Волкова А.Н., Горнев В.С., Данильченко Р.Н. и др. История философии - файл n1.doc

Волкова А.Н., Горнев В.С., Данильченко Р.Н. и др. История философии
скачать (2809.5 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc2810kb.04.12.2012 03:35скачать

n1.doc

1   ...   43   44   45   46   47   48   49   50   51

3. Шпенглер и национал-социализм

Конгениальность идей Шпенглера идеологии НСДАП и причины расхождения с национал-социализмом


Деятельность Шпенглера как публич­ного политика, его консервативные политические идеалы, «политические связи» с архивом Ницше и деятелями национал-социализма, а также прямые ссылки на авторитет Шпенглера в тру­дах его «учеников», представителей активистского крыла «философии жиз­ни» - ван ден Брука, Боймлера, Розенберга, Крика и других, использование и «развитие» Шпенглеровской концеп­ции этими «первыми» идеологами НСДАП должны были продемонстри­ровать «среднему немцу» тесные отно­шения между немецким пророком и его достойными учениками. Этим же объяснялась и необходимость прямых контактов Шпенглера с лидерами движения. К таким относят «историче­скую» беседу Шпенглера с Гитлером (1932), письма Геббельса Шпенглеру и пр.

Идеология национал-социализма переработала и усвоила многие идеи графа Гобино, венских (Грингмут, Кнушеван), рус­ских (Пуришкевт), немецких (Дюринг, Янг, Лагард, Чемберлен) антисемитов. По выражению С.Ф. Одуева, «фашизм основывает свое мировоззрение на реакционных отходах национального мышления». Национал-социализм синтезировал национали­стические и антисемитские идеи с идеями немецких филосо­фов (Ницше), обработав их в соответствии с потребностями дня. Были использованы также положения философии Шпенглера (идеи расы, войны, прусского социализма, истори­ческой миссии Германии и пр.), почти все теоретические раз­работки А. Меллера ван ден Брука.

Идеи Шпенглера, особенно разработанные им после 1918 года, составляли в этом «философском» базисе значи­тельное место. Стержнем национал-социализма была идея ра­сового превосходства арийцев над другими народами, которое давало расово «превосходящим» право на жизнь расово «низших». Шпенглерово понятие расы, как интеллектуальное преимущество, врожденное благородство и широкий спектр деятельностных возможностей человека, усиленных образова-

449

нием и воспитанием, не подходило идеологам партии, так же, как понятие харизматического вождя, экономического и поли­тического устройства германского рейха и пр. Абстрактно-гуманистическое толкование Шпенглером основных понятий своей философии, ее интеллектуальная направленность не соответствовали задачам национал-социалистической идео­логии, требовали коррекции, доработки.

Средством «методологического» приспособления Шпенглеровской теории расы стали взгляды Чемберлена. Сам Шпенглер, как уже отмечалось, не был сторонником нацио­нал-социалистического движения. Некоторые характеристики фюрера, его оценка как «барабанщика» и «свистуна» на су­дебном процессе над Гитлером после Мюнхенского путча свидетельствуют о негативном отношение Шпенглера к дви­жению. «В так называемых «идеях» национал-социализма заключено много верного в той мере, в какой они не зависят от собственных хвастливых агитаторов. Частично они при­надлежат и мне («Пруссачество и социализм»), частично ко­ренятся в более раннем времени, уже в эпохе Бисмарка, уже у Фридриха Вильгельма Первого. Но если посадить обезьяну за рояль играть Бетховена, она лишь разобьет клавиши и ра­зорвет ноты. Они не поняли идей - для этого надо обладать мозгами... Они их растоптали, поругали, опорочили, умалили до хулиганских фраз».1

Шпенглер открыто презирал Гитлера и его окружение, но еще больше его пугали воспоминания о революции в Герма­нии, и он продолжал выступать с публицистическими статья­ми, родственными по духу национал-социализму. Он ясно по­нимал, что консервативная революция определяет отношение не только к человеку, но и к культуре, и если эпоха расцвета гуманитарной культуры уже миновала, и вместе с ней и по­добное отношение к человеку, то и с этим необходимо сми­риться. Шпенглер полагал, что в настоящее время для Герма­нии цезаризм лучше либерализма, ибо она уже испытала на себе состояние «низвержения государства», «подмены его олигархией второстепенных партийных вождей», склонных к личному обогащению и дикому разгулу.

Следует напомнить о крайнем индивидуализме и интеллек­туализме Шпенглера, его энциклопедической (если не по глу­бине, то по широте интересов) образованности, уважительном

1 Цит. по Свасьян К.А. Социально-политическая философия Ос­вальда Шпенглера // Социологические исследования, 1987, № 6, с. 132.

450

отношении к литературе, естественным наукам, искусству, тому интересу, который он питал к истории музыки и древним языкам, археологии и пр. Это контрастировало с убогим куль­турным уровнем «вождей», чей комплекс недоучек приобретал формы открытого презрения и ненависти к «яйцеголовым», занимающимся теоретической деятельностью, к образованно­сти, разуму, но главное, что вызывало опасение - критическая позиция Шпенглера по отношению к вождям НСДАП и к их философствованию.

О трагизме положения Шпенглера и трагикомическом во­площении в жизнь его политический идеалов пишет Херцог: «Шпенглер, индивидуалист и аристократ, видел выход из опасности возрастающего «омассовления» человека исключи­тельно только в профессионально отобранном фюрере, в цеза­ризме. Он, Цезарь Мысли, искал Цезаря Дела... Шпенглер видел убожество, которое этот человек (Гитлер) принес в фау­стовский мир, не мог пережить неудовлетворенности постыд­ной карикатурой на истинное фюрерство, унижения от (воплощения) его известных идей фюрерства».1

К тому же обезьяна, усевшись играть Бетховена, перестала с прежним пиететом относиться к «предтечам». Раньше Гит­лер мог обращаться к ван ден Бруку: «у Вас есть все, чего недостает мне. Я всего лишь барабанщик и копитель, давайте же работать вместе». А теперь Геббельс, чувствуя силу, требу­ет от Шпенглера: «с уважением к решающему значению предстоящей народной кампании (выборов) для будущего немецкой политики и немецкого народа, я буду Вам призна­телен, если Вы предоставите в мое распоряжение выступле­ние, которое объяснит и политику канцлера тоже... Мне бы хотелось думать, что забота о благе немецкой культуры и ду­ха, как она провозглашена в движении, и борьба за немец­кую честь и положение в мире, что решительным образом поддерживается правительством, образует главную часть ста­тьи или выступления».2

Шпенглер не откликнулся на просьбу Геббельса, и нача­лась его травля в национал-социалистических кругах. После прихода Гитлера к власти Шпенглер вообще исчезает как ав­тор, начинается его полная изоляция.

Да, первоначально (с 1921 по 1933 гг.) национал-социали­сты использовали влияние Шпенглера на интеллигенцию и

1 См. Свасьян К.А. Указ. соч., с. 132.

2 Spengler O. Briefes. 1919 - 1936 M., 1993, s. 710 - 711.

451

поддерживали «интеллектуальный роман» «Закат Европы», но не из-за совпадения взглядов на исторический процесс, а из-за того авторитета, которым Шпенглер пользовался в кругах политической и культурной элиты Германии, в среде про­мышленников и «принцев крови». Приходилось мириться с менторством Шпенглера из-за его огромной популярности, терпеть его критику в адрес лидеров движения. По мере завое­вания власти Шпенглер с его советами стал не нужен.

«Годы решений», последнее вышедшее при жизни автора произведение, продемонстрировало всю сложность и запутан­ность отношений Шпенглера с национал-социализмом. Шпенглер, казалось, содействовавший возникновению и раз­витию национал-социалистической теории, как раз в тот мо­мент, когда Гитлер пришел к власти, выпускает книгу с напад­ками на национал-социализм, что вызывает недоумение у приверженцев Гитлера. Вот как отреагировала на поведение Шпенглера Элизабет Ферстер-Ницшег. «К моему глубокому со­жалению, я слышала, что Вы отвернулись от архива Ницше и не хотите работать в нем. Я чрезвычайно сожалею и не пони­маю это совершенно. Мне сообщили, что Вы очень отрица­тельно настроены против Третьего Рейха и его фюрера, и Ваш разрыв с архивом Ницше, который существует благодаря поч­тительному уважению к фюреру, связан с этим отношением. Я сама очень переживаю, что Вы с большой энергией высказа­лись против нашего нового идеала. Это как раз мне непонят­но. Не принес ли наш искренне уважаемый фюрер Третьему рейху те самые идеалы и ценности, о которых Вы писали в «Прусской идее и социализме»? И где только Вы увидели сильные противоречия с этой брошюрой?»1

Шпенглер на своем примере убедился, что тоталитарная система является системой без обратной связи. Единственным ответом на сигнал снизу является уничтожение сигналирующего. Шпенглер, создавая свою политическую доктрину, исхо­дил из политической утопии о добром и справедливом прави­теле, прислушивающемся к идеям теоретиков государства. Тоталитарное государство отреагировало молниеносно - не хочешь служить, придется замолчать.

Разрыв Шпенглера с национал-социализмом не означал, что Шпенглер отказался от принципиальных идей своей фи­лософии, о чем свидетельствовал ответ Шпенглера на вопрос

1 Spengler O. Briefes. 749 - 750 (Письмо Э. Ферстер-Ницше Шпенглеру).

452

американского телеграфного агентства: «Возможен ли всеоб­щий мир?» «Мир есть желание, война - факт, и человеческую историю никогда не заботят человеческие желания и идеалы. Жизнь есть борьба... борьба за власть, за свою волю. Паци­физм, - утверждает Шпенглер, - проявление бессилия, сила в воинственности, развитие общества обеспечивает война». «Пацифизм остается идеалом, война - фактом, и если белый народ решился более не господствовать, к господству в мире придут цветные».

Оттолкнули Шпенглера от национал-социализма и сами вожди движения. Аскетизм личной жизни Шпенглера, забота о величии Германии, а не о собственном - ему хватало роли пророка и «посвященного», представления Шпенглера о вожде нации как о суровом солдате, слуге нации, проникнутом инте­ресом государства, а не удовлетворением своих желаний, при­шли в противоречие с позицией верхушки национал-социализма, с ее стремлением к роскоши. Шпенглер пришел к мысли, что эти люди Германию не спасут. Публикация, к ко­торой, как пишет Шпенглер, его вынудили интересы Герма­нии, все усиливающийся страх за ее судьбу и неизбежность второй, более трагической для Германии, мировой войны, к которой ее подталкивали безответственные лидеры, последней книги «Германия в опасности», названной в окончательной редакции «Годы решений» и содержащей уничижительную критику вождей третьего рейха, привела к полному разрыву Шпенглера с национал-социализмом. Тем не менее творчество Шпенглера, объективно способствующее появлению и укреп­лению национал-социализма, было нужно движению, продол­жало использоваться им после смерти Шпенглера.

4. Последний период творчества: «Человек и техника», «Годы решений» (Германия в опасности)


Одна из самых знаменитых работ позднего Шпенглера -«Человек и техника». Автор ставит задачу понять феномен за­падной цивилизации через сущностную ее характеристику -технику. Уже в «Закате Европы», определяя особенности того периода «фаустовской культуры», в котором человек пребыва­ет в 20-е гг. XX в. Шпенглер говорил об инженере, как глав­ной фигуре, и технике, как сущности цивилизации.

453

Рассматривая развитие техники как единый процесс со­вершенствования орудий и средств производства, философ полагает, что именно в современном обществе наконец-то снимается антиномия «культура - цивилизация, когда искусст­венное полностью заменяет естественное». Империализм -апогей человеческого интеллекта и технической мощи, наибо­лее полное осуществление фаустовской «воли к власти».

Отбросив свое прежнее отношение к истории, Шпенглер рас­сматривает мировой исторический процесс традиционно, как единую линию развития от первобытного общества через Средневековье к современному империализму. Единственное, что его отличает от иных историков, - идея убыстрения хода истории: приближается «время последних катастроф». Полно­стью сняв антиномию «культура - цивилизация», Шпенглер отказался и от понятия духовной культуры. Ибо победа фау­стовской «воли к власти» - это уже не победа духа, а победа техники как орудия в борьбе, в биологическом соперничестве. Хищник овладевает миром, космосом, соперником, народом именно при помощи техники. Необратимость процесса отчуж­дения человека от природы, нарастание в нем черт хищника (чему способствует и техника) наиболее точно характеризует единую линию развития. Назад в естественность и доброту возврата нет.

Помимо «фаустовского» характера воли, к власти подтал­кивает развитие техники и процесс развития естественных наук. Техническая мощь, активное покорение природы - глав­ное в современном Фаусте. Шпенглер в равной степени на­строен и против тривиального оптимизма в отношении разви­тия техники, и против игнорирования материальных факторов в истории - производства, техники, экономики. Шпенглер утверждает, что вопрос о статусе техники настоятельно стоит уже более ста лет. Он первый увидел социальную масштаб­ность проблем техники, попытался дать универсальный анализ фактора технического развития.

Техника - тактика живого в борьбе за свое существование. И отличие «хищника-изобретателя» от просто «хищника» -отличие человека от животного. Возврат к истории как к на­силию - это возврат хищника как властителя травоядных при «зоологическом» характере техники - вершина насилия, когда весь мир - добыча.

Отчуждение человека от природы призвано сыграть роко­вую роль, трагедия человека в том, что природа активнее.

454

Именно с помощью техники начинается насилие над природой. В этом смысле идея «вечного двигателя» - сущность современ­ной техники и вековая мечта человека. Техника, темпы ее со­вершенствования и последствия ее применения на определен­ном этапе становятся бесконтрольны - джин вырывается из бутылки и человек оказывается порабощенным техникой. Он привязан к ней, вынужден ее развивать, начинается «избыточ­ная роскошь машин». Человек вовлечен в бег машин, в этой гонке «победитель мира будет загнан насмерть». И когда чело­век любуется мощью техники - это сродни чувствам человека, любующегося мощным, красивым пожаром... своего дома.

«Годы решений» - последняя работа О. Шпенглера. И если «Человек и техника» - это попытки увидеть современную тех­ническую цивилизацию, то «Годы решений» - политический горизонт Западного мира, стремление представить мировую историю как «нордическое чувство мира». «Человек - хищник. Все образцы добродетели и социальной этики, которые сверх этого понимания - стремления хищников со сломанными зу­бами». «Годы решений» - это три главные идет

1. Идея мировой революции и белой революции (игра в кос­ти за мировое господство началась).

2. Идея германской миссии - только германцы жизнеспо­собны («внешняя власть и сила души»).

3. Идея борьбы за пролетариат (презрение к пролетариям со стороны самих его вождей - Маркса и Энгельса, и альтер­натива ему - непролетарское решение пролетарского вопроса -единство нации, а не класса).

«Легионы Цезаря опять пробудились. Возможно, уже в этом столетии ожидаются последние решения. Перед ними падают в никуда маленькие цели и понятия сегодняшней по­литики. Тот, чей меч одержит победу, будет иметь господство в мире. Кто осмелится бросить игральную кость в чудовищной игре?». Как итоговое произведение, «Годы решений» собрали все, что касается проблемы «Германия и всемирно-историческое развитие», как ее понимает Шпенглер. Смысл этой работы можно свести к выявлению роли Германии и стран Запада в мировом развитии и угрозе перерастания белой революции в цветную. Здесь историзм ограничен движением истории к прусскому государству, которое останется отныне и навеки. История тотально политизирована: «человеческая ис­тория во времена высокой культуры - история политической власти. Форма этой истории - война. Сюда относится согла-

455

сие. Оно есть продолжение войны другими средствами: опыт побежденного и, как следствие, война в форме отбрасывания договора, попытка победы».

Исключение в этой пронизывающей все космической вой­не составляют революции, так сказать, фиктивные методы преобразования действительности. Как Шпенглер различает «закономерную войну» и «незакономерную», не объясняется, но надо помнить, что если в предыдущих работах «законность» власти обосновывалась ее монархическим характером, то «Годы решений» допускают существование цезаризма недина­стического образца: принцип фюрерства изменился.

Мироустроительный идеал Шпенглера - «движущая сила общества не что иное, как прошлое стремление к силе, здо­ровые инстинкты, раса, воля к обладанию и к власти; и при этом... колеблются иллюзии, всегда остающиеся иллюзиями: справедливость, счастье, мир» - подается как благо, как спа­сение культуры. Насилие выдвигается в качестве единствен­ного средства спасения цивилизации. Тоталиризация насилия возможна в условиях полного подчинения насилию, отверга­ется любая, даже малая попытка критического освоения дей­ствительности. Центральный вопрос произведения: «Что бу­дет с Германией? Возвысится она или погибнет?» Вопрос состоит в том, что немцам предстоит правильно понять свою судьбу. Германию должно спасти прошлое стремление к силе, здоровые инстинкты, раса, воля к обладанию и к власти. Главное - какая идеологическая система будет направлять судьбоносную германскую расу. Основная критика Шпенгле­ра направлена на демократию, как на стремление свести все к уровню мелких людишек, на критику всех умозрительных систем, живущих только на бумаге (относя это в равной сте­пени и к материализму, и к идеализму). Шпенглер этим умо­зрительным системам хочет противопоставить философию хищного зверя. Ибо парламентаризм есть не что иное, как «конституционная анархия», согласие - результат поражения одного из государств в войне, временное накопление сил для того, чтобы отбросить это согласие. Источник богатства госу­дарства не в спекуляции и бухгалтерии, а в войне и в побе­дах. Отсюда следует вывод: армия - не только сила, но самый консервативный, старый, добрый элемент, последняя надежда Германии.

Оценивая положение европейских стран, а также Америки и России, Шпенглер приходит к мысли о том, что роль спаси-

456

теля западной культуры принадлежит только Германии, но другие страны вряд ли спокойно отойдут на второй план, и поэтому несколько картинно Шпенглер заявляет: «Игра в кос­ти за мировое господство только началась и будет доиграна до конца между сильными людьми. Не должна ли Германия быть в их числе?»

«Прочтение» Шпенглера западными мыслителями всегда было неоднозначно, зачастую одни и те же положения его доктрины трактовались прямо противоположным образом. Конец 70 - 80 гг. - время спокойного прочтения Шпенглера. Задача «актуализации» концепции Шпенглера напрямую свя­зана с неоконсерваторами ФРГ и немецкими философами, которые по своим политическим симпатиям более неоконсер­ваторы, чем социалисты. Ситуация в мире, растущая тревога по поводу «шансов» цивилизации заставили пересмотреть концепцию Шпенглера. Если в 20-е годы идея «Заката» шоки­ровала философов, то в 70 - 80 годы она начинает рассматри­ваться как объективная формулировка реальной историко-культурной дилеммы: прогресс цивилизации - кризис истори­ческой культуры.

«Сопоставление тезисов Шпенглера по критике цивилиза­ции и политических идей Шпенглера с новыми исторически­ми фактами показывает, что многочисленные прогнозы Шпенглера с большой точностью оправдались. Многие соци­альные и политические явления, которые мы сегодня наблю­даем, 60 лет назад только начинались и для многих современ­ников Шпенглера не были истиной», - пишет исследователь Шпенглера К. Е. Эккерманн.

Философы 70 - 80-х гг. к числу наиболее важных прогнозов Шпенглера относят следующие:

- Разрушение человеческой природной среды самим же че­ловеком.

- Омертвение межчеловеческих отношений.

- Сомнение в гуманистической, цивилизаторской сущности прогресса.

- Разрушение социальных структур.

- Процесс распада либерального государства.

Парадокс шпенглеровской философии состоит в том, что, несмотря на ее многочисленные фактические и теоретические противоречия, явный и прокламируемый иррационализм его концепции, интуиция Шпенглера дала ему возможность выде­лить идеи, ставшие основой типологического анализа культур,

457

предвидеть сначала первую, а затем вторую мировую войны, поражение Германии и многое другое, стать «отцом» послево­енной неоконсервативной доктрины немецкого государства и «общего европейского дома».

Литература


Богомолов А.С. Немецкая буржуазная философия после 1865 г. М., 1969.

Зотов А.Ф., Мельвиль Ю.К. Буржуазная философия сере­дины ХIX - начала XX века. М., 1988.

Кутлунин А.Г. Немецкая «философия жизни». Критические очерки. Иркутск, 1986.

Карулина Т.Б. Закат Европы. Современная западная фило­софия. Словарь. М., 1991.

Одуев С.Ф. Тропами Заратустры. (Влияние ницшеанства на нем. буржуазную философию). М., 1971.

Современная буржуазная философия. М., 1972, гл III, § 4.

Тавризян Г.М. О. Шпенглер. Й. Хайзинга: Две концепции кризиса культуры. М., 1991.

Тавризян Г.М. Шпенглер. Современная западная филосо­фия. Словарь. М., 1991.

Шпенглер О. Закат Европы. М., т. 1, 1993.

Шпенглер О. Игра в кости за мировое господство. Социо­логические исследования. 1987, № 6.

458

История Философии

Учебник для вузов

Москва 1998

Сканирование: Янко Слава (библиотека Fort/Da) slavaaa@online.ru || yanko_slava@yahoo.com  || http://yanko.lib.ru || зеркало: http://members.fortunecity.com/slavaaa/ya.html
||
http://yankos.chat.ru/ya.html | Icq# 75088656

update 04.12.12
1   ...   43   44   45   46   47   48   49   50   51


Учебный материал
© bib.convdocs.org
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации