Первые добивались продолжения освоения оккупированных территорий. Вторые настаивали на прекращении политики освоения и поддерживали территориальные уступки во имя достижения мира.

Именно они выступали в русле внешнеполитического курса США, это и привело к признанию ООП, а затем и к Временному соглашению. Оба эти события оценивались ими как весьма важный шаг не только на пути достижения компромисса с ООП, но и урегулирования отношений с арабскими странами вообще. Действительно, 24 октября 1994 г. был подписан иордано-израильский мирный договор и между двумя странами установлены дипломатические отношения. Но расчет на то, что за Иорданией последуют другие арабские государства, не оправдался.

Я. Арафат и его сторонники в исполкоме ООП считали эти события своими успехами. «Диалог по существу» объективно превратился в лейтмотив процесса мирного урегулирования, что позволило ООП перехватывать политическую инициативу. И наоборот, Израиль начинает ее терять, будучи вынужденным соглашаться с теми решениями, которые согласовываются в ходе «диалога». Фактически израильское руководство лишь реагировало на них, постепенно отступая. Вместе с тем, на протяжении этой стадии конфликта Израиль продолжал сохранять военную инициативу. В немалой степени это объяснялось, как и во время второй стадии, влиянием международного уровня.

Говоря об особенностях третьей стадии, нельзя не затронуть проблематику внутренней эволюции Палестинского движения сопротивления (ПДС), которая была связана с его исламизацией. У доминирующего в ООП «Фатха» появляются набиравшие силу исламистские конкуренты – прежде всего такие, как «Хамас» (Движение исламского сопротивления) и «Аль-Джихад аль-Ислами фи Филастын» (Исламская священная война в Палестине), целью которых является уничтожение Израиля военным путем. С точки зрения миропонимания исламистов, Палестина – это земля, дарованная арабам Аллахом. Любая уступка какой-либо ее части евреем есть святотатство, которое должно караться смертью.

Признание права Израиля на существование было воспринято ими как святотатство и категорически отвергнуто. Отвод израильских войск из сектора Газа создал благоприятную обстановку для превращения «Интифады» в новую партизанскую войну, которая то усиливалась, то затухала. Все попытки израильского правительства добиться от Я. Арафата, избранного главой ПНА решительных мер по ее прекращению, успехом не увенчались. Он не мог, да и не хотел делать этого, считая действия исламистов средством давления на Израиль. Есть серьезные основания полагать, что он в какой-то степени разделял их взгляды.

Игнорируя эти неблагоприятные симптомы, президент США У. Клинтон продолжал дипломатические усилия по ускорению процесса урегулирования. В мае 1999 г. «миротворец» Э. Барак сменил на посту премьер-министра Израиля «традиционалиста» Б. Нетаньяху. Он пошел на подписание ряда соглашений с ООП, касающихся графика вывода израильских войск и ликвидации ряда еврейских поселений. В мае 2000 г. в городе Эйлате на встрече У. Клинтона, Э. Барака и Я. Арафата была предпринята попытка добиться «окончательного урегулирования» и был даже выработан компромисс по проблеме статуса Иерусалима и возвращения палестинских беженцев. Однако достигнутая договоренность оказалась весьма недолговечной. Попытки конкретизировать согласованные принципиальные положения в ходе последующих встреч успехом не увенчались, поскольку и традиционалисты и исламисты выступили против них.
28 сентября 2000 г. лидер блока «Ликуд» – главной политической группировки традиционалистов – А. Шарон демонстративно посетил в сопровождении своих сторонников Храмовую гору в центре Иерусалима, где находится священная для иудаистов «Стена плача», а также третья по значению для мусульман мечеть Аль-Акса, построенная на месте вознесения пророка Мухаммеда на небо. Эта акция была воспринята исламистами как публичное оскорбление ислама, что и послужило поводом к началу второй «Интифады» (Интифада Аль-Акса). В отличие от первой она быстро переросла в вооруженную конфронтацию с массированным использованием диверсантов-смертников, то есть превратилась со стороны палестинцев в интенсивную, масштабную диверсионно-террористическую войну.

Несмотря на усилия израильской армии и полиции, полностью обезопасить мирное еврейское население от ударов диверсантов-смертников не удалось, хотя эффективность их действий была весьма высока. 90% диверсантов уничтожались или обезвреживались, но прорывавшиеся через кордон безопасности, как правило, наносили немалые потери. Серьезным был и психологический ущерб от их акций.

«Интифада Аль-Акса» означала конец политической карьеры Э. Барака, который ушел в отставку. В феврале 2001г. премьер-министром Израиля был избран А. Шарон, позиционировавший себя как человека «железной руки», способного подавить «Интифаду Аль-Акса». Израильская армия резко активизировала действия, проводя ряд наступательных операций против баз палестинских боевиков и уничтожения их военных и политических руководителей. Дело дошло до штурма официальной резиденции Я. Арафата в городе Рамалла. Несмотря на это, интифада продолжалась.

Новая инициатива
В июне 2002 г. появляется новая инициатива, выдвинутая вновь сформированной группой коспонсоров мирного урегулирования в составе США, России, ЕС и ООН («квартет»). Данная инициатива, получившая называние «дорожной карты», предусматривала поэтапное (в течение трех лет) создание палестинского государства на территории Западного берега реки Иордан и сектора Газа с последующим установление постоянных границ между ним и Израилем. А. Шарон поддержал идею «дорожной карты», а Я. Арафат, согласившись с ней в принципе, выдвинул целый ряд оговорок.

Срыв графика реализации «дорожной карты» побудил израильское правительство приступить к односторонней реализации тех ее положений, которые касались вывода израильских войск и ликвидации еврейских поселений. В последующем этот процесс получил название «одностороннего размежевания». Если сопоставить его с формулой «земля в обмен на мир», то он означал, что обмен не состоялся, ибо Израиль мира не получил5.

Возродившаяся после смерти Я. Арафата в ноябре 2004 г. надежда на возобновление процесса мирного урегулирования и прекращение «Интифады Аль-Акса» угасла. Хотя сменивший Я. Арафата на посту главы ПНА Махмуд Аббас заявил о принятии «дорожной карты» и даже предпринял некоторые шаги на пути ее реализации, на состоявшихся в феврале 2006 г. парламентских выборах возглавляемое им движение «Фатх» потерпело поражение. Победу на них одержал «Хамас», заявивший, что ни о каком компромиссе с Израилем не может быть и речи и что он не считает себя связанным ранее заключенными соглашениями.

После состоявшихся в марте 2006 г. парламентских выборов в Израиле новый премьер-министр страны Э. Ольмерт объявил о продолжении реализации плана «одностороннего размежевания», в соответствии с которым территория Израиля будет отгорожена от ПНА бетонной стеной (завершение строительства которой намечено на конец 2008 г.), а израильские войска выведены к 2010 году. Стена, символизирующая «постоянные границы Израиля», в основном проходит по тем линиям перемирия, которые были установлены после первой арабо-израильской войны 1948–1949 годов. Исключение составляют только Иерусалим, который предполагается сохранить как «единую и неделимую столицу Израиля», и анклав на Западном берегу реки Иордан, где находятся основные блоки еврейских поселений. Предполагается, что в виде компенсации за него ПНА выделит вдвое большую площадь в другом месте.

Принятие плана «одностороннего размежевания» нельзя рассматривать как победу «миротворцев», поскольку оно означало крах самой доктрины «Великого Израиля» в целом и переход к политике изоляционизма в регионе. В военном отношении возведение почти четырехсоткилометровой стены нельзя интерпретировать иначе как отказ от активной в пользу пассивной обороны. Как свидетельствует весь опыт военной истории, начиная с Великой китайской стены и до «линии Мажино», гарантии безопасности такая оборона не дает. Скорее наоборот, она стимулирует противника к наступательным действиям, подтверждением чего является победа на выборах движения «Хамас», которой не скрывает, что его целью является война до победного конца.

Поскольку нет серьезных оснований сомневаться, что план «одностороннего размежевания» будет полностью реализован, то к 2010 г. сложится принципиально новая ситуация – завершится четвертая и начнется пятая стадия ближневосточного конфликта. Эта новая ситуация, как ни парадоксально, во многом будет напоминать ту, которая существовала в момент возникновения Израиля. Иначе говоря, динамика ближневосточного конфликта в конечном счете оказалась инверсионной – произошло своего рода возвращение к некой исходной точке.

Первоначально основным источником конфликтной динамики был Израиль, но уже на третьей стадии конфликта, когда стала заметно возрастать роль политической составляющей конфронтации, он начал терять эту роль. Как следствие, его бурное территориальное расширение сменилось, хотя и постепенным, но неуклюжим «сжатием», которое к 2010 г. должно достигнуть предела. Возведение стены фиксирует данный предел, постоянные границы Израиля.

Одностороннее установление границ – дело ненадежное, ибо всегда может быть оспорено соседями, а в данном случае это ПНА. Согласно плану «одностороннего размежевания» у Израиля окажется более 75%, а у ПНА – менее 25% территории Палестины. Такой раздел Палестины не соответствует резолюции Генеральной Ассамблеи ООН № 181, а следовательно, с международно-правовой точки зрения он не легитимен. Палестинцы имеют основания для продолжения борьбы за возврат незаконно захваченных земель.

К этому их будет побуждать и быстро нарастающая перенаселенность территории ПНА. Уже сейчас в секторе Газа на площади в 364 кв. км проживает 1,4 млн. человек6. Если же к этому добавить реальную возможность возвращения туда значительной части беженцев, а также выход палестинского субэтноса на высший уровень «демографического взрыва» (3,6% прироста в год), то нетрудно представить, каких размеров достигнет перенаселенность в обозримом будущем.

При ее оценке следует иметь в виду, что Палестинская национальная автономия – слаборазвитая, аграрная страна, население которой в течение нескольких десятилетий живет в основном за счет внешней помощи. ПНА в ее нынешнем состоянии – это по существу иждивенец мирового сообщества, и нет оснований полагать, что такое положение изменится. Лишенная необходимой экономической основы, ПНА представляет собой квазигосударственное образование. Ее стагнационная экономика не может и не сможет обеспечить работой ее быстрорастущее население.

После начала «Интифады Аль-Акса» Израиль закрыл свой рынок труда для палестинской рабочей силы, что предельно обострило и без того бедственное положение с занятостью. В особенно сложном положении оказалась молодежь, большая часть которой не в состоянии найти работу, а следовательно, лишена реальных социальных перспектив. Единственным выходом для нее является война до победного конца против Израиля, что полностью соответствует стратегической линии исламистов.

На первый взгляд может показаться, что возведение стены сводит к минимуму возможности продолжения диверсионно-террористической войны, но и это не так. Дело не только в использовании новых военных технологий, сколько в наличии у палестинских вооруженных сил массовой базы внутри самого Израиля, то есть внутри пространства, огороженного стеной. Таковой является его арабское население.

Еще в 1970-е годы «миротворцы», да и не только они, называли израильских арабов «демографической бомбой замедленного действия», имея в виду более быстрый рост арабского населения по сравнению с еврейским, что, по их мнению, должно привести к неблагоприятному для евреев изменению этнического баланса в стране. Эти опасения оказались не напрасными. Хотя мощная еврейская миграционная волна с постсоветского пространства несколько затормозила этот процесс, тем не менее, доля арабов возросла с 11,1% в 1949 г. до 19,7% в 2006 году. Поскольку именно советские евреи составляли последний миграционный резерв Израиля, то рассчитывать на новую миграционную волну такой мощности нет оснований, поэтому тенденция изменения этнического баланса будет лишь набирать силу.

Элита Израиля, понимая серьезную опасность этой «бомбы», попыталась в 1980–1990-е годы обезвредить ее путем индоктринации демократических ценностей и, в частности, путем противопоставления этническому самосознанию израильских арабов гражданского самосознания (израильские граждане и полнота политических прав). Несмотря на определенные первоначальные успехи, кампания индоктринации ожидаемых результатов не принесла. Особенно серьезный удар по ней нанесла «Интифада Аль-Акса», в ходе которой заметно усилился процесс исламизации израильских арабов. Исламистские группировки смогли развернуть свою инфраструктуру в Израиле и даже привлечь определенную часть израильских арабов к участию в диверсионно-террористической войне7. Ничего подобного ранее не было: израильские арабы не выходили за рамки легальной политической деятельности.

ПДС в целом и исламисты в особенности попытаются развить свои успехи в деле привлечения на свою сторону израильских арабов8. Уже сейчас видно, что их целью является повторение прежнего, успешного опыта создания военно-политического плацдарма, но на этот раз внутри Израиля. Им уже удалось создать в этом плане серьезный задел, несмотря на активное противодействие израильских спецслужб. Хотя сам по себе военный потенциал такого плацдарма не велик, но политический – очень значителен, принимая во внимание, что израильские арабы – полноправные граждане страны.

Применение против них массовых репрессий, а тем более депортаций, маловероятно, поскольку Израиль позиционирует себя как правовое государство, основанное на демократических ценностях. По мере роста своей численности и повышения уровня политической самоорганизации израильские арабы все больше будут влиять на обстановку в стране. Если процесс их исламизации будет продолжаться прежними темпами, то столкновений между ними и ортодоксальными иудаистами вряд ли удастся избежать. Не лишним будет напомнить, что именно столкновение между ними в районе Храмовой горы в 1921 г. спровоцировало вооруженную борьбу между арабами и евреями.
Заключение
Можно констатировать, что хотя четвертая стадия ближневосточного конфликта еще не завершена, очевидно, она не станет финальной. Несмотря на усилия мирового сообщества, процесс мирного урегулирования в среднесрочной перспективе представляется сомнительным. Это не исключает того, что «Хамас» на первых порах не будет форсировать военную конфронтацию с Израилем, ограничиваясь вяло текущей диверсионно-террористической войной, чтобы не допустить полного прекращения западной помощи.

Долгосрочные перспективы развития конфликта также не внушают оптимизма в плане его мирного урегулирования. Вся политическая практика исламистов свидетельствует о том, что они строго следуют идеологическим догматам в борьбе с «неверными», исключают саму идею компромисса и раздела Палестины. В рамках их миропонимания изгнание евреев с палестинской территории – «священный долг всех арабов и мусульман».
Литература


  1. Авад X. Израильская стратегия нормализации отношений с арабскими странами. – Бейрут, 1968, с.22;

  2. Муса С. История Иордании в XX в. /1958–1995/ Амман, 1996, с. 583;

  3. Новгородова М.А. Институт экспорта Израиля: становление и современный этап. Востоковедный сборник. Выпуск 2. Москва .2001. С.-285.

  4. Фалех Я. Тенденции развития израильской теории безопасности – Дамаск, 1967, с. 199.

  5. Федорченко А.В. Российско-израильские экономические связи: итоги и перспективы.// МэиМо.- 2000.- №2.-С.19-22.

  6. Федорченко А.В. Экономика переселенческого общества. – Москва.1998.- С.329-330 .

  7. Хаустов Н.В. Торгово-экономическое сотрудничество между Россией и Израилем в 90-е годы. Востоковедческий сборник. Москва.2001. С.-336.

  8. Хаустов Н.В. Торгово-экономическое сотрудничество между Россией и Израилем в 90-е годы. Востоковедческий сборник. Москва.2001. С.335.

  9. Хаустов Н.В. Торгово-экономическое сотрудничество между Россией и Израилем в 90-е годы. Востоковедческий сборник. Москва.2001. С.337.

  10. Хаустов Н.В. Торгово-экономическое сотрудничество между Россией и Израилем в 90-е годы. Востоковедческий сборник. Москва.2001. С.340.

  11. Хейкал М. Война в Заливе. Каир, 1992, с. 499;

  12. Шелищ П. Дума-Кнессет.// Международная жизнь. 1997.-№10.-С. 24-25.

  13. Якубов О. Бизнес против политики. Новое время. №48. 1997. С.- 29.

Размещено на Allbest.ru

Учебный материал
© bib.convdocs.org
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации