Серов А.С. Программа коррекционной работы с дезадаптивными военнослужащими - файл n1.doc

Серов А.С. Программа коррекционной работы с дезадаптивными военнослужащими
скачать (4914.5 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc4915kb.03.11.2012 06:57скачать

n1.doc

  1   2


АВТОРЫ-СОСТАВИТЕЛИ:

Серов А.С. -заместитель командующего войсками СКВО по воспитательной

работе - начальник управления;

Жуков А.Н. - ведущий психолог 625 ЦППиР СКВО;

Скоробач Л.В. - начальник группы обеспечения (методического) 625 ЦППиР

СКВО.

РЕЦЕНЗЕНТ:

Заместитель директора по ОМР Психологического центра образования (г. Ростов-на-Дону) Е. Чеботарёва.

Работа посвящена актуальной теме - адаптации в жесткой психологической среде военных срочной службы и воздействием стрессовых факторов длительного характера. В данном пособии представлено теоретическое обоснование данной проблемы и практические методы работы с военнослужащими, испытывающими трудности в адаптации.
Экспертные заключения на работу

«Программа коррекционной работы с дезадаптивными военнослужащими»

Работа посвящена актуальной теме - адаптации в жесткой психологической среде военных срочной службы и воздействием стрессовых факторов длительного характера.

В теоретической части работы автором выделены закономерности эмоционально-поведенческих реакций при стрессе и рассмотрены 2 формы проявления агрессии - ауто- и гетероагрессия - как закономерные реакции реагирования организма, направленные на удаление стрессового фактора. Представлено обоснование недостаточной прогностической значимости результатов традиционной Модели психологического тестирования при допуске военнослужащих к оружию, а именно личностных характеристик, характеристик типов ВНД призывников.

Андрей Николаевич подробно описывает модели развития различных субсиндромов стресса. В качестве основополагающих факторов в ситуации возникновения стресса выделен фактор зависимости степени активации эмоционально - двигательного реагирования от субъективной структуры среды (значимость, определенность, интенсивность). Это позволяет управлять (активизировать в случае пассивного реагирования, либо аутировать гиперактивное поведение) действиями субъекта при стрессе.

В качестве ресурсов личности, позволяющих адаптироваться к воздействию стрессогенных факторов, рассматриваются: Я-концепция, локус контроля, социальная компетентность, эмпатия, афиляция, ценностные ориентации, мотивационная структура личности. Важным является и умение человека запрашивать социальную поддержку.

Автором в структуре воздействия на систему внутренних ресурсов личности выбраны обучение методом саморегуляции и навыкам конструктивного общения, повышения групповой сплоченности армейского коллектива в условиях тренинга. Тренинговая программа разработана автором на основе четких научных примеров. В качестве авторской разработки описана диагностическая сопровождающая система выявления военнослужащих с риском возникновения дезаптивных реакций агрессивной направленности.

Программа тренинга сбалансирована с точки зрения количества психологических упражнений, последовательно прорабатываются все темы, касающихся развития личностных ресурсов, поддерживающих человека в условиях неблагоприятных воздействий среды.

Результаты апробации диагностических и тренинговых систем позволяют судить о прогрессе становления более адекватной самооценки у военнослужащих. Самооценки военнослужащих, прошедших тренинг, позволяют судить о том, что понимание своих особенностей, активизация скрытых и неосознаваемых личностных возможностей помогли избавиться от тревожности, неуверенности, помогли обрести спокойствие и эмоциональную устойчивость при решении волнующих проблем в ситуациях, требующих активного изменения себя или среды.

Зам. директора по ОМР Психологического центра образования г. Ростов-на-Дону Чеботарева Е.В.

Программа коррекционной работы с дезадаптивными

военнослужащими

Введение в проблему

В настоящее время отмечается рост гибели военнослужащих в результате таких проявлений дезадаптации к условиям военной службы как гетеро- и аутоагрессии. Данные реакции личности в структуре причин гибели военнослужащих устойчиво занимают ведущие позиции.

Общепризнанно, что военная служба, даже в мирное время, является жесткой психологической средой, требующей от военнослужащего большого напряжения сил и энергии, наличия конкретных личностных особенностей, без которых его выживание в данной среде будет значительно затруднено или вообще невозможно (4,с.46).

С другой стороны известно, что человеческая психика обладает огромными резервами и в силу этого человеческая нервная система, психика и личность способны к адаптации, в том числе и к жестким условиям. Суть адаптации состоит в образовании организмом новых нервно - психических связей, в результате появления которых формируются личностные особенности, необходимые для успешного функционирования в жесткой психологической среде. Известны случаи, когда затрудненная адаптация у тех военнослужащих, личностная организация которых не способна быстро и правильно реагировать на жесткую обстановку, не обязательно ведет к плохому прохождению дальнейшей службы. При правильно построенной психопрофилактической работе в воинской части даже военнослужащие с длительными и болезненными формами адаптации со временем обучаются оптимальному для себя поведению и могут успешно выполнять служебные обязанности (4,с. 131).

Данное обстоятельство подчеркивает актуальность усилий в поиске эффективных форм и методов психологического сопровождения и психологической подготовки военнослужащих с целью повышения уровня их адаптации к условиям военной службы и повышения нервно-психической (эмоционально-волевой) устойчивости в условиях жесткой психологической среды, позволяющей эффективно выполнять боевые и учебно-боевые задачи в мирное время.

В силу того, что многие аспекты специфики военной психологии остаются пока еще не разработанными, при анализе и оценке адаптационных процессов, в том числе, военнослужащих к условиям военной службы, необходимо обращаться к разработанным в психологии моделям адаптационных реакций личности в условиях длительного стресса.

Так, в целом ряде исследований зарубежных авторов таких чрезвычайных явлений, как рост числа самоубийств, преступности, алкоголизма самоубийство и убийство рассматриваются как проявления эмоционального стресса, как акты агрессии, различающиеся по направленности выражения агрессии: при суициде она обращена на себя, при убийстве - вовне. Авторы усматривают в качестве ведущего звена суицида, как акта отчаяния, направленного на прерывание жизненной

4

активности, агрессивность, необходимую, чтобы его совершить (1,с.273). Агрессивность же рассматривается как проявление адаптационно-защитной активности (в контексте адаптационных реакций) личности в условиях стресса.

Служба в армии связана с наличием целого ряда известных стресс-факторов: жесткая регламентированность жизнедеятельности, скученность, монотонность, физические и психические перегрузки, дефицит информации и времени, угроза целостности и т.д., длительное время (2 года) воздействующих на военнослужащего в его военной части, являющейся «закрытой», изолированной от гражданской жизни организацией. Молодой человек с небольшим жизненным опытом, имеющий человеческие базисные психологические потребности - в безопасности, в свободе и автономности, в успехе и эффективности, в признании и самоопределении (5,с.80) оказывается включенным в специфическую, жесткую армейскую среду, резко сужающую возможности его самопроявления, где ему предстоит проявить свои адаптационные способности.

Систематическое экспериментальное изучение адаптивных реакций в условиях длительного стресса было начато в связи с подготовкой длительных космических полетов, предусматривающих длительную изоляцию экипажа. Исследования первоначально велись с целью определения пределов переносимости человеком тех или иных неблагоприятных условий. Важным направлением изучения длительного стресса явились его социально-психологические исследования, необходимые, в частности, для решения проблем групповой совместимости в экстремальных ситуациях, проблем управления массовыми психологическими процессами и т.п.

Экспериментальное изучение стресса как системной реакции, показывает наличие целого ряда закономерностей в проявлении адаптационных реакций.

5

1.Фазы развития стресса (субсиндромы стресса)

Психологические и психофизиологические исследования стресса при экстремальных факторах разного характера и разной продолжительности позволили выделить ряд форм адаптационной активности (каждая из которых характеризовалась большим числом симптомов, принадлежащих к какому-либо одному классу проявлений жизнедеятельности человека), т.е. форм «общего адаптационного синдрома», которые можно рассматривать как субсиндромы стресса. При длительном течении стресса его субсиндромы могут чередоваться, повторяться или сочетаться друг с другом при поочередном доминировании отдельных синдромов. В условиях, когда на человека длительно действуют предельно-переносимые стресс-факторы, эти субсиндромы следуют один за другим в определенном порядке, т.е. становятся фазами развития стресса. Первым в предельно переносимых экстремальных условиях проявлялся эмоционально-поведенческий субсиндром. Его сменял вегетативный субсиндром. По мере угасания этих двух субсиндромов, а их можно рассматривать как проявления этапов адаптационной активизации относительно низкой (в иерархическом плане) «функциональной системности» организма, становились манифестированными когнитивный синдром (синдром изменения мыслительной активности при стрессе) и социально-психологический синдром (синдром изменения общения при стрессе).

Изменения, происходящие при стрессе в каждом таком субсиндроме, могут закономерно порождать те или иные формы ГЕТЕРО \ АУТОагрессивных реакций. Знание механизма возможного появления агрессивных реакций дает возможность целенаправленной профилактики и купирования таких форм адаптационно-защитной активности личности в условиях длительного стресса.

Следует заметить, что вероятность возникновения в экстремальных ситуациях активного (агрессивного) либо пассивного (тревожность, чувство дискомфорта и т.д.) поведения не коррелирует с показателями типов высшей нервной деятельности или личностными показателями, определяемыми в неэкстремальных условиях или при моделировании этих условий в лабораторном эксперименте. (3).

Этот факт снижает прогностическую значимость результатов психологического обследования с целью решения на этой основе вопроса о допуске к оружию конкретного военнослужащего.

Активность или пассивность поведения при стрессе предопределяется сочетанием внутренних и внешних факторов. К внутренним относится врожденная предрасположенность человека к активному или пассивному поведению в критических ситуациях, а также имеющийся опыт столкновения с такими ситуациями. Внешним фактором, определяющим активность адаптивного поведения субъекта, является экстремальность воздействия на него внешней среды, отраженная в перцептивно-когнитивных системах субъекта.

Из чего складывается экстремальность стрессора, т.е. каковы стрессообразующие факторы?

Основные факторы, от которых зависит экстремальность стрессоров, следующие:

  1. Субъективная оценка опасности стрессора для целостности субъекта
    (физической целостности, целостности социального статуса, и т.д.);

  2. Субъективная чувствительность к стрессору, т.е. степень субъективной
    определенности, значимости стрессора для субъекта;

  3. Степень неожиданности стрессора. Неожиданной для субъекта может
    оказаться сила действия стрессора и чувствительность к нему субъекта;

  4. Близость действия стрессора к крайним точкам субъективной шкалы
    «приятно-неприятно»;

  5. Продолжительность действия стрессора при сохраняющейся его
    субъективной значимости (чувствительности субъекта к нему).
    Экстремальность обусловлена неопределенностью продолжительности
    сроков действия стрессора либо неожиданным его продлением.

Таким образом, экстремальность стрессора оценивается субъективно, осознанно или бессознательно, реагирующим на нее индивидом.

П. Общие закономерности эмоционально-поведенческих реакций при стрессе

Эмоционально-поведенческий субсиндром стресса

Эмоции - обязательный компонент стресса у человека. Они становятся преимущественно заметными при психологических стрессорах.

Агрессия в модели эмоционально-поведенческого субсиндрома стресса рассматривается как адаптивная реакция, как форма активного реагирования, направленного на удаление экстремального фактора (1 ,с.62.).

6


Рис. 1 Схема развития эмоционально-поведенческого субсиндрома стресса



Зависимость степени активизации эмоционально-двигательного реагирования человека от субъективной структуры среды - т.е. от ее субъективной вероятности, определенности, «возможности» и т.п., позволяет «управлять» активностью его действий при стрессе.

Чем более субъективно значимо событие (например, за счет осознания его опасности) и чем более определенным оно является для субъекта (например, за счет интенсивности воздействия), тем больше вклад этого воздействия в актуализацию программы активного поведения. Возможны ситуации, когда воздействие (сигнал) достаточно интенсивно, но на основе его субъектом не могут прогнозироваться (осознанно или неосознанно) какие-либо возможные события, поскольку сложившаяся ситуация оказывается невозможной (невероятной) с позиций фило- и онтогенетического опыта субъекта (молодой человек, не имеющий опыта самостоятельной жизни, отрывается от поддерживающих его близких и оказывается в совершенно незнакомой армейской среде). В этом случае у него нет адекватных этому событию «программ» поведения. При этом активность поведения, имевшаяся до начала действия стрессора, снижается, т.е. поведение актуализируется в виде пассивного пережидания «невозможной» ситуации. Могут возникать либо пассивная расслабленность, либо пассивная напряженность. Они длятся до тех пор, пока такая ситуация закончится либо накопится информация относительно действующего фактора, позволяющая перейти к активному реагированию на этот фактор. Пассивное реагирование может длиться вплоть до гибели организма (1 ,с.71.).

Активизация поведения в случае эмоционально-поведенческой пассивности при длительном стрессе может быть двух типов. Во-первых, за счет усиления волевых импульсов - это как бы спонтанные порывы к тем или иным действиям по типу: «хочу - через не могу», либо результат осознанных волевых усилий: «надо - через не могу». Во-вторых, за счет внутренних побуждений к общению, которые могут усиливаться при длительном стрессе, будучи предпосылкой для активизации социально-психологической активности субъекта.

Какое, активное или пассивное, реагирование более целесообразно в экстремальной ситуации? Достаточно сильное неблагоприятное воздействие невозможно долго выдерживать - наступит истощение адаптационных резервов. Если такое воздействие весьма продолжительно, его не переждешь. Более рационально активными действиями устранить экстремальный (в субъективном восприятии) фактор за короткий срок. Если для этого нет эффективного способа, остается пережидать в надежде, что хватит сил (глубоких адаптационных резервов) перетерпеть, пока неблагоприятный фактор либо сам исчезнет, либо станет ясно, как активно устранить его (пока накопится информация, достаточная для принятия решения о способе активного удаления стрессора). Итак, при сильных стрессорах более целесообразно активное защитное реагирование (действие, поведение, деятельность). Пассивная тактика более целесообразна в ситуации, экстремальность которой создается длительностью стрессора, а не силой его действия.

Многочисленные данные свидетельствуют о том, что в одних и тех же экстремальных условиях у одних людей актуализируется активная, у других

8



Рис. 2 Схема развития когнитивного субсиндрома стресса

пассивная защита против стрессора (1,с.73).

Что можно сказать о ценности активности и пассивности при стрессе для отдельного индивида? Критерий пользы -успешность предотвращения, устранения неблагоприятного для индивида фактора и эффективность овладения благоприятным. Неопределенность будущего делает в перспективе полезными в текущий момент оба адаптационно-защитных состояния. В настоящем полезна ширина фронта защиты. Будущее покажет субъекту на каком участке этого фронта действительно полезна активность.

Неблагоприятными для субъекта могут стать и чрезмерно активная (маниакальная, агрессивная), и чрезмерно пассивная (депрессивная) эмоционально-поведенческие стрессовые реакции, не способствующие или даже мешающие удалению стрессора.

Ведущий принцип купирования гиперактивного и гиперпассивного поведения при стрессе - изменение вероятностной характеристики среды. При стрессовой гиперпассивности надо сделать, чтобы субъекту как бы «стало все ясно», т.е. чтобы исчез концепт невозможности, безысходности текущей ситуации и собственной беспомощности. При гиперактивности возможны два коррегирующих приема: 1. Исправить, изменить кажущуюся верной ложную понятность ситуации, создав концепт стрессогенной ситуации, генерирующий эффективную адаптационно-защитную активность; 2. Сделать ситуацию абсолютно «непонятной», «невозможной» для субъекта, тем самым ввести его в пассивное состояние.

П. Общие закономерности изменения

познавательных процессов при длительном стрессе

Когнитивный субсиндром стресса

При стрессе могут возникать неблагоприятные социально-психологические концепты: обидчивость, вспыльчивость, недоверчивость или напротив, избыточная доверчивость, неоправданная реальным положением дел; застойность неадекватных представлений субъекта об отрицательном к нему отношении окружающих людей и о необходимости защитных и агрессивных действий и т.п. После прекращения действия экстремальных факторов люди вспоминали эти негативные мыслительные акции, оценивая их как неадекватные имевшейся ситуации и неуместные.

.



Развитие стрессовых трансформаций мышления становится возможным в результате влияния эмоций, обусловленных стрессом. Одно из первых проявлений такого влияния становится возникновение экстатичной либо дискомфортной окраски мысленных образов, представлений, намерений и т.п.

Выделяются два негативных варианта развития стрессовой трансформации мышления:

1. «Уход» от решения стрессогенных проблем (вплоть до возникновения
психопатологических состояний или асоциальных устремлений личности).
Это, во-первых, «замещение» их решения решениями «побочных» проблем,
не имеющих отношения к стрессогенной проблеме, или решениями частных,
подготовительных подпроблем, во-вторых, разные формы уменьшения
активности мышления. «Замещающее» действие, может, во-первых,
уменьшать так или иначе сформированную психологическую установку
индивида к совершению неблагоприятного действия, во-вторых, побуждает
индивида к позитивным действиям. Не разрешая критической проблемы,
порождающей стресс, т.е. не уменьшая внешнего стресс-фактора,
«замещающие» действия и мыслительная активность, связанная с ними,
уменьшают в той или иной мере предрасположенность субъекта к стессу,
т.е. снижает эффект внутреннего стресс-фактора.

«Уход» от решения стрессогенных проблем, от борьбы со стрессором может происходить путем уменьшения мыслительной активности. В чрезвычайных критических для субъекта ситуациях оно может происходить за счет некоторых физиологических механизмов. Психологические стрессоры могут вызывать нарколепсии, обморочные состояния, амнестические состояния, когда субъект, сохраняя дееспособность в экстремальных условиях, не запоминает (а может быть, не может вспомнить?) происходящих в этих условиях событий. Уменьшение умственной активности при стрессе может происходить в форме, которая воспринимается интраспективно как «застопоренность» мыслей, «толчение мыслей на месте» - невозможность сдвинуться вперед на пути обдумывания проблемы, отсутствие новых, «нужных» мыслей и т.п.

При длительных экстремальных воздействиях могут возникать неблагоприятные проявления мыслительной активности, направленной «в себя», в виде снижения субъективной значимости контактов с реальным пространством и с настоящим временем, со снижением работоспособности. При этом возможны симптомы обеднения или даже распада личности. Человек начинает думать о прошлом больше, чем о настоящем, или он мечтает о будущем, не делая ничего в настоящем для достижения предмета мечтаний.

2. К другому типу стрессового изменения мышления может быть отнесена

гиперактивизация мышления.

Ею могут быть обусловлены навязчивые мысли и образы, возникающие при стрессе, бесплодное фантазирование и т.д.

Особый интерес представляет феномен возникновения инсайтных форм мышления. При этом происходит переход от дискутивно-логического к инсайтному мышлению, который часто опосредуется стадией мыслительной растерянности, эмоциональной подавленности, а иногда с переживаниями горя, безвыходности и т.п., что можно рассматривать как стадию

12

«псевдоухода» от решения стрессогенной проблемы. Такая стадия, как правило, необходима для возникновения мыслительного «озарения», инсайтного решения задачи, казавшейся неразрешимой.

В форме инсайтных вариантов «решения» актуальной проблемы у человека может, неожиданно, нелогично для него самого, появляться готовность к гетеро- и аутоагрессивным реакциям. Критичность в отношении инсайтных вариантов решения проблемы закономерно снижена и при этом они могут обладать повышенной побудительной силой.

Возможность купирования разрушительного эффекта воздействия стресс-факторов напрямую связывается с возможностью изменения, теми или иными приемами, методами субъективных факторов восприятия (субъективная значимость, субъективная вероятность, субъективная возможность, субъективная определенность и т.п.) экстремальной среды, которые и образуют ее экстремальность.

Известны разные пути к такому непроизвольному самообладанию, пути предотвращения «болезней» стресса - суициды, ярость на других.

В качестве иллюстрации преодоления переживания сильного страха, приведем пример приема формирования бесстрашия. Бывший военный разведчик А., отличавшийся, по мнению его коллег, «абсолютным бесстрашием», рассказывал, что после первых пребываний среди врагов (в роли одного из них) он стал бояться, что когда-нибудь может быть разоблачен. «Однажды, когда я готовился к очередной заброске на вражескую территорию, чувство тревожности было особенно сильным. Тогда я нарочно стал усиливать его, уверяя себя, что я когда-нибудь обязательно буду разоблачен и погибну. Напало чувство страха, оно было таким сильным, что я как бы пережил в мыслях и чувствах собственную смерть. После этого я уже не испытывал страха. Дважды, когда я бывал на грани провала, моя невозмутимость смущала моих противников и дала мне время уйти от опасности» (1,с.262). Известны способы дзенского (чаньского) тренинга, ведущие, в частности, к ликвидации тревожности и к самообладанию через переживание в мыслях и чувствах собственной смерти. Возможно применение приемов укрепления убежденности в безошибочности собственных действий в критической обстановке; через веру в собственную неуязвимость; через постепенное замещение состояния тревожности состоянием напряженности внимания; через «культивирование» приятных переживаний риска, постепенно вытесняющих чувство тревожности (при склонности к таким переживаниям) и др.

III. Общение при стрессе. Социально-психологический субсиндром стресса

Изменение функционального состояния человека при стрессе меняют его отношение к окружающему миру, в том числе к миру людей.

13
Рис. 3 Схема развития социально-психологического субсиндрома стресса



14

Исследования внутригруппового взаимодействия в условиях длительной изоляции показали, что оно является фактором, существенным образом влияющим на эффективность деятельности членов группы. На основе огромного экспериментального материала, полученного как в лабораторных сурдокамерных экспериментах, так и в полевых условиях во время групповых глубокоподводных погружений, в ходе экспедиции в полярных условиях, в ходе многомесячных, без заходов в порты, рейсов на рыбопромысловой базе «Восток» были выделены три основные стадии развития общения при групповой изоляции: ознакомления, дискуссий и ролевых ориентации.

Первая стадия отчетлива, непродолжительна (несколько суток), характеризуется активизацией внимания членов группы друг к другу, повышенной корректностью обращения. Продолжительность стадий дискуссии от нескольких дней до двух-трех недель, иногда до года. Члены изолированной группы, активно общаясь, беседуют на разные темы, выясняют взаимные взгляды на разные вопросы.

При этом они активно и, как правило, доброжелательно ищут общения. В ходе дискуссий зарождаются коалиции, распределяются неформальные функциональные обязанности и ролевые ориентации. На стадии ролевых ориентации возникают довольно устойчивые подгруппы со своими центрами притяжения. При длительном пребывании в условиях социальной изоляции первоначальная конструкция группы чаще всего пересматривается, некоторые коалиции распадаются, возникают новые. В этих условиях легко возникают конфликты, вызванные неэффективностью взаимодействия, различиями оценки собственного вклада в общую деятельность и вклада других, недовольство членов группы в случае блокировки канала связи с другими социальными группами и т.д. Стадия ролевых ориентации сопровождается либо «кооперативным», либо «конкурентным» взаимодействием.

Анализ общения в изолированных группах показал, что социально-негативные компоненты общения становятся доминирующими на пятом-седьмом месяце. Стрессовый эффект длительной групповой изоляции и скученности усугубляется напряженным режимом труда. Исследования показали, что при этом закономерно снижалась производительность труда и возрастала заболеваемость с широким спектром болезней.

При стрессе в экстремальных условиях, на определенном этапе взаимодействия членов группы, закономерно возникают как увеличение активности общения (консолидирующее или дезорганизующее группу), так и уменьшение активности общения, возникающее за счет либо значительного ухудшения функционального состояния и самочувствия членов группы. В результате симптоматики дистресса (апатия, адинамия, снижение умственной и физической активности, чувство дискомфорта и т.д.) снижается мотивация и способность к общению. Так и при сравнительно удовлетворительном физическом состоянии и самочувствии членов группы за счет «интериоризации» мыслительной активности индивида при его самоуглубленности. Интенсивность общения снижается при стрессовой самоотчужденности субъекта, когда для него, казалось бы, снижается значимость собственной персоны и отношения к себе окружающих людей. Человек пренебрегает своим внешним видом, мнением о себе других людей,

15

гигиеной своего тела, регулярным питанием и т.д. Некоторыми исследователями подобное самоотчуждение интерпретируется как форма протеста против стрессогенного социального давления, не всегда полностью осознаваемая субъектом.

Кроме перечисленных форм, снижение активности общения при стрессе возможно при активности поведения. Нередко отмечается феномен «когнитивного нигилирования» партнера. У человека появлялась нарастающая неприязнь к партнеру по изоляции. Ее причиной было главным образом своего рода «переполнение», «перегрузка» субъекта информацией разного рода, исходящей от его партнера, при том, что прочая информация из внешнего мира была крайне ограничена и однообразна. Партнер становился не столько ненавистен, сколько нежелателен, избегаем, вплоть до того, что люди начинали избегать встречаться взглядами и даже смотреть друг на друга. Дальнейшее развитие такой тенденции чревато возникновением склонности к агрессии как выражению побуждений к реальному нигилированию партнера. Причем агрессия может быть направлена как на него, так и на себя (суицид). Последнее - это результат стремления уничтожить общение с партнером, с объектом общения (т.е. с избыточностью однообразной монотонной информации, исходящей от партнера по общению) через уничтожение себя - субъекта общения.

Такие формы болезненно измененного общения, как некритичная, не вполне контролируемая сознанием агрессивность по отношению к партнерам по общению и суицид, могут возникнуть при нескольких, казалось бы, различных предшествовавших формах общения:

1. В результате неблагоприятного развития
«когнитивного нигилирования» партнеров;

2. Активизации общения, дезорганизующего группу,
. при невозможности покинуть группу или «уединиться» в ее

структуре.

Выделяются шесть степеней «когнитивного нигилирования» партнера:

1-я степень: «Все время помню, что не надо заходить на территорию соседа». Актуализация в сознании целесообразности ограничить контакты с партнером.

2-я степень: «Предпочитаю не смотреть в сторону, где сидит сосед». Избегание визуальных контактов.

3-я степень: «Неприятно произносить слова, которые часто говорит сосед». Избегание «вербальной общности».

4-я степень: «Разговаривать с соседом - неприятно, когда приходится - произношу слова с усилием, иногда с запинкой, с заиканием». Нарушение вербального контакта.

5-я степень: «Несколько раз поймал себя на том, что забывал обычные слова, которые часто произносил сосед». Амнестические реакции на партнера по общению.

6-я степень: «Подолгу сосед для меня перестает существовать, хотя при совместной деятельности, как это неприятно, приходится вновь и вновь смиряться с его

16
существованием». Периодическое «когнитивное нигилирование» Вероятность попыток «ломки» неприемлемой для субъекта, нетерпимой им формы общения через агрессию в адрес партнеров - участников общения наиболее высока, когда к прочим стрессогенным факторам, обрушившимся на субъекта, присоединяется надругательство над ним, физическое притеснение его со стороны кого-либо из членов группы, при участии или попустительстве остальных ее членов.

Выделяются 5 степеней стрессогенной агрессивности или депрессивной склонности к суициду.

1-я степень: подобные тенденции полностью, отчетливо не актуализирующиеся в сознании (осознаются позднее);

2-я степень: периодические, неожиданные для себя самого мысли о возможности агрессии;

3-я степень: постоянные, сдерживаемые мысли об

агрессивных актах, воспринимаемые субъектом как несерьезные;

4-я степень: периодическая неспособность сдерживать

агрессивные выпады против партнеров по общению

(препирательства, ругань и т.п.);

5-я степень: намеренная подготовка осуществления не критически оцениваемых субъектом, т.е. кажущихся ему оправданными и нужными, агрессивных действий в адрес партнеров по изоляции.

Следует отметить, что актуализация в сознании при стрессе возможности или необходимости крайних форм агрессии или самоагрессии (об убийстве партнера или о самоубийстве) может возникнуть внезапно, неожиданно для субъекта. Причем субъект может либо осознавать абсурдность этихдействий, либо ошибочно признавать их необходимыми, неизбежными. Внутреннее побуждение к агрессии Может внезапно возникнуть ё состоянии аффективной конфронтации с партнером. Есть сообщения о том, что совершенное насилие снижает уровень стресса у человека, его совершившего, тем «спасая» его от психической стрессогенной травмы.

Действительно, часто человек психологически, биологически оказывается не защищен против деструктивных последствий эмоционального стресса. Однако это не означает, что вообще не существует возможностей адекватной адаптации в данных условиях. Такая адаптация возможна (в силу способности человека обучаться) на основе стимуляции и оптимального использования социально-психо-физиологических ресурсов организма, в первую очередь повышения способности к саморегуляции.

В ситуации, когда нет возможности устранить или ослабить воздействие стресс-фактора, используя психофизиологические механизмы саморегуляции, человек, тем не менее, может целенаправленно корригировать свои реакции. Оказываясь не в состоянии избежать психотравмирующей ситуации, человек может изменить, рационализировать отношение к ней, ослабив, тем самым, ее «экстремальность» (2,с.67).

Для нас представляет особый интерес информация о факторах устойчивости личности к стрессовым воздействиям.

В целом данные факторы устойчивости личности многими психологами обозначаются понятием «ресурсы» личности. Именно через систему

  1   2


Учебный материал
© bib.convdocs.org
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации