Волощенко О.И., Медяник И.А. Гигиена и токсикология бытовых химических веществ - файл n1.doc

Волощенко О.И., Медяник И.А. Гигиена и токсикология бытовых химических веществ
скачать (1255 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc1255kb.06.11.2012 13:19скачать

n1.doc

1   2   3   4   5   6   7   8   9

ВЛИЯНИЕ АНИОННЫХ ПАВ НА БАРЬЕРНЫЕ СВОЙСТВА КОЖИ

____________________________________________________________________

Непосредственный контакт CMC с кожей человека в процессе производства и использования в быту требует тщательного изучения и оценки действия ПАВ на функцио­нальные ее свойства.

Важнейшими функциями кожи являются барьерная, транспортная, защитная, рецепторная. Барьерная функция определяется структурой эпителия и состоянием эпители­альных клеток, а также образуемыми контактными структу­рами, состоянием дермы и клеточных элементов, входящих в ее состав. Оценка барьерных свойств кожи требует при­менения комплекса методов, позволяющих охарактеризо­вать состояние структурных элементов, обеспечивающих эти свойства. Наиболее чувствительными методами явля­ются ультрамикроскопический метод исследования эпидер­миса, гистологический, авторадиографический, исследова­ния микроциркуляции кожи, радиометрический (В. А. Ар-хипенко, О. И. Волощенко, Л. Я. Погорелова и др., 1980).

В настоящее время накоплен большой эксперименталь­ный материал в отношении эндогенных и экзогенных ве­ществ, повышающих проницаемость эпидермиса (Hall и соавт., 1977; Huber, Christophers, 1977, и др.). Доказано, что многие химические вещества всасываются через кожу (Ю. И. Кундиев, 1975). Опубликованы результаты наблю­дений о действии ПАВ на кожу, выполненные с применени­ем гистологических и гистохимических методов исследова­ния (В. В. Иванов, В. А. Адо, Б. А. Сомов, 1976). Однако анализ этих данных не позволяет дать оценку состояния барьерных свойств кожи (О. И. Волощенко, И. А. Медяник, В. Н. Чекаль, 1977).

В. Янечкова и С. Фикер (1974) показали, что при диф­фузии через кожу человека и бесшерстных мышей лаурил­сульфата натрия в концентрациях 0,5, 1,0, 2,0 мг/л количе­ство ПАВ, задержанное кожей, колеблется от 4 до 30 мкг/см2. При сдвиге концентрации водородных ионов в Щелочную сторону действие ПАВ на кожу возрастает. Ав­торы также отмечают значительное повышение содержа­ния 74As в коже при высокой щелочности ПАВ (in vitro). Максимальная резорбция мышьяка в кожу человека и бесшерстных мышей наблюдается в первые 2 ч диффузии 0,4% раствора лаурилсульфата натрия.

Нowes (1979), исследуя проникновение меченых анион­ных ПАВ (алкилсульфатов) через кожу, установил зави­симость отложения и подкожного проникновения ПАВ от его концентрации в растворе, длительности контакта и по­вторных применений.

Н. В. Облицов (1977) считает, что действие различных повреждающих факторов на кожу приводит к поврежде­нию шиповатых эпидермоцитов и их контактных структур. Наблюдающиеся при этом деструктивные и дистрофиче­ские нарушения в цитоплазме клеток, расширение межкле­точных пространств, изменение структуры десмосом и уменьшение их числа являются стереотипной реакцией.

Авторы изучали влияние анионных ПАВ (первичный алкилсульфат натрия в дозах 3,5 мг/кг и 14 мг/кг, сульфо­нол хлорный в дозах 10 мг/кг и 40 мг/кг) на кожу белых крыс. Контрольным животным наносилась дистиллирован­ная вода. Результаты- проведенных исследований показы­вают, что аппликации анионных ПАВ изменяют ультра­структуру эпидермиса. При этом характер нарушения за­висит от структуры и дозы ПАВ, а также от числа аппликаций. Так, сравнивая влияние малых доз первично­го алкилсульфата натрия и хлорного сульфонола, можно видеть, что эти вещества вызывают разные изменения. Пер­вичный алкилсульфат натрия не нарушает ультраструкту­ры клеток, однако изменяет характер их контактных взаи­моотношений. Появляющиеся при этом простые соединения между шиповатыми эпидермоцитами, типичные для одно­слойных эпителиев, можно рассматривать как своеобраз­ную метаплазию контактных структур. Такие сдвиги при­водят к значительным изменениям в эпидермисе. Истонче­ние отдельных участков эпидермиса при действии первичного алкилсульфата натрия свидетельствует о его влиянии на процессы пролиферации камбиальных клеток и обновление клеточного состава пласта. При этом нару­шаются механизмы, контролирующие толщину пласта и его стратификацию. Хлорный сульфонол в малых дозах приводит к повреждению ультраструктуры шиповатых эпидермоцитов, которое нарастает при увеличении дозы препарата. Нарушается также характер их. контактных взаимоотношений. Расширяются межклеточные простран­ства и уменьшается число интердигитирующих микровырос­тов, снижается число десмосом. Такие генерализованные расширения межклеточных пространств приводят к повы­шению проницаемости эпителиального пласта и снижению его механической прочности. Большие дозы сульфонола хлорного и первичного алкилсульфата натрия вызывают повреждения шиповатых эпидермоцитов, развитие цито­плазматических процессов и, возможно, гибель части кле­ток. Эти сдвиги нарушают проницаемость эпидермиса.

Однако морфологические показатели не выявили до­стоверных изменений его толщины. При подсчете количе­ства тканевых базофилов, которые обнаруживаются преи­мущественно в зоне микрососудов или в стенках крупных сосудов, определяется повышение их числа. Такое явление можно рассматривать как аллергическую реакцию на воз­действия анионных ПАВ (Е. Я. Иевлева и соавт., 1978).

Число ДНК-синтезирующих клеток характеризует уро­вень пролиферативных процессов эпидермиса. На основа­нии его выявляют биологическое действие ПАВ на кожу. Аппликации алкилсульфата натрия вызывают уменьшение меченых клеток, достоверное при повышенной дозе (14 мг/кг). Ингибирующее воздействие алкилсульфата на включение 3Н-тимидина зависит от дозы. Число апплика­ций не влияет на радиоактивный индекс. Локальные ап­пликации хлорного сульфонола в обеих дозах приводят к значительному снижению числа (Р<0,01) меченных кле­ток по 3Н-тимидину. Изменяется структура базальных эпидермоцитов, исчезают столбчатые и овальные клетки, появляются уплощенные шиповатые эпидермоциты. На­блюдается истончение эпителиального пласта, в частности шиповатого слоя. Число клеток, находящихся в периоде синтеза ДНК, является показателем пролиферативной ак­тивности камбиальных элементов, определяющей физиоло­гическую регенерацию кожи. В наших экспериментах ани­онные ПАВ ингибировали синтез ДНК. Это свидетельству­ет о нарушении скорости обновления эпителиального пласта, а следовательно, о физиологической регенерации кожи. В свою очередь эти сдвиги могут привести к сниже­нию механической прочности эпидермиса, а также барьер­ных свойств эпителиального пласта.

Проникновение веществ через кожу тесно связано с микроциркуляцией. Использование метода витальной мик­роскопии позволяет изучить функциональные и морфологи­ческие изменения микрососудов кожи в динамике. Реакция сосудов при однократной аппликации первичного алкил­сульфата натрия (70 мг/кг) развивается в определенной последовательности: спазм артериол и капилляров, затем нарушение проницаемости в посткапиллярно-венулярном отделе, ведущее к диапедезу нормоцитов. В более крупных венулах преобладает локальный спазм. После 15 апплика­ции этого вещества в дозе 3,3 мг/кг спазм микрососудов лее выражен, но полного выключения из кровотока участка аппликации не происходит. После 15 аппликаций ал­килсульфата натрия в дозе 14 мг/кг наблюдается спазм микрососудов. Диапедеза нормоцитов при длительных ап­пликациях этого анионного ПАВ не отмечается. В остром опыте на белых крысах сульфонол хлорный (200 мг/кг) также влияет на микроциркуляцию. Через 24 ч после воз­действия этого вещества наблюдается незначительное рас­ширение сосудов микроциркуляторного русла. В дренаж­но-депонирующем звене (посткапилляры и венулы) опре­деляется перераспределение кровотока, ретроградный и встречный кровоток. Вследствие ретроградного кровотока в венулах наблюдается замедление кровотока и стаз крови. К стазу приводит также и встречный кровоток. Однако участки стаза носят локальный характер и существенно не влияют на кровообращение. Десятикратная аппликация сульфонол а хлорного в дозе 10 мг/кг существенных изме­нений в микроциркуляторном русле не вызывает. Имеется тенденция к расширению микрососудов. Повышенные дозы (40 мг/кг) препарата уже через 2 нед вызывают расшире­ние сосудов, инъекционная масса в венулах в ряде случа­ев не заполняет полностью их просвет. Очевидно, это уча­стки с ретроградным и встречным кровотоком.

Таким образом, многократные аппликации анионных ПАВ приводят к функциональным и морфологическим из­менениям микрососудов дермы и подкожной основы. Обна­руживается корреляция между дозой вещества и степенью реакции сосудов: при повышении дозы нарастает повреж­дающее действие анионных ПАВ.

В реакциях микрососудов на влияние алкилсульфата натрия и хлорного сульфонола отмечаются различия. В хроническом эксперименте установлено, что реакции микрососудов на эти вещества характеризуются полярно­стью. Сульфонол хлорный вызывает дилатацию сосудов с последующим повышением давления и развитием стаза. Алкилсульфат натрия приводит к спазму артериол и повы­шает проницаемость сосудов. Однако реакция микрососу­дов обратима и нарушений кровотока не происходит. Из­менения в микроциркуляторной системе кожи позволяют предполагать, что эта реакция развивается в результате проникновения ПАВ через эпителиальный барьер.

Радиометрические методы позволяют судить о степени проницаемости 131NaI через кожу при аппликации анион­ных ПАВ. После 10 аппликаций алкилсульфата натрия в дозе 14 мг/кг и сульфонола хлорного в дозе 10 мг/кг отме­чается незначительное повышение резорбции радиоактив­ного йода. Увеличение дозы хлорного сульфонола до 40 мг/кг независимо от длительности аппликации ведет к снижению всасывающей способности кожи. При сопостав­лении этих результатов с данными ультрамикроскопии контактов выявляется определенная закономерность. По­вреждение ультраструктуры эпителиального пласта под влиянием анионных ПАВ приводит к понижению резорб­ции радиоактивного йода. Эти данные свидетельствуют о нарушении транспортных процессов в коже белых крыс. Хлорный сульфонол в меньшей дозе (10 мг/кг) повышает резорбцию 131 NaI с кожи, что позволяет говорить о нару­шении проницаемости эпителиального барьера. Сульфо­нол хлорный в этой дозе приводит к изменению контактных взаимоотношений шиповатых зпидермоцитов, вызывая рас­ширение межклеточных щелей, что косвенно свидетельству­ет об увеличении проницаемости эпидермиса. Данные радиометрии подтверждают это предположение.

Таким образом, анионные ПАВ, нанесенные на кожу, вызывают изменения и нарушения транспортных средств и проницаемости эпителиального барьера.

Барьерные свойства кожи изучались также в хрониче­ских экспериментах на белых крысах. На протяжении 3 мес животным наносились аппликации из анионных ПАВ (первичного алкилсульфата натрия в дозах 3,5 мг/кг и 7 мг/кг и сульфонола хлорного в дозах 10 мг/кг и 20 мг/кг). Под влиянием этих веществ наблюдалась незначительная структурная перестройка эпидермиса и дермы, что выра­жалось в утолщении зернистого слоя эпителиального пла­ста и изменении пространственного расположения и набу­хания коллагеновых волокон. Утолщение зернистого слоя может свидетельствовать о нарушении регуляции процес­сов стратификации под действием анионных ПАВ, а также о повышении барьерных функций эпидермиса. Можно предположить, что эти адаптивные реакции на действие анионных ПАВ направлены на повышение барьерных свойств эпидермиса и защитных функций дермы. Значи­тельное повышение числа тканевых базофилов свидетель­ствует о сенсибилизирующем и локально аллергизирующем влиянии этих ПАВ, более выраженном при действии суль­фонола хлорного. Сходные изменения вызывают вещества в гистоструктуре кожи. Они типичны как для острого, так и для хронического опыта.

Сульфонол хлорный (10 мг/кг) влияет как на ультра­структуру кератоцитов, так и на их контактные взаимоот­ношения. Аппликации первичного алкилсульфата натрия (в дозе 3,5 мг/кг) приводят к более выраженному, чем при действии сульфонола хлорного, нарушению ультраструктурной организации эпидермиса. Диапазон нарушения контактных структур коррелирует с выраженностью дест­руктивных процессов в клетках,

Н. М. Туранов, Е. А. Иевлева (1977), рассматривая эко­логическую проблему ПАВ, отмечают, что повышение про­ницаемости клеточных мембран капилляров кожи экспери­ментальных животных выявляет первые признаки воспали­тельной реакции на ПАВ, когда клинически выраженные воспалительные симптомы еще отсутствуют. Электронно-микроскопические исследования препаратов из очагов на­несения на кожу гвинейским свинкам лаурилсульфата нат­рия в подпороговой концентрации (10 %) показали, что при отсутствии клинически выраженного воспаления обна­руживаются значительные изменения элементов сосудистой стенки. Отмечается уплощение эндотелиальных клеток, на­рушение контактов между ними, вследствие чего резко расширяются межклеточные промежутки, что способствует усилению межэндотелиального транспорта. Базальная мембрана прерывиста и истончена, субэндотелиальное пространство расширено. Как следствие описанных явле­ний наблюдается выраженный межклеточный и внутрикле­точный отек. В межклеточных промежутках выявляются лимфоциты, нейтрофильные гранулоциты и макрофаги.

Хронические аппликации анионных ПАВ вызывают функциональные и морфологические изменения микросо­судов дермы и подкожного слоя. Эти изменения возникают в основном на уровне обменного звена микроциркулятор­ного русла (прекапиллярных артериол, капилляров и др.)-

Среди обнаруженных морфологических и функциональ­ных нарушений имеются показатели готовности микроцир­куляторного русла к адаптации. В. В. Куприянов (1979) считает, что изменения путей микроциркуляции, морфоло­гические и функциональные перестройки микрососудов яв­ляются критерием адаптации.

О. И. Волощенко, И. А. Медяник, В. Н. Чекаль (1977) отмечают, что синтетические ПАВ при взаимодействии с липопротеидным комплексом вызывают дезорганизацию плазматических мембран. Радиометрические исследования выявили прямую корреляцию с изменениями в ультра­структурной организации контактов и подтвердили выска­занное авторами предположение о повышении проницае­мости эпидермиса при длительных аппликациях ПАВ.

Длительное воздействие веществ, стимулирующих эпи­дермальный синтез ДНК, приводит, как правило, к гипер­плазии эпидермиса и омоложению более дифференциро­ванных кератоцитов (Christophera, Laurenel, 1976).

Стимулирующее действие сульфонола хлорного на син­тез ДНК можно рассматривать как адаптивную реакцию на повреждающее действие ПАВ, которая должна приве­сти к гиперплазии и повышению защитных свойств эпидер­миса.

Влияние синтамида-5 на барьерные свойства кожи. Ло­кальные аппликации синтамида-5 (в дозах 2,5 мг/кг или 20 мг/кг) крысам в течение 21 или 92 дней вызывают изме­нения структурно-функционального состояния эпидермиса и дермы. Наблюдаются истончение эпидермиса и дермы, уменьшение количества тучных базофилов и дезорганиза­ция коллагеновых структур. Выявляется изменение ультра­структурной организации эпителиального пласта, выража­ющееся в нарушении контактных структур и деструкции кератиноцитов. Аппликации синтамида-5 повышают про­ницаемость для радиоактивного йода и изменяют состоя­ние микроциркуляторного русла дермы. Локальные аппли­кации синтамида-5 стимулируют синтез ДНК-базальных кератобластов и повышают число ДНК-синтезирующих кле­ток, нарушают гомеостатический механизм регуляции эпи­дермального пласта в отношении его толщины и стратифи­кации. Степень выраженности этих изменений зависит от до­зы неионогенного ПАВ и длительности его аппликаций.

Таким образом, ПАВ нарушают барьерную функцию кожи и повышают проницаемость эпидермиса для экзоген­ных химических веществ. Эти явления необходимо учиты­вать при создании новых ПАВ и CMC.

ВЛИЯНИЕ ПАВ НА ЭЛЕКТРОФИЗИОЛОГИЧЕСКИЕ

ПАРАМЕТРЫ И ПРОНИЦАЕМОСТЬ

МЕМБРАН ЖИВОТНЫХ

В опытах на животных установлено, что ПАВ действу­ют на обменные процессы, функциональное состояние пи­щеварения, выделения, кровообращения, нервной системы и желез внутренней секреции, иммунологические и аллерги­ческие реакции. Особенно выражено влияние их на процес­сы мембранного транспорта веществ, активность мембран­ных ферментов, солюбилизацию нерастворимых в воде ком­понентов мембран и др.

Поверхности мембран представляют собой границу фаз структурированных молекул биополимера и водной высокодисперсной системы в виде цитоплазмы, тканевой жид. кости или плазмы крови. На поверхности мембран проис­ходит адсорбция ПАВ и образование мономолекулярных слоев. Установлено, что при достаточной концентрации ад сорбированных молекул ПАВ в поверхностном слое дости­гается определенная взаимная ориентация молекул. Это сказывается на физиологических процессах. Так, под влия­нием неионогенных ПАВ происходит гемолиз эритроцитов за счет уменьшения поверхностного натяжения на границе раздела вода — воздух. Транспорт свободной глюкозы (Р-глюкозы) и глюкозы, освобожденной при гидролизе мальтозы (М-мальтозы) через мембрану эритроцитов, по­лучавших в составе рационов различные анионные ПАВ, значительно уменьшается (И. О. Андерсон, 1975). Это можно объяснить ингибированием систем активного тран­спорта или воздействием на окислительные процессы в структуре мембран.

ПАВ действуют также на пресинаптическую мембрану в процессе передачи нервного импульса. Установлены зна­чительные различия во влиянии неионогенных и анион­ных веществ. Для веществ с близкими по строению моле­кулами допускается наличие корреляции между величиной гидрофобной части молекулы и их физическим эффектом (И. О. Байдан, 1976).

Под действием анионных и неионогенных ПАВ изменя­ется проницаемость клеток изолированного мочевого пузы­ря (И. О. Хролинская, 1975). ПАВ улучшают всасывание питательных веществ. По-видимому, это можно объяснить, с одной стороны, более полным усвоением растворенных в жире питательных веществ и витаминов, а с другой — по­нижением поверхностного натяжения в области микровор­синок тонких кишок и изменением проницаемости их мем­бран (И. О. Юсфина, И. О. Леонтьева, 1975). В литерату­ре имеются данные о действии на биомембраны веществ, близких по строению к ПАВ, которые обладают поверхност­но-активными свойствами. К неспецифическим дезоргани­заторам мембранной проницаемости относятся детергенты, органические растворители, некоторые антибиотики и др. Электронномикроскопическими исследованиями установле­но, что детергенты полностью не растворяют плазматиче­ские мембраны, но изменяют их проницаемость. Причиной изменения мембранной проницаемости, очевидно, является специфическое связывание детергентов с липидами плаз­матических мембран, а также нарушения взаимодействия между липидами и белками. Возможно, детергенты (напри­мер, диметилсульфоксид) индуцируют цис-транс переходы

фосфолипидов. Это ведет к образованию каналов в фосфо-типидном слое, достаточных для прохождения ионов калия и натрия в гидратированной форме. По мнению Weiner и соавторов (1972), влияние диметилсульфоксида на мем­бранную проницаемость может быть связано с изменением структуры протеина в результате дегидратации мембраны.

Плазматические мембраны — высокоорганизованные, ферментативные, постоянно функционирующие и изменяю­щиеся образования. Они первые встречают, классифици­руют и реагируют на ПАВ. Поэтому подход к определению токсичности и предельно допустимых доз синтетических ПАВ посредством изучения их действия на мембраны счи­тается наиболее перспективным. Одним из чувствительных методов определения изменений на плазматической мем­бране является метод регистрации трансмембранных элек­трических процессов.

Влияние синтамида-5 и сульфонола НП-3 на электро­физиологические свойства и электрические параметры кле­ток гладких мышц taenia coll гвинейских свинок. Исследо­вания проводились в специальной камере. Во время опыта регистрировали электрические характеристики мембран гладких мышц taenia coli гвинейских свинок при пропуска­нии через тестирующую секцию камеры с мышечной полос­кой раствора Кребса. Затем после этого через тест-секцию пропускали раствор с различной концентрацией сульфоно­ла НП-3 и синтамида-5. Исследования, выполненные сов­местно с кафедрой биофизики Киевского государственного университета, показали, что после замены раствора Креб­са раствором синтамида-5 в концентрации 100 мг/л наблю­дается деполяризация мембраны и уменьшение электрото­нических потенциалов гладкомышечных клеток. Через 1— 2 мин (рис. 1) после начала действия синтамида-5 изменя­ется форма катэлектротонического потенциала и его амплитуда. Наряду с этим претерпевают нарушения потенци­алы действия и процесс сокращения мышечной полоски. Со временем эти сдвиги усугубляются. Так, на 10-й минуте катэлектротонический потенциал значительно уменьшается от 6,22 мВ±0,16 мВ до 3,55 мВ±0,135 мВ (Р<0,001), почти полностью исчезают потенциалы действия на плато элект­рона, а расслабления мышечных клеток имеют невыра­женный характер. Однако через 1 мин после отмывания мышечного препарата раствором Кребса восстанавливает­ся исходная картина катэлектротонического потенциала и по­тенциала действия, а также сокращения мышечных клеток. Аналогичные результаты получены при исследовании действия синтамида-5 в концентрации 10 мг/л. Однако эти изменения недостоверны. Нарушения электрофизиологиче­ских параметров гладкомышечных клеток носят однооб­разный характер и отличие в действии синтамида-5 в кон­центрациях 100 мг/л и 10 мг/л на их мембраны обнаружи­вается только во время влияния препарата. Так, время окончательного эффекта воздействия синтамида-5 в кон­центрации 10 мг/л в 2—3 раза больше, чем в концентрации 100 мг/л. Изменения трансмембранных электрических про­цессов гладкомышечных волокон, вызванные действием син­тамида-5, свидетельствуют о нарушении ионной проводимо­сти мембраны. Подобные сдвиги отмечаются под воздейст­вием растворов с увеличенной или уменьшенной концентра­цией ионов кальция и магния (В. К. Рыбальченко, 1970).

Под влиянием синтамида-5 и увеличенной концентра­ции кальция в растворе Кребса наблюдается некоторое по­вышение амплитуды катэлектротонических потенциалов, возникновение потенциалов действия, вызванных электри­ческим током, и усиление сократительной способности

гладкомышечных клеток. Эти изменения исчезают с уменьшением концентра­ции кальция до нормаль­ной (рис. 2). Аналогичные нарушения электрофизио­логических параметров гладкомышечных клеток обнаруживаются при уве­личении концентрации магния в растворе Креб­са, содержащем синтамид-5. Заметных изменений электрофизиологических свойств гладкомышечных клеток под воздействием синтамида-5 в концентра­циях 0,15, 0,3, 0,45 мг/л не отмечено. Концентрация (0,6 мг/л) этого препарата достоверно уменьшала амплитуду катэлектрото­нических потенциалов кле­ток teania coli. Таким об­разом, можно считать, что предельно допустимой кон­центрацией синтамида-5, которая не вызывает ви­димых изменений электро­физиологических свойств гладкомышечных клеток taenia coli, является концентрация 0,5—0,55 мг/л этого препарата.

Влияние сульфонола НП-3. Изучение действия различ­ных концентраций сульфонола НП-3 на электрофизиологи­ческие свойства гладкомышечных клеток показало, что их изменения носят сходный характер с влиянием синтами­да-5 в концентрации 10 мг/л. Отмечается уменьшение ам­плитуды катэлектротонического потенциала (с 6,29 мВ± ±0,185 мВ до 3,75 мВ ± 0,254 мВ), потенциала действия (почти до нуля) и блокируется сократительная способ­ность гладких мышц (рис. 3). При этом под влиянием сульфонола НП-3 время изменения электротона наступает через 5—10 мин, достигая минимальной величины через 40 мин, в то время как синтамид-5 вызывает такой эффект уже на первой минуте опыта. После пятиминутного отмы­вания гладкомышечных полосок раствором Кребса исход­ная величина (6,32 мВ ± 0,199 мВ) амплитуды катэлектро­тонических потенциалов восстанавливается.

Сульфонол НП-3 влияет на спонтанную электрическую и сократительную активность гладкомышечных волокон. При концентрации препарата (10 мг/л) эти явления не ис­чезали, но были нерегулярными. Концентрации сульфоно­ла НП-3 0,4, 0,55, 0,7, 0,85 мг/л не изменяли достоверно амплитуду катэлектротонических потенциалов гладкомы­шечных клеток. Концентрация этого вещества в 1 мг/л после 6-й и последующих минут действия достоверно уменьшает амплитуду электротонических потенциалов клеток гладких мышц taenia coli. Очевидно, предельно допустимой кон­центрацией этого вещества следует считать концентрацию 0,90—0,95 мг/л.
Влияние ПАВ на электрофизиологические параметры и проницаемость мембран слизистой оболочки верхних дыха­тельных путей и кожи. Для изучения влияния ПАВ (суль­фонол НП-3, первичный алкилсульфат натрия, синтамид-5 и синтанол ДС-10) на проницаемость мембран клеток ко­жи гвинейских свинок и кроликов использовалась методи­ка внутриклеточного отведения потенциалов (И. О. Кос-тюк, 1960). Результаты исследований показали, что мем­бранный потенциал клеток кожи в норме составляет 63,7 мВ ± 0,9 мВ, при действии сульфонола НП-3 в кон­центрации 1000 мг/л его величина уменьшается до 22,2 мВ ± 0,9 мВ. Это свидетельствует об увеличении про­ницаемости мембран клеток, по-видимому, для ионов нат­рия. Сульфонол НП-3 в концентрации 500 мг/л уменьшает величину мембранного потенциала с 51,4 мВ ± 1,08 мВ до 34,0 мВ ±1,5 мВ. После отмывания клеток кожи раство­ром Кребса он достигает 42,0 мВ ± 1,75 мВ. Отмывание их несколько повышает величину показателя, но не доводит его до нормы и отличает на статистически достоверную ве­личину. Это свидетельствует о том, что ПАВ могут оказы­вать необратимые последствия на клеточные мембраны кожи.

Высокая концентрация первичного алкилсульфата нат­рия (1000 мг/л) достоверно уменьшает мембранные потен­циалы (с 34,4 мВ±0,56 мВ до 31,0 мВ ± 0,75 мВ). При отмывании раствором Кребса мембраны клеток кожи ре­поляризуются до исходного значения мембранных потен­циалов.

Сульфонол НП-3 в концентрации 50 мг/л после 20-ми­нутного действия понижает мембранный потенциал клеток кожи с 38,0 мВ ± 3,4 мВ до 29,0 мВ ± 2,4 мВ. Восстанав­ливается показатель через 60 мин и составляет 37,0 мВ ± ± 1,8 мВ. Первичный алкилсульфат натрия после 30-ми­нутного воздействия понижает величину этого потенциала с 35,15 мВ ± 1,96 мВ до 28,6 мВ ± 2,3 мВ. Нормализация исходной величины мембранного потенциала клеток кожи наступает через 90 мин. Сульфонол НП-3 в концентрации 10 мг/л понижает величину мембранного потенциала через 16 мин от начала действия с 51,6 мВ±0,5 мВ до 48,9 мВ± ±0,7 мВ. Восстановление исходного значения мемб­ранного потенциала отмечается через 60 мин. Первичный алкилсульфат натрия в этой же концентрации не изменяет поляризацию клеточных мембран. Таким образом, анион­ные ПАВ уменьшают мембранный потенциал, деполяризуя мембрану. Это является, очевидно, причиной увеличения проницаемости мембран для ионов натрия. Наблюдается некоторая зависимость: высокие концентрации ПАВ в боль-щей степени снижают мембранный потенциал. Так, кон­центрация сульфонола НП-3 1000 мг/л уменьшает его ве­личину в 3 раза, 500 мг/л — в 1,5 раза, 50 мг/л — в 1,3 раза. Сульфонол НП-3 более токсичен, чем первичный алкилсуль­фат натрия.

Восстановление мембранного потенциала клеток кожи гвинейских свинок через 60—90 мин после действия анион­ных ПАВ в концентрациях 50 мг/л и 10 мг/л может быть обусловлено стабилизацией мембран, некоторым «привы­канием» их к действию этих препаратов. Однако такая нормализация мембранного потенциала и проницаемости мембран клеток кожи под влиянием ПАВ не исключает от­даленных последствий воздействия их на мембраны.

Кроме того, учитывая сложную структуру изучаемых тканей, трудно установить истинные значения мембранно­го потенциала и проницаемости клеток, так как в каждом опыте трансмембранные электрические процессы отводи­лись не от однотипных клеток. Различные клетки кожи, по-видимому, по-разному реагируют на влияние тех или иных ПАВ. В связи с этим было целесообразно изучить не изменение мембранных потенциалов отдельных клеток под влиянием ПАВ, а электропроводность всей ткани и тем самым получить усредненные данные о воздействии иссле­дуемых веществ.

Сульфонол НП-3 в концентрации 500 мг/л в течение 5—6 ч не вызывал достоверных отклонений электропровод­ности кожи от нормы. Через 6—8 ч опыта наблюдалось ее повышение. Значительное увеличение этого показателя от­мечалось после 24-часового действия препарата. Статисти­чески достоверные изменения электропроводности кожи под влиянием сульфонола НП-3 свидетельствуют, очевид­но, о нарушении ионной проводимости кожи.

Сульфонол НП-3 в результате 24-часового действия в концентрациях 250, 100, 50 мг/л статистически достоверно увеличивает электропроводность кожи, а в концентрации 10 мг/л существенных изменений не вызывает. Таким об­разом, можно считать, что предельно допустимой концен­трацией этого препарата, которая не вызывает видимых изменений электропроводности кожи, является концентра­ция 25—10 мг/л.

Аналогичные изменения электропроводности кожи от­мечены при воздействии первичного алкилсульфата иат­рия при концентрациях 500, 250, 100 мг/л. В концентрации вещества 50 мг/л видимых сдвигов электропроводности кожи не наблюдалось. Таким образом, предельно допустимой концентрацией первичного алкилсульфата натрия, ко­торая не приводит к достоверным изменениям электропро­водности кожи животных, является концентрация 75— 50 мг/л.

Действие неионогенных ПАВ. При исследовании влия­ния различных концентраций неионогенного ПАВ синтано­ла ДС-10 на электропроводность кожи обнаружены измене­ния, сходные с таковыми, вызванными действиями анионных ПАВ. Синтанол ДС-10 в концентрации 500 мг/л значи­тельно нарушает проводимость ионов, что приводит к из­менению электропроводности кожи через 6—8 ч и 24 ч пос­ле действия препарата. Это соединение после 24-часового влияния в концентрациях 250 мг/л и 100 мг/л вызывает ста­тистически достоверное увеличение электропроводности кожи. При концентрациях синтанола ДС-10 50 мг/л, 10 мг/л существенных нарушений не наблюдается. Таким образом, предельно допустимой концентрацией для синтанола ДС-10, которая еще не вызывает существенных изменений элект­ропроводности кожи, можно считать концентрацию 75— 50 мг/л.

Аналогичная закономерность изменений электропрово­дности кожи отмечается под влиянием синтамида-5 в кон­центрациях 500, 250, 100, 50 мг/л. Концентрация 10 мг/л этого ПАВ не оказывает воздействия на электропровод­ность кожи. Следовательно, предельно допустимой концен­трацией для синтамида-5 является концентрация 20— 10 мг/л.

Влияние ПАВ на слизистую оболочку верхних дыхательных путей. В результате действия сульфонола НП-3 в концентрациях 1000 мг/л и 500 мг/л увеличивается электропроводность слизистой обо­лочки верхних дыхательных путей через 6 ч в 1,5 раза, че­рез 24 ч — в 2 раза. Это свидетельствует о том, что ПАВ, влияя на мембранные компоненты ее клеток, увеличивают проницаемость мембран. Меньшие концентрации этого пре­парата изменяют электропроводность слизистой оболочки верхних дыхательных путей незначительно. Так, концент­рация хлорного сульфонола 250 мг/л через 6 ч действия увеличивает электропроводность клеток до 141 % ± 18 %, через 24 ч —до 175 % ± 26 %; концентрация 100 мг/л со­ответственно — 133,7 % ± 12 % и 152,5 % ± 16 %. Мень­шие концентрации этого вещества (50, 10, 5 мг/л) через 6 ч действия не вызывают статистически достоверных измене­ний показателя. Однако при концентрации 50 мг/л через 24 ч отмечается увеличение электропроводности этих кле­ток до 154,6 % ± 10,8 %, а при концентрации 10 мг/л — до

127 %±11 %• Хлорный сульфонол в концентрации 5 мг/л не вызывает статистически достоверных изменений через 24 ч влияния.

Первичный алкилсульфат натрия в концентрациях 500, 250 мг/л увеличивает электропроводность клеток слизистой оболочки верхних дыхательных путей, что свидетельствует о повышении ее проницаемости. Так, через 24 ч воздейст­вия первичного алкилсульфата натрия при концентрации 500 мг/л она составляет 17,4 % ±20,0 % исходного уров­ня, а при концентрации 250 мг/л —178 % ±12,2 %. Одна­ко действие первичного алкилсульфата натрия выражено в меньшей степени по сравнению с действием хлорного суль­фонола. Так, первичный алкилсульфат натрия в концентра­ции 100 мг/л через 6 ч влияния не вызывает статистически достоверных изменений, в то время как хлорный сульфо­нол при этой же концентрации приводит к нарушению это­го показателя. Изменения электропроводности слизистой оболочки верхних дыхательных путей гвинейских свинок через 24 ч после влияния первичного алкилсульфата нат­рия статистически достоверны (Р<0,05) и составляют при концентрации 100 мг/л 141 %±5,7 %, при концентрации 50 мг/л — 138,6 % ± 7,7 % исходного уровня.

Таким образом, анионные ПАВ: хлорный сульфонол и первичный алкилсульфат натрия являются токсическими соединениями, причем первый из них в большей мере. Эта разница, очевидно, обусловлена структурой их молекул. Если хлорный сульфонол в концентрациях 1000, 500 мг/л после 24-часового воздействия увеличивает электропровод­ность слизистой оболочки верхних дыхательных путей в 2 раза, то первичный алкилсульфат натрия в концентрациях 500 мг/л и 250 мг/л — в 1,5—1,75 раза.

Хлорный сульфонол в концентрациях 1000, 500, 250, 100 мг/л после 6-часового воздействия и в концентрациях от 1000 до 10 мг/л — после 24-часового влияния вызывает статистически достоверное увеличение электропроводности слизистой оболочки верхних дыхательных путей. Концент­рация 5 мг/л этого препарата не приводит к достоверным изменениям электропроводности. Первичный алкилсульфат натрия в концентрациях 500, 250, 100, 50 мг/л после 24-ча­сового воздействия вызывает статистически достоверные на­рушения этого показателя. Изменения, вызванные им в концентрациях 25 мг/л и 10 мг/л, были статистически не­достоверны.

Таким образом, первичный алкилсульфат натрия и хлорный сульфонол могут применяться в концентрациях 25-10 мг/л и 7—5 мг/л соответственно, при которых не происходит статистически достоверных изменений электро­проводности. Эти величины концентраций являются пре­дельно допустимыми в рецептурах CMC. С санитарно-гигие­нических позиций настоящий состав композиций CMC, в которых преобладает содержание хлорного сульфонола над первичным алкилсульфатом натрия, требует коренно­го пересмотра. Учитывая меньшую токсичность второго над первым, необходимо изменить соотношения этих анионных ПАВ в составе CMC в сторону увеличения первичного ал­килсульфата натрия и уменьшения количества хлорного сульфонола. Действие неионогенных веществ на электро­проводность слизистых оболочек верхних дыхательных пу­тей экспериментальных животных выражено в меньшей степени, чем анионных. Так, высокая концентрация синта­нола ДС-10 (500 мг/л) повышает электропроводность че­рез 6 ч до 128 %±5,03 % исходного уровня, через 24 ч — до 163 % ± 9,1 %. В концентрации 250 мг/л это вещество через 6 ч действия не вызывает статистически достоверных изменений электропроводности, но через 24 ч они были до­стоверны и достигали 140 %±7,7 % от исходного уровня.

Аналогичные данные получены в результате действия синтанола ДС-10 в концентрациях 250, 100, 50 мг/л. По-ви­димому, молекулы ПАВ могут занимать определенные пло­щади на биологических мембранах или внедряться в них и только до определенного уровня увеличивать их прони­цаемость.

Синтанол ДС-10 в концентрации 10 мг/л не увеличивает электропроводность клеток слизистой оболочки верхних дыхательных путей. Действие неионогенного вещества син-тамида-5 выражено в меньшей степени, чем синтанола ДС-10. Так, под влиянием синтамида-5 в концентрации 500 мг/л через 6 ч электропроводность возрастает до 134.5% ±7,5 % исходной величины, а через 24 ч —до 148 % ± 12,7 %. В концентрации 250 мг/л это вещество че­рез 6 ч не вызывает статистически достоверного увеличе­ния электропроводности, а через 24 ч повышает ее до 130.6% ± 9,4 % исходного уровня. Воздействие синтами­да-5 в концентрации 150 мг/л сходно с влиянием его в кон­центрации 250 мг/л. Этот препарат статистически достовер­но увеличивает электропроводность через 24 ч (128,3 % ± ±5,6 %). В низких концентрациях (100, 50, 10 мг/л) он не вызывает статистически достоверного увеличения этого по­казателя.

Таким образом, неионогенные ПАВ также повышают электропроводность клеток слизистой оболочки верхних дыхательных путей, что свидетельствует об увеличении проницаемости мембран. Предельно допустимой концентраци­й при которой не наблюдается изменения этого показате­ля, для синтанола ДС-10 является концентрация 25— 10 мг/л, а для синтамида-5— 125—100 мг/л.

На основании проведенных исследований можно заклю­чить, что изученные анионные и неионогенные ПАВ изме­няют электропроводность, а тем самым, по-видимому, и проницаемость мембран клеток. Возможным механизмом этого явления может быть специфическое взаимодействие ПАВ с липидными компонентами мембран, что обусловле­но схожестью их строения (ионные ПАВ имеют полярные группы и липофильные углеводородные цепи подобно по­лярным головкам и углеводородным радикалам молекул жиров). Очевидно, анионные ПАВ, содержащие полярные группы, имеют большее сродство с липоидными компонен­тами мембран, чем неионогенные, у которых их нет. Это подтверждается исследованиями О. И. Волощенко, И. А. Медяника, В. Н. Чекаля (1977) о влиянии ПАВ на уровень холестерина в крови. Холестерин является важ­ным компонентом мембран, определяющим их проницае­мость. Анионные ПАВ значительно больше повышают уро­вень холестерина в крови животных, чем неионные.

Результаты исследований О. И. Волощенко, В. К. Ры­бальченко (1977) показали, что после 6-часового действия алкамона ДС в концентрации 1000 мг/л наблюдается ста­тистически достоверное увеличение электропроводности по сравнению с исходным фоном, что указывает на нару­шение ионной проводимости кожи. Такое явление отмеча­лось при концентрациях 500, 250, 100 мг/л после 6-часового влияния на лоскут кожи. Концентрации 50, 25 мг/л этого вещества после 24-часового воздействия вызывали незна­чительные статистически недостоверные изменения элект­ропроводности кожи. Следовательно, предельно допусти­мой концентрацией алкамона ДС, которая не приводит к видимым изменениям электропроводности кожи, является 75—50 мг/л.

Алкилтриметиламмония хлорид оказывает аналогич­ное влияние на электропроводность кожи гвинейских сви­нок. В концентрациях 5000, 1000 мг/л после 6-часового воздействия он значительно изменяет проводимость для ионов, что вызывает статистически достоверное увеличе­ние электропроводности кожи. Подобный эффект отме­чается также при концентрациях 500, 250, 100 мг/л. Одна­ко при концентрациях 50, 25 мг/л этого ПАВ после 24-ча-сового влияния видимых изменений электропроводности кожи животных не наблюдалось. Следовательно, предельно высокой концентрацией, которая не вызывает изменений электропроводности кожи животных, является концентра­ция 75—50 мг/л.

Воздействие высоких концентраций 5000, 1000 мг/л ал­камона ДС на слизистую оболочку верхних дыхательных путей гвинейских свинок показало, что увеличение ее электропроводности, наблюдаемое через 6 ч, значительно усиливается через 24 ч после влияния этого катионного ПАВ. Аналогичное явление наблюдается и при концентра­циях 500, 250, 100, 50 мг/л. Низкие концентрации 25, 10 мг/л алкамона ДС не приводят к видимым изменениям этого показателя. Таким образом, предельно допустимой концентрацией алкамона ДС, которая не влияет на элект­ропроводность слизистой оболочки верхних дыхательных путей, является концентрация 35—25 мг/л.

Аналогичное влияние на электропроводность слизис­той оболочки верхних дыхательных путей оказывает триме­тиламмония хлорид.

Алкилтриметиламмония хлорид и алкамон ДС в кон­центрациях 400 мг/л и 200 мг/л уже после 1-, 2-минутного действия значительно уменьшают амплитуду медленной волны спонтанной электрической активности и угнетают сократительную способность гладкомышечных элементов тонких кишок животных. В концентрации 10 мг/л эти ПАВ только после 22-часового воздействия вызывают измене­ния показателей. При концентрации 5 мг/л эти нарушения не наблюдаются. Следовательно, предельно высокой кон­центрацией для алкилметиламмония хлорида и алкамона ДС является концентрация 7,5—5 мг/л.

Таким образом, алкилтриметиламмония хлорид и алка­мон ДС изменяют электропроводность и спонтанную элек­трическую и сократительную способность клеток, что обус­ловлено изменением проницаемости плазматических мем­бран клеток. Возможным механизмом этого явления может быть специфическое взаимодействие ПАВ со структур­ными компонентами мембраны клеток, приводящее ее как бы к разрыхлению. Это также может быть причиной увели­чения проницаемости мембран, что выражается в повыше­нии электропроводности тканей и уменьшении спонтанной и сократительной активности гладкомышечных клеток (рис. 4, 5) .

Я. В. Ганиткевич, Т. М. Божескова (1975) исследовали действие ПАВ различных классов на электрические свой­ства нормоцитов. Полученные данные свидетельствуют о значительных изменениях электрических свойств поверх­ности эритроцитов под влиянием ПАВ. Неожиданным оказался тот факт, что ани­онные и неионогенные ПАВ оказывают одинако­вое действие — повыше­ние поверхностного по­тенциала мембраны эрит­роцитов. Наиболее су­щественные сдвиги вызы­вали тритон Х-100, доде­цилсульфат натрия (ани­онные соединения), твин-80 (неионогенное воздействие) и октиловый спирт. Наиболее харак­терные изменения этого показателя возникают в начале действия ПАВ. В отдельных опытах через 30—60 мин наблюдается замедление движения нормоцитов, уменьшение подвижности при измене' нии направления тока, дрожание, оседание их. Такое явление с наличием гемолиза отмечается при концентрациях 2—5— 10 мг%. Под влиянием этония (катионного ПАВ) нормоциты становятся не­подвижными и оседают, но их гемолиза не насту­пает. Авторы считают, что увеличение поверхности потен­циала эритроцитов под влиянием низких концентраций ПАВ связано с изменениями физико-химических свойств поверхностей мембраны и структуры двойного электричес­кого слоя. Вероятно, ПАВ, адсорбируясь на поверхности мембраны, разрыхляют ее ионную атмосферу и вызывают выход части противоионов с адсорбционного слоя в диф­фузионный, что сопровождается увеличением сольватных оболочек клеток. Изменения физико-химических свойств поверхности мембраны не могут не сказаться на тех про­цессах, которые протекают на мембранах, в частности на активности ферментов, транспорте веществ, иммунохими­ческих процессах..

Влияние алкилтриметиламмония хлорида на нервно-мышечную передачу изучалось на taenia coli гвинейских сви­нок. Пороговая концентрация этого катионного ПАВ состав­ляет 10-9 г/мл. При этой концентрации наблюдается незна­чительная деполяризация постсинаптической мембраны и небольшое увеличение амплитуды синаптических потенциа­лов (на 1 мВ). Отмывание ткани раствором Кребса в тече­ние 2 мин было достаточным для того, чтобы установился исходный уровень потенциала покоя, но амплитуда синапти­ческих потенциалов оставалась увеличенной. Снижение кон­центрации этого ПАВ еще на порядок не вызывало види­мых изменений потенциалов покоя постсинаптической мем­браны и синаптических потенциалов. При действии более высоких концентраций алкилтриметиламмония хлорида (20-7 —10-6 г/мл) наблюдается деполяризация постсинап­тической мембраны на 3—6 мВ, увеличение спонтанной ак­тивности и амплитуды постсинаптических потенциалов на 2—4 мВ. Концентрация 10-5 г/мл повышает амплитуду потенциалов в среднем в 2 раза. Постси­наптическая мембрана при этом деполяризуется на 4 мВ. По мере отмывания препарата гладкомышечных волокон раствором Кребса, деполяризация постсинаптической мем­браны уменьшается, а мембранный потенциал возвраща­ется к исходному уровню в течение 5—6 мин, но амплитуда постсинаптических потенциалов даже через 10—15 мин от­мывания остается увеличенной.

После отмывания раствором Кребса повторное действие алкилтриметиламмония хлорида в концентрации 10 5 г/мл оказывает менее выраженный эффект, так как эффектив­ность синаптической передачи уже повышена.

Заметное увеличение амплитуды постсинаптического по­тенциала при воздействии алкилтриметиламмония хлорида можно объяснить деполяризацией постсинаптической мем­браны. Кроме того, очевидно, это ПАВ способно проникать в нервную терминаль, вызывая при этом увеличение секре­ции медиатора в ответ на нервный импульс. Аналогичные результаты получены Ван Динела и Дамела (1965) относи­тельно поверхностно-активных психотропных препаратов (фенотиазин, резерпин).

При влиянии алкилтриметиламмония хлорида в высоких концентрациях (10~3 г/мл) амплитуда постсинаптических потенциалов уменьшается почти наполовину уже через 3 мин от начала его действия. Такая концентрация ПАВ вызывает значительную деполяризацию мембраны (5,5 мВ) и угнетение спонтанной активности taenia coli гвинейских свинок. Даже непродолжительное действие алкилтриметил­аммония хлорида приводит к тому, что длительное отмывание раствором Кребса не восстанавливает амплитуду постсинаптических потенциалов, она продолжает умень­шаться до полного исчезновения. Таким образом, этот пре­парат в концентрации 10-3 г/мл полностью ингибирует си­наптическую передачу и спонтанную активность, что сви­детельствует о блокировании как синаптической передачи торможения, так и возбуждения. В данном эксперименте ПАВ нарушает структуру и проницаемость пре- и постси­наптической мембраны, что приводит к изменению ее элек­трогенных свойств и к необратимым процессам.

ПАВ способны изменять проведение потенциала воздей­ствия по седалищному нерву лягушки (Walesh, Деа1, 1959; Wals, Lee, 1972), а также по аксону кальмара (Adelman, Kizhi'moto, 1961, 1964) посредством нарушения структуры мембраны ионных механизмов передачи потенциалов дей­ствия.

Таким образом, наблюдается двоякий эффект действия алкилтриметиламмония хлорида на нервно-мышечную пе­редачу гладких мышц taenia coli гвинейской свинки при вы­соких и низких концентрациях. Подобную картину наблюда­ла Л. В. Байдан (1976) в результате действия анионных ПАВ (солей желчных кислот) на нервно-мышечную переда­чу. Однако влияние алкилтриметиламмония хлорида (кати­онного вещества) выражено более резко. Изменения в нерв­но-мышечной передаче гладкомышечных волокон под влия­нием различных концентраций (10~3—10~9 г/мл) алкил­триметиламмония хлорида возникают в течение небольшого промежутка времени (1—3 мин).

Аналогично алкилтриметиламмония хлориду действует на синаптическую передачу гладких мышц алкамон ДС (ка­тионные ПАВ). При малых концентрациях препарата наблюдается незначительная деполяризация, увеличение амплитуды постсинаптических потенциалов, усиление спон­танной активности. Пороговой концентрацией алкамона ДС следует считать концентрацию 10-7 г/мл. При ее действии наблюдается незначительное увеличение амплитуды постси­наптических потенциалов (на 1, 2 мВ), уровень потенциала покоя не изменяется. После отмывания раствором Кребса амплитуда постсинаптических потенциалов восстанавлива­ется до исходного уровня (через 5—6 мин).

Под действием алкамона ДС в концентрации 10-5 г/мл на 7-й минуте постсинаптическая мембрана деполяризуется На 0,95 мВ. При этом амплитуда постсинаптических потен­циалов увеличивается на 1 мВ. После длительного отмыва­ния препарата (в течение 10 мин) раствором Кребса исход­ный уровень потенциала покоя восстанавливается, а амплитуда постсинаптических потенциалов полностью не нормализуется. Повторное действие алкамона ДС на эту полосу дает слабовыраженный эффект. Подобное явление отмечается при других концентрациях препарата. Концент­рация 10~3 г/мл алкамона в большинстве случаев вызывает необратимое угнетение постсинаптических потенциалов и спонтанной активности. В некоторых случаях эта концентра­ция подобно более низким концентрациям вызывает через 5—7 мин от начала действия активацию электрофизиологи­ческих процессов, увеличение постсинаптических потенциа­лов на 10—20 % от исходной величины и усиление спонтан­ной активности. По-видимому, алкамон ДС при концентра­ции 10-3 г/мл действует на нервно-мышечную передачу сла­бее, чем алкилтриметиламмония хлорид. Отмывание полос­ки taenia coli раствором Кребса в случае угнетения пост­синаптических потенциалов алкамоном ДС в концентрации 10-3 г/мл не приводит к восстановлению их амплитуды, она продолжает уменьшаться до полного исчезновения. При ак­тивации при отмывании раствором Кребса амплитуда си­наптических потенциалов сохраняется, но уменьшается до уровня ниже исходного.

Характер нарушения постсинаптических потенциалов, мембранного потенциала постсинаптической мембраны, спонтанной активности под действием изученных ПАВ по­зволяет предположить, что в основе механизма их влияния на синаптическую передачу в первую очередь лежит спо­собность изменять свойства нервных терминалей и увели­чивать выделение медиатора в ответ на нервный стимул,

В литературе имеется много данных о влиянии различ­ных факторов окружающей среды на ферментативную орга­низацию клеточных структур и функциональное состояние биомембран (А. А. Покровский, В. А. Тутельян, 1976; Р. В. Меркурьева, Г. Н. Красовский и соавт., 1980; Г. Н. Красовский, Р. В. Меркурьева и соавт., 1980; Р. В. Меркурьева и соавт., 1980). Доказана способность структурных элементов клетки к пластичности, количе­ственной и качественной перестройке химического состава биомембран, вариабельности их функциональных свойств (Ю. А. Овчинников и соавт,, 1974), на чем основаны защит­но-приспособительные реакции организма на клеточном и молекулярном уровнях.

Г. И. Сидоренко, Р. В. Меркурьева (1980) на основании экспериментальных исследований установили, что к числу неблагоприятных метаболических реакций при разных видах биологического действия ряда химических загрязнений следует отнести сочетание ферментной дезорганизации лизосом, эндоплазматической сети, митохондрий с эффек­том лабилизации мембраны указанных структур. При этом выявлены общие закономерности в виде последовательного развития 3 стадий дестабилизации мембран внутриклеточ­ных структур в зависимости от степени выраженности мем­браноповреждающего действия при разных биоэффектах. Мембраноповреждающее действие химических факторов (легкое, выраженное, наиболее существенное) проявляет­ся в повышении проницаемости биомембраны с увеличени­ем свободной активности ферментов разной локализации в клетке (I стадия) в сочетании ее с увеличением общей активности органеллоспецифических ферментов (II стадия) и с угнетением последней (III стадия). Эти стадии функ­ционально-структурных нарушений находятся в зависимо­сти от интенсивности и времени воздействия изученных хи­мических факторов окружающей среды.

Аналогичная закономерность установлена нами (О. И. Волощенко, И. А. Медяник, 1974, 1979, 1981) при изучении действия ПАВ в разных дозах на электрофизиоло­гические параметры биомембран, которые проявляются раньше, чем метаболические реакции на неблагоприятное воздействие химических веществ. Эти нарушения, по-ви­димому, вызваны изменениями липидно-белковой струк­туры мембран. Такие исследования имеют важное значе­ние для гигиенической оценки и прогнозирования возмож­ных неблагоприятных последствий факторов окружающей среды.

1   2   3   4   5   6   7   8   9


Учебный материал
© bib.convdocs.org
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации