АПК и ГПК 2002 г.: сравнительный анализ и актуальные проблемы правоприменения - файл n1.doc

АПК и ГПК 2002 г.: сравнительный анализ и актуальные проблемы правоприменения
скачать (3586.5 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc3587kb.03.11.2012 10:44скачать

n1.doc

1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   33
Л. В. Туманова,

зав. кафедрой гражданского процесса

и правоохранительной деятельности

Тверского государственного университета,

доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист РФ

ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ОСОБЕННОСТИ РАССМОТРЕНИЯ

ДЕЛ, ВОЗНИКАЮЩИХ ИЗ ИЗБИРАТЕЛЬНЫХ

ПРАВООТНОШЕНИЙ

Проблеме защиты избирательных прав в Российской Федерации в пос-1едние годы было посвящено достаточно много научных исследова­ний. Процессуальное законодательство, регулирующее порядок рассмотре­ния дел, возникающих из избирательных правоотношений, за последние 5 лет неоднократно менялось, пройдя путь от защиты только активного избиратель­ного права к возможности защиты практически всех проявлений избиратель­ных прав и права на участие в референдуме.

Изменения процессуального порядка рассмотрения дел о защите избира­тельных прав можно объяснить двумя основными причинами.

Первая связана с формированием и изменениями самого избирательного законодательства. В частности, согласно избирательному законодательству, исключительно прерогативой суда стала отмена регистрации кандидата.

Вторая причина состоит в том, что законодательство о защите избиратель­ных прав формировалось путем проб и ошибок. Многие десятилетия практи-

1 См. ст. 9, ст.29-1 ФЗ « Об общих принципах организации законодательных (представи­тельных) и исполнительных органов государственной власти в субъектах Российской Фе­дерации»; ст.49 ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации».

163

Актуальные проблемы нового процессуального законодательства

чески вообще не было проблемы защиты избирательных прав, даже активного избирательного права, поэтому процедуру нужно было создавать заново. Причем избирательная практика постоянно выявляла и продолжает выявлять новые виды споров и ситуаций, требующих судебного вмешательства.

Принятие нового ГПК РФ решило целый ряд проблем. Прежде всего сле­дует отметить установление сроков для обращения в суд и рассмотрения дела в гл. 26 «Производство по делам о защите избирательных прав и права на уча­стие в референдуме граждан Российской Федерации». Тем самым устранена возможность снять с регистрации кандидата буквально в ночь перед выбора­ми, которая существовала по ранее действовавшему законодательству,. Такое обращение в суд, согласно ч. 1 ст. 260 ГПК РФ, может состояться не позднее чем за 8 дней до дня голосования. Далее, в ч. 2 ст. 260 ГПК РФ указывается, что суд должен принять решение не позднее чем за 5 дней до дня голосования. Простой подсчет позволяет сделать вывод, что на решение этого вопроса у суда остается не более 3 дней. А все иные заявления рассматриваются в тече­ние 5 дней со дня подачи, но не позднее дня, предшествующего голосованию, а в день голосования или следующий за ним - немедленно. Учитывая ограни­ченность по времени избирательной кампании, установление таких сроков объяснимо. Но есть еще право на обеспечение защиты своей позиции в состя­зательном процессе. Возникает вопрос: как в течение столь краткого срока лицо, чья судьба решается, может должным образом подготовить свои возра­жения? Остается также нерешенной проблема надлежащего извещения лиц, участвующих в деле. Как обеспечить его при немедленном рассмотрении дела, ГПК РФ не дает ответа.

Изменены новым ГПК РФ и сроки на кассационное обжалование. Выбран 5-дневный срок. Конечно, если ориентироваться на тот период, когда не было возможности кассационного обжалования решений по избирательным делам, то это значительный прогресс. Но как соотносить этот срок с другими срока­ми, предусмотренными ГПК РФ? Например, срок на составление проекта - 3 дня (ч. 3 ст. 230 ГПК), замечания на протокол - 5 дней (ст. 231 ГПК), рассмотре­ние замечаний на протокол - 5 дней (ст. 232 ГПК). Кроме того, есть правило ст. 199 ГПК РФ о возможности оглашения только резолютивной части решения суда с составлением мотивированного решения в 5-дневный срок.

Никаких специальных правил относительно названных процедур гл. 26 ГПК РФ не содержит. Следовательно, суд может руководствоваться общими прави­лами. Как в данной ситуации заинтересованное лицо сможет подготовить кас­сационную жалобу, остается неясным.

Положительно оценивая правило ч. 1 ст. 260 ГПК РФ о том, что заявление может быть подано в суд не позднее года со дня опубликования результатов соответствующих выборов или референдума, следует признать, что это пра­вило нуждается в развитии. Должен быть установлен также предельно допус-

164

Ill: 111. :^W

Судопроизводство по делам, возникающим из публичных правоотношений

тимый срок для вынесения решения по существу. Судебная практика, в част­ности Тверской области, свидетельствует о том, что судебный процесс, нача­тый даже сразу после окончания выборов, по срокам иногда превышает пери­од, на который состоялось избрание.

Не проводя прямую аналогию, отметим, что даже в уголовном праве су­ществует давность для привлечения к уголовной ответственности и для испол­нения приговора суда.

Решение вопроса о составе лиц, участвующих в деле при рассмотрении дел о защите избирательных прав, следует признать положительным в аспекте возможности участия прокурора. Исключение возможности участия проку­рора в делах, в которых речь, по сути, идет о формировании органов власти, вряд ли было целесообразным. Но вместе с тем сохранена неясность в вопро­се о возможности участия самого лица, чье правовое состояние определяется судом. Буквально по смыслу ч. 3 ст. 260 ГПК РФ в деле, допустим, об отмене регистрации кандидата будут участвовать заявитель и избирательная комис­сия, а сам кандидат не назван в статье в качестве лица, участвующего в деле.

Представляются не совсем удачными название главы и компоновка ее ста­тей. В статьи объединены пункты, регулирующие совершенно разные вопро­сы. Разумно разделить вопросы о сроках, составе суда, особенности доказыва­ния судебного решения в отдельные статьи.

В этой же связи нельзя не упомянуть то обстоятельство, что ведется ра­бота над проектом Кодекса административного судопроизводства Российс­кой Федерации (КАС РФ). Разработчики этого проекта назвали гл. 20 «Осо­бенности производства по делам, связанным с осуществлением избиратель­ных прав и права на участие в референдуме». Такое наименование также представляется не бесспорным. Эта глава проекта состоит из девяти статей, тогда как в ГПК РФ их всего три.

Обособленность ряда процессуальных правил в проекте КАС РФ, пожа­луй, является его главным достоинством. Прежде всего, хотелось бы отметить саму структуру КАС в данном проекте. Особенности рассмотрения отдель­ных категорий дел располагаются после разделов о кассационном и надзор­ном производстве, а также после особого производства, включающего испол­нительное производство и производство по делам, связанным с утраченным судебным производством. Такое расположение, вероятно, и привело к дубли­рованию ряда норм: о подсудности, судебных издержках, производство в суде второй инстанции и надзор. При этом осталось неясным, почему нет статей о производстве по вновь открывшимся обстоятельствам. Следуя логике постро­ения данной главы проекта, она должна быть.

Некоторые нормы, включенные в проект КАС РФ, вызывают сомнения с позиции закона (например, ч. 3 ст. 200 проекта: «Органы исполнительной влас­ти, организации - владельцы транспортных средств по требованию суда обяза-

165

^

Актуальные проблемы нового процессуального законодательства

ны оказать содействие в срочной доставке в суд второй инстанции. За отказ в оказании такого содействия должностные лица и руководители организаций могут быть подвергнуты судом штрафу до пяти тысяч рублей»).

Нельзя признать удовлетворительной и такую формулировку в ч. 1 ст. 200 проекта: «В случае наступления форсмажорных (чрезвычайных) обстоятельств суд первой инстанции вправе принять жалобу за три дня до дня выборов».

Заслуживает внимания определение срока на кассационное обжалование - пять дней с момента вынесения решения в окончательной форме. Безуслов­но, такое правило способно улучшить положение лиц, желающих подать кас­сационную жалобу.

Действующий ГПК РФ предусматривает коллегиальное рассмотрение толь­ко по делам о расформировании избирательной комиссии. Проект КАС РФ относит к коллегиальному рассмотрению большую часть дел.

В проекте КАС РФ годичным сроком со дня опубликования результатов соответствующих выборов, референдума ограничена возможность подачи жалобы в порядке надзора на вступившее в законную силу решение суда по делу об обжаловании (оспаривании) решений и действий (бездействия), нару­шающих избирательные права граждан или право граждан на участие в рефе­рендуме, имевшим место в период избирательной кампании, кампании рефе­рендума. А в ГПК РФ временные ограничения касаются возможности подачи заявления в суд о защите избирательных прав и права на участие в референду­ме граждан Российской Федерации.

Соглашаясь с потребностью в формировании административного судо­производства, следует тщательно рассмотреть вопросы как о возможной сис­теме административных судов, так и о судебной процедуре. В настоящее вре­мя суды общей юрисдикции накопили значительный опыт по рассмотрению дел о защите избирательных прав. Эта практика, а также определенные про­цессуальные традиции должны найти отражение в законодательстве об адми­нистративном судопроизводстве.

В целом, следует признать, что развитие процессуального законодатель­ства о защите избирательных прав должно продолжаться.

Среди множества избирательных споров следует отметить категорию, ко­торая на данный момент представлена, пожалуй, только одним делом. Это решение Красноярского краевого суда о расформировании избирательной комиссии Красноярского края. Можно уверенно предположить, что число таких дел будет расти. Следовательно, необходимо и выделение процессуаль­ных особенностей их разрешения. Вряд ли нужно доказывать, что вопрос о нарушении правил агитации или даже о снятии кандидата с регистрации явля­ется совершенно не сопоставимым с вопросом о расформировании избира­тельной комиссии. Причем такое расформирование в период избирательной кампании (а не как в Красноярске после ее завершения) может привести к

166

\

\

ЛТШ!

Судопроизводство по делам, возникающим из публичных правоотношений

существенному изменению сроков и порядка проведения самой избиратель­ной кампании.

Разумеется, эти вопросы требуют более глубокого изучения. Однако один вывод из решения Красноярского краевого суда все-таки следует.

В данном решении указано следующее: «Решением Красноярского крае­вого суда от 1 октября 2002 г. по жалобе на вышеуказанное решение Избира­тельной комиссии Красноярского края было постановлено, что у Избиратель­ной комиссии отсутствуют основания для признания результатов выборов недействительными, что признанием результатов выборов недействительны­ми нарушаются конституционные права граждан, принявших участие в голо­совании, вследствие чего Избирательная комиссия была обязана определить результаты выборов. Данное решение в соответствии с установленным зако­ном порядком было обращено к немедленному исполнению».

Законность и обоснованность такого решения суда установлена определе­нием кассационной инстанции Верховного Суда РФ.

Таким образом, вышеуказанное решение Красноярского краевого суда подлежало безусловному исполнению.

При этом Избирательная комиссия была обязана определить результаты выборов в соответствии с порядком, установленным законом для соответству­ющих выборов.

В соответствии со ст. 52 Закона Красноярского края «О выборах Губерна­тора Красноярского края» определение результатов выборов заключается в оформлении протокола Избирательной комиссии Красноярского края, в кото­ром фиксируется одно из следующих решений: а) признание избранным кан­дидата, получившего более половины голосов избирателей, принявших учас­тие в голосовании, с указанием его фамилии, имени, отчества; б) назначение повторного голосования, если ни одним из кандидатов не набрано более поло­вины голосов избирателей, принявших участие в голосовании; в) признание выборов не состоявшимися; г) признание результатов выборов недействи­тельными» (см. решение Красноярского краевого суда от 27 января 2003 г. по заявлению Центральной избирательной комиссии РФ о расформировании Избирательной комиссии Красноярского края).

Отмеченное свидетельствует о том, что суд в своем первоначальном ре­шении, по сути, признал выборы действительными, а избирательная комиссия должна была закрепить это обстоятельство, но не сделала этого, что и повлек­ло второй судебный процесс и расформирование комиссии. На это указывает следующий момент в решении суда о расформировании комиссии: «Кроме того, Избирательная комиссия Красноярского края на заседании 2-3 октября 2002 г., проводимом в связи с признанием судом недействительным решения Избирательной комиссии о признании результатов выборов недействитель­ными, по существу, проигнорировав выводы суда об отсутствии оснований

167

Актуальные проблемы нового процессуального законодательства

для принятия такого решения, вновь приняла решение № 574 от 3 октября 2002 г. о признании результатов выборов недействительными».

Изложенное позволяет сделать вывод, что судебное решение по делу от­меняет решение избирательной комиссии о судьбе выборов. Представляется, что такое правило должно найти свое законодательное закрепление. Если суд рассмотрел вопрос об оспаривании решения избирательной комиссии по ито­гам голосования, то вердикт суда должен иметь силу, аналогичную той, кото­рая ему дана при решении вопроса о назначении даты выборов.

Рассмотренные вопросы не исчерпывают всех проблем защиты избира­тельных прав. Очевидно, что процессуальное законодательство еще будет до­полняться и меняться в этой части в соответствии с изменениями самого изби­рательного права и практики его применения.

Принципы арбитражного и гражданского процесса

А.Н. Ермаков,

кандидат юридических наук,

Саратовская государственная

академия права

ПРОБЛЕМЫ РЕАЛИЗАЦИИ ПРИНЦИПА

ПРОЦЕССУАЛЬНОЙ ЭКОНОМИИ

В СОВРЕМЕННОМ ГРАЖДАНСКОМ

И АРБИТРАЖНОМ ПРОЦЕССЕ

Одним из основных направлений судебной реформы является повы­шение эффективности деятельности арбитражных судов и судов об­щей юрисдикции. Принятие новых АПК и ГПК РФ свидетельствует о важности и сложности решения данной проблемы. Эффективность деятельности судов определяется многими факторами. Одним из них является своевременное рас­смотрение и разрешение споров. Однако анализ положений названных кодек­сов позволяет сделать вывод о необходимости пересмотра положений, кото­рые могут препятствовать оперативности судебной защиты.

Во-первых, не совсем понятна воля законодателя, устранившего из АПК нормы, регулировавшие отказ в принятии искового заявления. Позволим не

168

Принципы арбитражного и гражданского процесса

согласиться с учеными, полагающими, что норма об отказе в принятии заяв­ления позволяла судье фактически во внесудебном порядке предрешить воп­рос о праве на обращение в арбитражный суд. И отказ в принятии искового заявления был, таким образом, серьезным препятствием к доступности пра­восудия. На наш взгляд, отказ в принятии заявления нельзя расценивать как отказ в судебной защите. Право на судебную защиту включает в себя не только право на подачу иска, но и право на обжалование судебных актов. Лицо, чьи интересы нарушил суд, вправе оспорить соответствующий акт в вышестоя­щей инстанции, а решение вопроса необоснованного отказа в принятии иска видится не в недостатках процессуального закона, а в возможной недостаточ­ной квалификации отдельных судей.

Так, подведомственность традиционно является одним из основных усло­вий, необходимых для принятия иска к производству. Отсутствие указания на соблюдение правил подведомственности на начальной стадии процесса, види­мо, предопределятся тем обстоятельством, что истец при подаче искового за­явления не должен представлять доказательства подведомственности спора арбитражному суду. В случае сомнения в подведомственности этого спора суду надлежит принять исковое заявление к производству и, если в ходе судеб­ного разбирательства будет установлено, что спор не подлежит рассмотре­нию в арбитражном суде, прекратить производство по делу. На это обстоя­тельство не раз указывалось в арбитражной практике. Однако арбитражный суд по сравнению с судом общей юрисдикции обладает специальной компе­тенцией. Определить надлежащую подведомственность притязания на стадии его заявления в арбитражный суд гораздо легче.

В случае рассмотрения заведомо неподведомственного спора причиняет­ся вред не только интересам правосудия (нерационально потраченное время), но и интересам других лиц (возможные расходы, связанные с предполагае­мым участием в деле). Если заявленное требование однозначно неподведом­ственно арбитражному суду, оно не должно и приниматься к рассмотрению. Аналогичными должны быть последствия при заявлении тождественного иска, а также в случае, когда между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям имеется принятое по спору решение третейского суда, за исклю­чением случаев, если арбитражный суд отказал в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда. По этой при­чине полагаем необходимым включить в АПК нормы, регламентирующие основания, порядок и последствия отказа в принятии искового заявления.

Во-вторых, затягиванию хода рассмотрения принятого к производству дела способствуют некоторые основания отложения судебного разбиратель­ства. На наш взгляд, следует ограничить случаи отложения судебного разбира­тельства по усмотрению суда и одновременно усилить ответственность лиц, участвующих в деле, на стадии подготовки дела к судебному слушанию.

169

Актуальные проблемы нового процессуального законодательства

Например, сам по себе факт неявки лица в процесс (даже уважительной) не должен влечь отложение разбирательства, за исключением случаев отсут­ствия на то возражений другой стороны. Аналогично должен быть решен воп­рос и в случае неявки представителя. Разбирательство может быть отложено, когда лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о вре­мени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судеб­ного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседа­ние, а суд с согласия остальных лиц, участвующих в деле, признал причины неявки уважительными.

Основанием для отложения разбирательства могут являться обстоятель­ства, способные повлиять на процесс доказывания (например, предоставле­ние дополнительных доказательств). В решении вопроса отложения разбира­тельства в целях предоставления доказательств мы склоняемся к необходимо­сти отнесения этого вопроса на усмотрение лиц, участвующих в деле.

Полагаем целесообразным сформулировать основание для отложения судебного разбирательства в случае необходимости предоставления сторона­ми доказательств. При этом суд должен констатировать, что дело не может быть рассмотрено в данном судебном заседании на основании имеющихся в деле доказательств, а необходимые доказательства могут быть представлены лицами, участвующими в деле, другими участниками арбитражного процес­са, в том числе при удовлетворении соответствующих ходатайств этих лиц.

Одним из решений проблемы затягивания судебного разбирательства может стать обязанность ходатайствующей стороны возместить другой стороне издерж­ки, включая фактическую потерю времени, причиненные отложением разбира­тельства дела. Непредставление в следующее судебное заседание доказательств уважительности причин неявки, а также тех доказательств, о предоставлении кото­рых ходатайствовали лица, может служить основанием для взыскания штрафа.

Указанные нормы, таким образом, будут способствовать не только опера­тивности рассмотрения дела, но и предотвращению возможных фактов зло­употребления со стороны суда при отложении судебного разбирательства.

В-третьих, одной из важнейших гарантий соблюдения прав участников процесса является своевременное пресечение незаконного хода процесса. АПК и ГПК предусматривают две основные меры защиты, направленные на вы­полнение данной задачи. Это оставление заявления без рассмотрения и пре­кращение производства по делу.

Оставление заявления без рассмотрения является одной из форм окон­чания судебного разбирательства без вынесения решения по существу спо­ра. Особенностью данной меры защиты является ее условный характер. Ис­тец, после устранения недостатков, послуживших основанием для оставле­ния иска без рассмотрения, вправе вновь обратиться в суд с заявлением в общем порядке. Из всех оснований оставления заявления без рассмотрения только

170

Принципы арбитражного и гражданского процесса

несоблюдение истцом претензионного порядка или иного досудебного порядка урегулирования спора с ответчиком, если это предусмотрено федеральным за­коном или договором, предусматривает возвращение суммы уплаченной гос­пошлины. Наличие других оснований вызывает определенные споры.

Например, неподписание искового заявления либо подписание его ненад­лежащим лицом является существенным нарушением ст. 125 ГПК и ст. 125 АПК, формулировка которых не допускает иного толкования предписания. Правда, не совсем понятно, почему это основание влечет за собой примене­ние еще одной меры: оставление искового заявления без движения.

Если предположить, что суд по каким-либо причинам не установил факт нарушения правового предписания до момента принятия дела к производ­ству, это является упущением именно суда. Говорить о вине подписавшего исковое заявление лица можно лишь условно (до момента поступления заяв­ления на рассмотрение к судье).

Выяснение этого обстоятельства в нарушение требований императивных норм временно лишает сторону права на рассмотрение дела по существу и возможности получить назад уплаченную госпошлину. Неоправданно жесткий характер этой меры, таким образом, переносит ее из состава мер защиты в меры ответственности. Полагаем, что данное последствие несоразмерно правонару­шению со стороны подписавшего (не подписавшего) исковое заявление лица и должно быть пересмотрено. В частности, последствия такого нарушения могут быть ликвидированы в судебном заседании, и при отсутствии возражений лиц, участвующих в деле, дело подлежит рассмотрению по существу. По причине процессуальной экономии не видим целесообразным включение в число осно­ваний основания общего характера, на что указывают некоторые ученые.

Ответственность за подачу юридически некорректного документа цели­ком и полностью лежит на истце. Принятие такого документа к производству -результат судебной ошибки. Однако ее наличие влечет негативные послед­ствия не для суда (что было бы вполне естественно), а для стороны. Такое положение вещей не может гарантировать законность процесса, поскольку дает суду повод злоупотреблять правами, применяя эту санкцию по мотиву невозможности установления конкретного обстоятельства на ранней стадии. С другой стороны, не ясны правовые последствия выяснения после возбужде­ния производства по делу нарушения иных требований, предъявляемых к фор­ме и содержанию искового заявления.

На наш взгляд, следует пересмотреть правовые последствия выяснения факта неподписания искового заявления (подписания искового заявления не­надлежащим лицом), а также несоблюдения претензионного (досудебного) порядка урегулирования спора. Вышеуказанные недостатки могут быть уст­ранены в судебном заседании, а оно может быть продолжено при согласии на это лиц, участвующих в деле.

171

Актуальные проблемы нового процессуального законодательства

Спорно исключение законодателем из числа оснований к оставлению за­явления без рассмотрения в АПК неявку истца при отсутствии просьбы о рассмотрении дела в его отсутствии. Неявка (особенно вторичная) лица, обра­тившегося за защитой, очевидно свидетельствует о потере этим лицом интере­са к делу. Рассмотрение дела, таким образом, превращается в формальность, не соответствующую достижению целей судопроизводства. Полагаем, что ука­занное обстоятельство должно быть включено в состав оснований ст. 148 АПК.

Прекращение производства по делу влечет за собой иные процессуаль­ные последствия. В случае наступления одного из оснований лицо лишается в дальнейшем права на рассмотрения этого же заявления.

Например, неподведомственность дела арбитражному суду является тради­ционным основанием для прекращения производства по делу. Снижению коли­чества дел, прекращаемых по такому основанию, должны способствовать нор­мы гл.4 АПК, внесшие существенные коррективы в механизм судебной зашиты прав хозяйствующих субъектов. Вместе с тем, введение в арбитражное процес­суальное законодательство новых категорий дел повлечет за собой ряд проблем, связанных с разграничением подведомственности возникающих споров.

Прежде всего, это касается гл. 25, объединяющей нормы, связанные с рассмотрением арбитражным судом дел об административных правонаруше­ниях. Статья 202 АПК содержит отсылочную норму к актам федерального законодательства, определяющим подведомственность таких дел. Некоторые из этих норм содержатся в КоАП РФ. Статья 23.1. КоАП РФ, устанавливающая подведомственность дел, отдельные составы административного правонару­шения относит к компетенции как мировых судей, так и арбитражных судов. Например, ст. 14.21. КоАП РФ предусматривает ответственность за ненадлежа­щее управление юридическим лицом (использование полномочий по управ­лению организацией вопреки ее законным интересам и (или) законным инте­ресам ее кредитора, повлекшее уменьшение собственного капитала организа­ции и (или) возникновение убытков). Подведомственность этого правонарушения определяется в зависимости от юридического статуса его субъекта. Если правонарушителем является физическое лицо, то дело будет рассматривать мировой судья, если юридической лицо - арбитражный суд. Нецелесообразность такого разграничения очевидна. Спор, вытекающий из деятельности по руководству организации, носит экономический характер, и при соблюдении субъектного состава, очерченного АПК, в любом случае рас­сматривался бы арбитражным судом. КоАП устанавливает иные критерии, определяя такой спор как подведомственный мировому судье.

Мировой судья после предоставления должностным лицом органа, упол­номоченного в области банкротства и финансового оздоровления, протокола об административном правонарушении, рассматривает дело по существу. Арбитражный суд вправе рассматривать вопрос о правомерности действий

172

Принципы арбитражного и гражданского процесса

руководителя в порядке искового производства. Правовые последствия рас­смотрения таких дел могут быть прямо противоположны.

В этом заключается потенциальный негативный эффект, поскольку от вы­водов о правомерности действий руководителя напрямую зависит возмож­ность обоснования причин, по которым с ним будет расторгнут трудовой до­говор. Не вытекает из норм и условие о преюдициальное™ фактов, установ­ленных мировым судьей. «Половинчатость» в решении вопросов подведомственности подобных споров способна вызвать и иные проблемы. Полагаем, что четкое и универсальное разграничение подведомственности не завершено и потребует корректировки не только норм КоАП (ст.6.14. 14.16. 14.17. и др.). Это станет возможным только после глубокого комплексного ана­лиза всего законодательства, в той или иной мере содержащего вопросы су­дебной защиты прав и законных интересов субъектов правоотношений.

А.С. Федина,

ассистент кафедры гражданского процесса

и правоохранительной деятельности

Тверского государственного университета,

кандидат юридических наук

ДОСТУПНОСТЬ ПРАВОСУДИЯ

В ГРАЖДАНСКОМ И АРБИТРАЖНОМ

СУДОПРОИЗВОДСТВЕ

Требование о доступности судебной деятельности является неотьемле мой частью более общего принципа правового государства- его пуб­личности в целом. Применительно к судебной власти требование открытости было сформулировано как одно из представлений справедливого правосудия, нашедшее отражение в значительном числе международных документов, ре­гулирующих вопросы организации и осуществления судебной власти1.

1 Ст. 10, 11, 19, 29 Всеобщей Декларации прав человека, ст. 14, 19 Международного пакта о гражданских и политических правах, ст. 13 Конвенции о правах ребенка, п. 8 Минимальных стандартных правил ООН, касающихся отправления правосудия в отноше­нии несовершеннолетних, ст. 6, 10 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, Рекомендации Комитета Министров Совета Европы №R (95) 11 относи­тельно отбора, обработки, представления и архивации судебных решений в правовых информационно-поисковых системах, п.п. I (5.16), II (9.1) и (10.1) Документа копенга­генского совещания Конференции по человеческому измерению СБСЕ, п. II (28.9) Доку­мента Московского совещания Конференции по человеческому измерению СБСЕ и др.

173

Актуальные проблемы нового процессуального законодательства

Транспарентность судебной деятельности, ее требования в процессуаль­ном аспекте урегулированы российским законом. Речь идет о таких фунда­ментальных институтах, как социальная открытость или гласность судебного разбирательства.

Понятие открытости (гласности) в российском законодательстве не дифференцировано. Законодатель установил лишь общее правило: разбира­тельство дел во всех судах открытое, слушание дела в закрытом заседании допускается в случаях, предусмотренных федеральным законом (ст. 123 Кон­ституции РФ, ст. 9 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 г. № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» с изменениями от 15 декабря 2001 г.1, ч. 1 ст. 10 ГПК РФ от 14 ноября 2002 г. № 138-ФЗ2, ст. 11 АПК РФ от 24 июля 2002 г. № 95-ФЗ3).

Проведение закрытых судебных процессов допускается согласно ст. 10 ГПК РФ по гражданским делам, содержащим сведения, составляющие государствен­ную тайну, тайну усыновления (удочерения) ребенка, а также по другим делам, если это предусмотрено федеральным законом. Разбирательство в закрытых судебных заседаниях допускается и при удовлетворении ходатайства лица, уча­ствующего в деле и ссылающегося на необходимость сохранения коммерчес­кой или иной охраняемой законом тайны, неприкосновенность частной жизни граждан или иные обстоятельства, гласное обсуждение которых способно по­мешать правильному разбирательству дела либо повлечь за собой разглашение указанных тайн или нарушение прав и законных интересов гражданина.

Арбитражный суд при рассмотрении арбитражного дела в закрытом су­дебном заседании руководствуется интересом сохранения государственной или иной охраняемой федеральным законом тайны (коммерческой, служеб­ной или т.п.) при удовлетворении ходатайства лица, участвующего в деле и ссылающегося на необходимость ее сохранения (ч. 2 ст. 11 АПК).

Укреплению гласности способствует правило, предусматривающее, что при разбирательстве дела в закрытом судебном заседании присутствуют лица, уча­ствующие в деле, их представители, а в необходимых случаях также эксперты, свидетели и переводчики (ч. 5 ст. 11 АПК, ч. 5 ст. 10 ГПК). В интересах законности участники процесса, присутствующие при совершении процессуального дей­ствия, предупреждаются судом об ответственности за разглашение ставших им известных сведений, составляющих государственную, коммерческую, служеб­ную или иную охраняемую законом тайну (ч. 3 ст. 10 ГПК, ч. 3 ст. 11 АПК).

Следовательно, гласность сторон - есть право обеих сторон присутство­вать при проведении процессуальных действий, знакомиться со всеми мате-

1 СЗ РФ. 1997. № 1. Ст. 1.

2 СЗ РФ. 2002. № 46. Ст. 4532.

3 СЗ РФ. 2002. № 30. Ст. 3012.

174

Принципы арбитражного и гражданского процесса

риалами дела и делать заявления (ст. 35, п. 2 ч. 2 ст. 364 ГПК, ст. 41 АПК). Поэтому такая форма транспарентности судебного разбирательства, как дос­тупность информации о будущих судебных процессах в арбитражных судах и судах общей юрисдикции в первую очередь нормативно разработана в отно­шении непосредственных участников процессов. Последние уведомляются о месте, дате и времени судебного заседания судебными повестками с таким расчетом, чтобы указанные лица «имели достаточный срок для подготовки к делу и своевременной явки в суд» (ч. 3 ст. 113, ст. 153 ГПК), «не позднее чем за 15 дней до начала судебного заседания» (ч. 1 ст. 121, ч. 3 ст. 137 АПК).

Информация для интересующейся общественности о заседаниях суда по гражданскому, арбитражному делу помещается в доступных для граждан ме­стах занимаемого им здания (на стендах, объявлениях, вывешиваемых при вхо­де в канцелярию суда и т.п.).

Поскольку в российском праве не применяются представления об общей (доступность для публики залов судебных заседаний в судах любой инстан­ции), специальной (доступность для представителей СМИ, и освещение всего происходящего в средствах массовой информации, прежде всего в печати и т.п.) и профессиональной (доступность для лиц, профессионально интересую­щихся процессом, например, ученых-юристов, студентов-юристов, психоло­гов, медиков и т.п.) публичности1, каждый гражданин вправе свободно войти в зал судебного заседания и находиться в нем во время слушания дела.

Между тем, известна практика судей, которые выясняют у лиц, находящихся в зале судебного заседания, отношение к рассматриваемому делу с последую­щим выдворением посторонних. В нарушение публичности судебного разби­рательства некоторые судьи стараются «закрывать» процессы без достаточных на то оснований, часто под надуманными предлогами или без предлогов вооб­ще. В практике был случай, когда заместитель председателя одного из межмуни­ципальных судов г. Москвы на просьбу о возможности записи уголовного про­цесса корреспондентом телевизионной программы «Человек и закон» Ю.Л. Дзардановым, отказав, устроила по этому поводу прямо в зале судебного засе­дания, в присутствии большого количества людей, истерику со слезами2.

Применительно к обеспечению транспарентности судебного разбиратель­ства должна быть преодолена не только «закрытость» для общественности залов судебных заседаний, но и в первую очередь «закрытость» для них зданий арбитражных судов и отдельных судов общей юрисдикции. Нередки случаи, когда гражданам, практикующим юристам невозможно попасть в здания суда

1 Исключение составляет правило в уголовном процессе, согласно ч. 6 ст. 241 УПК РФ,
лицо в возрасте до 16 лет, если оно не является участником уголовного судопроизводства,
допускается в зал судебного заседания с разрешения председательствующего.

2 См.: Трунов И.Л., Трунова Л.К. О гласности в российском правосудии // Арбитражный
и гражданский процесс. 2002. № 6. С. 3.

175

"Till .vi 'Mi

Актуальные проблемы нового процессуального законодательства

без предъявления повестки и паспорта, в арбитражные суды - без специаль­но выписанного пропуска, в Верховный Суд РФ - без надлежащего докумен­та о приглашении конкретного гражданина в Суд, с его регистрацией в спис­ках посетителей, наличием комплекта документов, подтверждающих личность и участие в деле.

Гласность в судопроизводстве проявляется не только в форме восприятия гражданами всего происходящего в зале судебного заседания, но и в возмож­ности лиц, присутствующих в открытом судебном заседании, в письменной форме, а также с помощью средств звукозаписи, фиксировать ход судебного разбирательства. Фотосъемка, видеозапись, трансляция судебного заседа­ния по радио и телевидению допускаются с разрешения суда (ч. 7 ст. 10 ГПК, ч. 7 ст. 11 АПК). Однако данные нормы будут декларативны, если не исключить практику отдельных судей по выдворению общественности из залов судебных заседаний, поскольку невозможность попасть в само здание суда, на конкрет­ный процесс не дает права воспользоваться указанными нормами.

В соответствии с Законом РФ «О средствах массовой информации» пре­дусмотрено, что аккредитованный журналист имеет право присутствовать на заседаниях, совещаниях и других мероприятиях государственных органов, ка­ковыми являются суды, за исключением случаев, когда приняты решения о проведении закрытого мероприятия (п. 2 ч. 1 ст. 47)'.

В процессуальном законодательстве России присутствие на процессе представителей СМИ урегулировано лишь в общем виде, за исключением спе­циальных правил использования видео-, аудио-, кино- и иной техники. Действия лиц, присутствующих в зале судебного заседания и осуществляющих разрешен­ную судом кино- и фотосъемку, видеозапись и трансляцию судебного заседа­ния по радио и телевидению, не должны мешать порядку в судебном заседании (ч. 4 ст. 158 ГПК, ч. 3 ст. 154 АПК). Эти действия могут быть ограничены судом во времени (ч. 4 ст. 158 ГПК, ч. 3 ст. 154 АПК). Проведение фотографирования, видеозаписи и (или) киносъемки допускается с учетом мнения лиц, участвую­щих в деле, и на указанных судом местах в зале заседания (ч. 4 ст. 158 ГПК).

В обеспечении доступности судебного разбирательства значение имеет воз­можность ознакомления с материалами судебных процессов, а также представ­ления о возможных пределах ограничения данной формы транспарентности.

В законодательстве России предусмотрено право сторон на ознакомление с протоколом и принесение на него своих замечаний (ст. 231 ГПК, ч. 6 ст. 155 АПК). Вместе с тем, предусмотрены отдельные ограничения данной формы транспарентности посредством установления периода времени на ознакомле-

1 Закон РФ от 27 декабря 1991 г. № 2124-1 «О средствах массовой информации» с изменениями от 13 января, 6 июня, 19 июля, 27 декабря 1995 г., 2 марта 1998 г., 20 июня, 5 августа 2000 г., 4 августа 2001 г., 21 марта, 25 июля 2002 г. // СЗ РФ. 2002. № 30. Ст. 3029, 3033.

176

Принципы арбитражного и гражданского процесса

ние с протоколом и принесения на него замечаний: в гражданском процессе -в течение 5 суток с момента его подписания (ст. 231 ГПК), в арбитражном - 3 суток (ч. 6 ст. 155 АПК). Замечания на протокол, представленные в арбитраж­ный суд по истечении трехдневного срока, судом не рассматриваются и воз­вращаются лицу, представившему эти замечания (ч. 6 ст. 155 АПК). Об откры­тости судебного разбирательства арбитражного суда свидетельствуют поло­жения ч. 8 ст. 155 АПК РФ, предусматривающие возможность изготовления копии протокола судебного заседания по письменному ходатайству лиц, уча­ствующих в деле и за их счет.

Применительно к доступности судебного разбирательства повышенный интерес вызывает такой аспект проблемы, как транспарентность итогового судебного решения. В арбитражном и гражданском процессуальном законо­дательстве существует только одно императивное требование, касающееся прозрачности судебного решения, - правило, согласно которому все судебные решения оглашаются публично (ч. 8 ст. 11 АПК, ч. 8 ст. 10 ГПК). Между тем, в гражданском процессе предусмотрено исключение из транспарентности су­дебного решения, а именно, - решение объявляется в закрытом судебном за­седании по делам, в которых затрагиваются права и законные интересы несо­вершеннолетних (ч. 8 ст. 10 ГПК).

Следует отметить, что такая практика в полной мере соответствует евро­пейским стандартам соблюдения прав человека. Так, ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах допускает оглашения судебного постановления по уголовному или гражданскому делу, когда этого требуют «.. .интересы несовершеннолетних.. .или когда дело касается матримониаль­ных споров или опеки над детьми».

Информация, сосредоточенная в судебном решении, иногда содержит сведения, являющиеся личной или семейной тайной лиц, участвующих в деле, или других лиц, право на сохранение которой гарантировано Консти­туцией РФ. Конструкция ст. 10 ГПК РФ не в состоянии обеспечить реализа­цию данного конституционного права, поскольку в своем большинстве решения, содержащие сведения, составляющие личную тайну, оглашаются публично. Целесообразно предусмотреть варианты оглашения решений в закрытом судебном заседании, с их последующим депонированием в до­ступных для заинтересованных лиц месте (например, в канцелярии), тем более что Европейский суд по правам человека считает, что подобная прак­тика не противоречит п. 1 ст. 6 Европейской конвенции о защите прав чело­века и основных свобод.

Анализ указанных норм приводит к выводу о том, что под публичностью в данном случае понимается оглашение судебного решения в зале судебного заседания в присутствии участников (в широком смысле этого слова) конкрет­ного процесса.

177

Актуальные проблемы нового процессуального законодательства

Процессуальный закон содержит правила изготовления текста судебного ре­шения и предоставления его сторонам (ст. 128,199,236 ГПК, ч. 5 ст. 169,177 АПК). Каким же образом общественность узнает о постановленных судебных решени­ях? В России не существует законодательных правил, устанавливающих процеду­ры или создающих механизмы доступа к текстам судебных решений иных лиц, а тем более их публикаций. Оригинал судебного решения (как правило, рукопис­ный) и его печатная копия становятся частью конкретного тома судебного дела. По просьбе профессионально заинтересованных лиц могут быть сделаны допол­нительные копии публично оглашенного судебного решения (например, в целях исследования судебной практики, для представителя СМИ и т.п.), однако на прак­тике для получения доступа к ним обычно необходимо специальное разрешение судьи, иногда председателя суда. Дня опубликования решения целиком или в части также обычно требуется специальное разрешение.

Определенные возможности у общественности для ознакомления с поста­новленными судебными решениями существуют.

Первой наиболее широко распространенной и информативной формой распространения судебных решений является опубликование обобщений или обзоров судебной практики (судебных решений), иногда - информационных писем руководителей системы арбитражных судов. Верховный Суд РФ, Выс­ший Арбитражный Суд РФ и суды республиканского и областного уровней регулярно проводят изучение судебной практики нижестоящих судов по той или иной категории судебных дел. Результатом становится материал аналити­ческого характера, часто проиллюстрированный конкретными примерами (су­дебными решениями). Эти материалы публикуются в специализированных периодических изданиях. В последующей деятельности суды ориентируются на выводы и оценки, содержащиеся в них. Императивного законодательного правила следовать этим материалам не существует. Но учитывая, что обобще­ния проводит вышестоящий суд, подобные материалы формируют процесс судебного правоприменения в России.

Во-вторых, судебные решения, лежащие в основе обобщений судебной практики, косвенным образом могут быть опубликованы в форме постанов­лений Пленумов и Судебных коллегий Верховного Суда РФ, Высшего Арбит­ражного Суда РФ, посвященных одной или нескольким категориям дел. Как правило, упомянутые постановления принимаются также на основе обобще­ния судебных решений. По своей правовой природе эти акты более близки к нормативному акту, чем к прецеденту в его строгом понимании, поскольку содержат правила общего характера, но в отличие от названных источников права эти постановления не являются обязательными для правопримените­лей. Тем не менее, судьи ориентируются на правила, содержащиеся в этой группе судебных актов. Публикация конкретных судебных решений в этой форме носит весьма опосредованный характер.

178

Принципы арбитражного и гражданского процесса

Третьей формой распространения конкретных судебных решений являет­ся фактическое их опубликование в СМИ.

Система информирования общественности о наиболее актуальных судеб­ных решениях нормативно урегулирована только в отношении результатов деятельности Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ. После­дние публикуют отдельные наиболее яркие и показательные судебные реше­ния, как нижестоящих судов, так и свои собственные, соответственно в «Бюл­летене Верховного Суда Российской Федерации» и «Вестнике Высшего Ар­битражного Суда Российской Федерации», реже в журнале «Российская юстиция». Некоторые суды, например, Санкт-Петербургский федеральный ар­битражный суд, Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа, Пермский областной суд имеют собственные периодические издания.

После создания Гильдии судебных репортеров под эгидой Совета судей России, Верховного, Высшего Арбитражного и Конституционного судов Рос­сийской Федерации, появился еще один источник распространения судебных решений - начал издаваться «Бюллетень Агентства судебной информации (обо­зрение судебных новостей)».

Императивно принцип гласности реализуется по делам об оспаривании нормативного правового акта в суде общей и арбитражной юрисдикции, по­средством опубликования вступившего в законную силу решения суда, арбит­ражного суда в официальных изданиях государственных органов, органов ме­стного самоуправления, иных органов, в которых был опубликован оспарива­емый акт (ч. 3 ст. 253 ГПК, ст. 196 АПК).

Необходимо отметить, что публикация судебных решений в СМИ носит выборочный характер, критерии которого в одном случае определяют сами судьи, в другом - журналисты, реже - по взаимной договоренности, но в любом случае критерии носят скорее субъективный, чем объективный харак­тер. На практике Гильдия судебных репортеров столкнулась с рядом проблем: нежеланием судей представлять для публикации тексты решений, отказом пуб­ликовать решения судов первой инстанции вплоть до решения суда второй инстанции по конкретному делу; отрицательным отношением к комментари­ям журналистов по поводу публикуемого решения; несогласием с избранной формой (адаптированием на массового читателя) и некоторыми другими.

Значение опубликования судебных решений в СМИ видится в самом фак­те опубликования, поскольку законодательной обязанности следовать им ни у судей, ни у иных государственных и общественных институтов не возникает.

Особое место в ряду проблем, связанных с транспарантностью судебных ре­шений, занимает проблема опубликования их в электронном виде. Всеобъемлю­щей электронной базы судебных решений в России пока не существует. Попыт­ки создания электронных баз судебных решений предпринималась неоднократ­но как со стороны государства, так и со стороны общественных организаций.

179

Актуальные проблемы нового процессуального законодательства

Интернет-представительства существуют у вышестоящих судебных орга­нов России, адреса официальных сайтов которых следующие: Верховного Суда РФ (http://www.supcourt.ru), Высшего Арбитражного Суда (http://www.arbitr.ru). Законодательство Российской Федерации не определяет статус этих сайтов как источников официального опубликования.

Так называемые коммерческие базы данных (системы «Консультант Плюс», «Кодекс», «Гарант» и некоторые другие) содержат в своем составе банки только опубликованных решений Верховного Суда РФ, Высшего Арбит­ражного Суда РФ.

В настоящее время в судах общей и арбитражной юрисдикции идет про­цесс формирования электронных баз судебных решений. Базы, как правило, носят локальный характер и имеют контролируемый доступ. В целях большей открытости судебных решений созданы сайты в Интернете, открытые для сво­бодного доступа (Московский, Санкт-Петербургский, Уральский федеральные окружные арбитражные суды).

На сайте Верховного Суда РФ можно найти ссылки на сайты судов России: Верховного суда Республики Мордовия, Краснодарского краевого суда, Амур­ского, Владимирского, Ивановского, Московского, Ульяновского, Челябинско­го областных судов, Ленинградского окружного военного суда, Псковского гарнизонного военного суда, Московского районного суда г.Твери. В своем большинстве на стадии формирования находятся электронные базы решений судов общей юрисдикции областного уровня, скорее как исключение базы судов районного уровня (тип: локальные, контролируемый доступ, например, в Ульяновском областном суде).

Реализация на современным этапе (2003 г.) Российским фондом правовых реформ проекта по созданию единой системы доступа к судебным решениям сделает судебные решения намного доступнее.

Большинство представителей судейского корпуса и научного сообщества России не разделяют представления о необходимости свободного доступа (пуб­лики, заинтересованных профессионально и т.п. лиц) ко всем судебным реше­ниям, в том числе и в форме публикаций (общих или профессионально ориен­тированных), либо об их депонировании в электронной форме и в свободном использовании решений.

Соответственно не существует каких-либо правил законодательного харак­тера относительно требований, предъявляемых к публикуемым судебным ре­шениям (таких, как способ и пределы опубликования, способы принятия ре­шений о характере ограничений и/или отборе судебных решений и т.д.). В равной мере отсутствует и регулирование формы публикации, не выработа­ны представления о возможностях и условиях применения ограничительных, фабульных публикациях и т.п., хотя некоторые правила все же содержатся в законодательстве. Например, в нормах Закона РФ «О средствах массовой ин-

180

Принципы арбитражного и гражданского процесса

формации» (ч. 3,4 ст. 41) редакция не вправе разглашать в распространяемых сообщениях и материалах сведения, прямо или косвенно указывающие на лич­ность несовершеннолетнего, совершившего преступление либо подозревае­мого в его совершении, а равно совершившего административное правонару­шение или антиобщественное действие, без согласия самого несовершенно­летнего и его законного представителя; а также личность несовершеннолетнего, признанного потерпевшим, без согласия самого несовершеннолетнего и (или) его законного представителя.

Между тем, практика распространения судебных решений выработала несколько основных требований, предъявляемых к публикации. В первую очередь, это, конечно, относится собственно к публикации в СМИ и к публи­кации обобщений (обзоров и т.п.) судебной практики. В случае опубликова­ния судебного решения в СМИ, которое осуществляется по инициативе и под контролем суда, решение, как правило, обезличивается и фабулизирует-ся: из текста решения исключаются конкретные наименования судов (сохра­няется указание на уровень и характер процесса - первой или второй ин­станции), фамилии судей и участников процесса (в равной мере это касается коллективных участников процесса - юридических лиц, общественных объе­динений); излагается именно фабула дела, детали исключаются. В некоторых случаях используются приемы ограничительной публикации - опускаются наиболее шокирующие, откровенные, другие подобные, хотя бы и первосте­пенные, элементы дела.

Нельзя признать правомерной практику размещения в Интернете реше­ний судов России, в том числе военных, в которых, помимо обстоятельств того или иного уголовного дела, содержится подробная информация об осужден­ных (оправданных), жертвах преступлений и свидетелях. Размещение такого рода информация для общественного ознакомления, помимо прочего, затра­гивает безопасность участвующих в деле лиц.

Безусловно, имеющийся в России уровень взаимодействия судебной вла­сти и СМИ не соответствует потребностям общества: «если другие ветви вла­сти обслуживают сотни специально аккредитованных журналистов, парламен­тских репортеров и правительственных корреспондентов, то судебная система вообще лишена такого сопровождения. Отсутствуют или вовсе неизвестны пресс-службы в этой системе»1.

Наличие пресс-служб в судах является одним из важнейших элементов внешнего социального контроля за деятельностью судебной власти. Никакая власть не может существовать без информационного обеспечения. Острая необходимость в отделах информации судов субъектов РФ побуждает их по собственной инициативе за счет внутренних резервов создавать пресс-служ-

1 Средства массовой информации и судебная власть в России. М., 1998. С. 233 - 234.

181

Актуальные проблемы нового процессуального законодательства

бы (например, в Оренбургском областном суде), пресс-центры (в Читинском областном суде).

Дальнейшему развитию сотрудничества судебной системы со средствами массовой информации и соответственно повышению прозрачности правосу­дия будет способствовать проведение организационных мероприятий, пре­дусмотренных специальными правовыми актами1.

1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   33


Учебный материал
© bib.convdocs.org
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации