Азаркин Н.М. Всеобщая история юриспруденции - файл B7451Part53-433.html

Азаркин Н.М. Всеобщая история юриспруденции
скачать (935.1 kb.)
Доступные файлы (71):
B7451Part1-5.html38kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part10-90.html26kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part11-97.html30kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part12-105.html35kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part13-114.html26kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part14-121.html25kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part15-128.html31kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part16-136.html30kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part17-144.html28kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part18-151.html28kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part19-158.html27kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part2-19.html37kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part20-167.html29kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part21-175.html28kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part22-182.html26kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part23-189.html29kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part24-197.html25kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part25-204.html26kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part26-211.html27kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part27-218.html26kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part28-225.html44kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part29-237.html34kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part3-29.html38kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part30-246.html30kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part31-254.html26kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part32-261.html27kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part33-268.html33kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part34-277.html35kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part35-289.html29kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part36-297.html30kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part37-305.html28kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part38-312.html27kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part39-319.html23kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part4-39.html31kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part40-325.html31kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part41-333.html28kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part42-340.html26kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part43-347.html38kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part44-357.html30kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part45-365.html38kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part46-375.html22kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part47-381.html30kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part48-389.html31kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part49-397.html34kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part5-47.html27kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part50-406.html35kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part51-415.html38kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part52-425.html29kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part53-433.html41kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part54-444.html39kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part55-454.html42kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part56-465.html39kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part57-475.html26kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part58-482.html41kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part59-493.html31kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part6-54.html33kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part60-501.html44kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part61-513.html31kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part62-521.html33kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part63-530.html29kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part64-538.html32kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part65-547.html32kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part66-555.html22kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part67-561.html31kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part68-569.html39kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part69-579.html33kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part7-63.html31kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part70-588.html31kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part71-597.html16kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part8-71.html44kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part9-83.html26kb.24.09.2008 22:50скачать

B7451Part53-433.html

433 :: 434 :: 435 :: 436 :: 437 :: 438 :: 439 :: 440 :: 441 :: 442 :: 443 :: Содержание

ЛЕКЦИЯ 52. Утилитаризм. Иеремия Бейтам

Природа отдала человечество во власть двух монархов - наслаждений и страданий. Они управляют нами во всем, что мы делаем, что мы говорим, что мы думаем. Словом, человек может делать вид, что он борется с ними, но по существу он всегда останется им подчиненным. Законодательство должно, наконец, найти непоколебимую основу в чувствах и опыте

БЕНТАМ

После "Славной" революции 1688 года Англия становится ареной борьбы официального правопонимания с его феодальными архаизмами и чисто буржуазным, классическим либерализмом. Разорение крестьян, их пауперизация, рост городов, промышленный переворот, мастерски изображенные в романах Ч. Диккенса, увеличив мощь капитала, вызвали противоречие между этой мощью и ограниченностью прав человека. Противоречие, усугублявшееся властью дворянско-буржуазной олигархии вкупе с королем, могло быть разрешено только демократизацией избирательных прав. XIX век в Англии - время перманентных реформ под лозунгом "Laisser faire, laisser passer", запечатленным на уровне обыденного правосознания индивидуалистической формулой "каждый сам лучший судья и кузнец своего счастья".

Вызревали реформы мучительно долго, весь XVIII век. Лишь поражение Наполеона, создание Священного союза дало условия для умеренных преобразований, вытесняющих пережитки феодализма реформаторским путем, постепенным приведением юстиции в соответствие с социально-экономическими переменами, которые произвела в британском обществе индустриальная революция. Линия на последовательную модернизацию обосновывалась ведущей школой тогдашней юриспруденции - утилитаризмом.

В ней выделяют два периода. Первый отражает становление капитализма, когда буржуазия формировалась как класс и боролась за устранение отживающей феодальной системы под лозунгом свободной конкуренции. Ему соответствует юстиция с принципом полезности как выражения общего блага. Второй период отражает время, когда буржуазия - ведущая правовая сила укрепляла свои завоевания. Ее юристы, с одной стороны, маскируют эгоистические интересы привлекательными лозунгами равенства и братства, с другой - не могут уже не замечать социальных противоречий, которые нельзя было завуалировать иллюзией движения общества к всеобщему счастью. Теоретически эта новая ситуация проявляется в различных моделях демократизации власти, сближаясь тем самым с молодым социализмом.

Предшественники утилитаризма - просветительские концепции, в частности Гельвеция и Гольбаха, выражавшие стремления человека к мирскому счастью и утверждавшие смысл жизни в борьбе за личную свободу. Последнюю, по их мысли, должна гарантировать хорошо функционирующая правовая система, соответствующая идеалам разума и справедливости. В английской мысли утилитаризм получил классические формы, его идеи представлены у Гоббса, Локка и Юма, а венчают их взгляды Иеремии Бентама (1748-1832). Его творчество - связующее звено

433

первого и второго периодов утилитаризма. На практике бентамизм реализовывался во второй период, поэтому его нередко относят к этому времени утилитаризма. Однако неоспоримые представители второго периода - Джон Милль (о котором речь впереди) и группа его сотрудников. После Милля утилитаризм как теория почти не развивался. Правда, появляются отдельные доктрины, которые называются утилитаристскими (так называемый идеальный утилитаризм Д. Мура), но в строгом смысле этого слова они таковыми не являются, демонстрируя неолиберализм.

Бентам - потомственный юрист. Окончив в 16 лет университет в Оксфорде, по настоянию отца стал адвокатом, но быстро разочаровался в этой профессии. Сын относился к гонорару небрежно, не в пример отцу. Не затягивая споров с целью выуживания фунтов стерлингов, молодой Бентам склонял стороны к мировому соглашению и был счастлив, когда его усилия увенчивались успехом. Он отвернулся от адвокатуры по причине ее тогдашнего безобразного состояния, наличия в общем праве массы противоречивых норм, отсутствия систематизации, преобладания бессмысленных казусов, процессуальных формальностей, разных подвохов и уловок, практиковавшихся при защите дел в суде. Сын оказался настоящим джентльменом, принципиальным юристом, неспособным ни на какие компромиссы со своей совестью. В конце концов он нашел единственное средство остаться самим собой - расстался с адвокатурой, несмотря на протест отца и ухудшение материального положения семьи. Его поприщем стала теория государства и права, в недрах которой зрели идейные предпосылки для перехода от официального правопонимания с его многочисленными феодальными пережитками к чисто буржуазному, классическому либерализму.

В первом трактате, "Фрагменты о правительстве" (1777), Бентам подверг критике своего учителя профессора Блэкстона - главу школы правоведов-казуистов, восторженных поклонников тогдашнего порядка вещей, обычного права и "счастливой конституции" Англии. Отрицая их позиции, Бентам подчеркивал значение суверенной верховной власти, которая не может быть ограничена архаическим правом и в своей деятельности должна руководствоваться только пользой. Государство - "состояние управления", противоположное анархии естественного состояния. Его суть виделась в том, что оно состоит из двух категорий людей - правителей и подданных. Воля правителей и привычка поданных к повиновению связывает государство. Воля, диктующая права и обязанности и обеспечивающая их санкциями, исходит от суверена, являясь истинным правом.

Нападая на "Комментарии" Блэкстона, Бентам наносил серьезный удар теории разделения властей, в которой Монтескье думал найти ключ к объяснению английского государства. Блэкстон следовал в этом отношении мыслям французского писателя и вместе с ним видел в английской конституции идеал государственного устройства. Бентам же доказывал, что на самом деле в Англии отдельные власти не разделены, а находятся во взаимной зависимости, именно этим и объясняются их успехи на государственном поприще. Несомненно, он затрагивал здесь самое слабое место Монтескье. Еще важнее, может быть, чем это критическое указание, было отрицательное отношение Бентама к апологетам тогдашнего устройства Англии, которые, восхищенные успехами страны, считали его пределом совершенства. Во Франции этот взгляд критиковался в учении Руссо. В Англии нашел горячего противника в лице Бентама.

434

С утилитаристских позиций он ополчается не только на английских консерваторов, но и на просветителей и раннебуржуазных либералов. В 1791 году пишет памфлет "Анархические софизмы", где борется против "революционной метафизики" Декларации независимости и Декларации прав человека и гражданина. Общественный договор, считает Бенгам, - фикция, которая ведет к смутам и не способна объяснить, почему люди повинуются законам. Это может объяснить только принцип пользы: повиновение необходимо для общества, причем до тех пор, пока возможное зло от него меньше возможного зла от неповиновения. Государство для Бентама - образец необходимой и полезной организации жизни людей, поэтому борьба с ним лишь ухудшает ситуацию. Для него и не стоит вопрос об основаниях разрушения государства, свержения власти. Важен лишь вопрос о ее совершенствовании, освобождении от феодальных пережитков, с тем чтобы государство все более соответствовало принципу пользы индивидов, его составляющих. "Главное назначение правительства, - писал он, - в ограждении индивида от страданий. Привычка же подданных к повиновению делает государство прочным".

Концепцию общественного договора Бентам объявляет софизмом. Его устами как бы обосновывалось неограниченное господство буржуазии, сильное государство, не делящее власть ни с кем и не нуждающееся в ином измерении этой власти, кроме самого факта действительного своего господства и выгодности. Поскольку государство уже в руках буржуазии, излишни какие-либо обоснования прав человека вне прав, предоставленных государству его же законами. Поэтому Бентам выступает против субъективных прав, а в соотношении прав и обязанностей делает упор на обязанности. Иметь право - значит просто иметь преимущество, выгоду от осуществления соответствующей обязанности другим лицом. С позиций буржуа, вполне доверяющего своему государству, Бентам резко критикует статью XVI французской Декларации прав человека и гражданина, утверждая, что идея естественных, неотъемлемых прав личности ведет к обоснованию анархии, сопротивлению власти. Мысль, что законы государства могут быть необязательны, что с ними могут соперничать нормы естественного права, казалась ему вздорной. Критикуя доктрину естественного права, Бентам писал: "В этом противозаконном смысле слово "право" является величайшим врагом разума и самым страшным разрушителем правительства".

Бентам отвергает точку зрения, согласно которой общее благо достигается тогда, когда поведение человека основано на постижении им рациональным путем постулатов естественного права, "вечных" законов природы. Мерило должного поведения человека - в личной выгоде. Так началась разработка иных по сравнению с просветительскими идеалами, облеченными в естественно-правовую форму, справедливых оснований для деятельности буржуа с упором именно на практическую сторону.

Принцип пользы реализован Бентамом в его юриспруденции весьма последовательно, став основанием для критики государства и права, "Славной" революции, для создания собственной сначала либеральной, а затем и либерально-демократической программы преобразований.

Первоначально у Бентама даже было желание довести свои здравые мысли до сознания правящих кругов: стоит королю и аристократии понять правовую истину, считал он, как они начнут претворять ее в жизнь. Однако в 1801-1803 гг.

435

потерпели поражение его многолетние усилия по внедрению проекта преобразования тюрем и других учреждений, требующих большого скопления людей (больницы, школы, фабрики, работные дома). Это убедило его в том, что власть преследует свои цели, далекие от блага подданных. Тогда он выдвинул идею корыстных интересов правящих кругов и неконституционного влияния на власть с использованием всех форм воздействия на нее, не предусмотренных законом и продиктованных эгоистическими соображениями. В ряду форм такого влияния поставлены коррупция и раболепие. Все они, вместе взятые, приводят к плохому управлению, в котором не только повинны, но и заинтересованы корона, аристократия и церковь. Юстиция в государстве - проблема не техническая, а политическая. Просветительские иллюзии изжиты. Поворот произошел в 1808 году, когда Бентам заявил, что преобразования невозможны без парламентской реформы. Этому способствовала встреча с либералом Джеймсом Миллем, ставшим его другом и убежденным последователем. С той поры вся его деятельность - теоретике-правовое обеспечение парламентской реформы.

В 1823 году возникло "Утилитаристское общество", в 1824 году оно обзавелось печатным органом - "Вестминстерское обозрение". Утилитаризм превратился в авторитетное и популярное движение. Среди творцов парламентской реформы многие считали себя бентамистами. За требования серьезных правовых перемен утилитаристов называли радикалами.

В методике утилитаризм - выражение эмпиризма, механистического материализма с ориентацией на естествознание, он допускает использование методов "моральных наук" (юриспруденции) и точных методов.

Опытный метод, однако, страдал серьезной ограниченностью. Исследователю казалось, что посредством индукции он разлагает сложные явления на части так же, как сумма разлагается на слагаемые. Соответственно и синтез представлялся ему суммированным явлением. Но разложение явления на составляющие означало уничтожение его целостности, низведение сложного до простого. Открываемое таким образом общее лежало на порядок ниже, чем подвергаемая анализу целостность. Осуществляемый в дальнейшем синтез не мог поднять явление на уровень исходной целостности, потому что сам синтез сводился к дедукции. Отсюда и различные механистические (физические) трактовки государства, права, личности. Последняя как пассивный объект естественнонаучных методов становилась своеобразной "чистой доской", запечатлевающей на себе внешние воздействия потребностей, воспитания, законодателя. Более того, очищение человеческой природы от "неразумной" самодеятельности и сведение ее к одному началу выступают необходимыми условиями успешного применения "моральной арифметики" Бентама.

В основе действий гражданина, рассуждает он, лежит практическая выгода. Природа подчинила человечество двум верховным властителям - страданию и удовольствию. Только они указывают, что мы должны делать, и определяют, что мы будем делать. Цель каждого - получить как можно больше удовольствий и избегать страданий. Под пользой понимается свойство любого предмета приносить выгоду, добро, счастье или же предотвращать вред, страдание, зло или несчастье. Польза - объект всех правоотношений. Она - их цель и одновременно движущая сила.

436

Утилитаристская юриспруденция - обоснование выгоды эгоистически действующего индивида. Общее благо, благо государства - только совокупность индивидуальных благ. В этой юриспруденции личность выступает целью, а государство - средством. Задача последнего - наибольшее счастье для наибольшего числа людей. Польза - основание для разрешения коллизий государства и личности.

Бентам много пишет и об общем интересе, о путях его обеспечения, но понимает общее благо лишь как совокупность индивидуальных благ: "Интересы отдельных лиц суть единственно реальные интересы". "Заботьтесь об отдельных личностях. Не притесняйте их, не позволяйте другим притеснять их, и вы достаточно сделаете для общества".

Фактом, объединяющим людей в государство, является личная выгода от их жизни в нем. Бентам сводит правовое к личному благоразумию и доброжелательству. Причем последнее подчинено первому, ибо, действуя на пользу другому, человек всегда имеет в виду только себя. Юридичность, таким образом, покоится на индивидуальной пользе: быть справедливым к другим людям человеку выгодно.

Само понятие юстиции Бентам трактует меркантилистски. Материальные блага для него - важнейшие: "Из двух индивидов, обладающих неравным количеством богатства, тот, кто обладает большим количеством, обладает и большим счастьем". Именно на этой основе построен знаменитый постулат Бентама, имеющий центральное значение в его теории государства и права: "Наибольшее счастье для наибольшего числа людей".

Бентам определял пользу с помощью двух начал: консеквенциалистского, с позиций которого юридичность действия определяется добром (злом) последствий, и гедонистского, согласно которому единственной в себе благой вещью является удовольствие, а единственной в себе вещью противоположного свойства - страдание. При этом важно видеть различия между гедонистским и утилитаристским подходами. Гедонизм, трактуя человека как существо, стремящееся к удовольствиям и избегающее страдания, был более индивидуалистичен, толкая юристов к противопоставлению государства и личности, работая тем самым на анархическую идею. Утилитаризм, будучи также эгоистической доктриной, трактует человека как существо, которое может служить не только личному, но и общему благу.

Люди заинтересованы в государстве, которое предполагает ограничение свободы индивидов, необходимость закона, регулирующего отношения личных интересов. Государственный интерес, состоящий из суммы интересов отдельных граждан, будет максимален при наибольшем счастье наибольшего числа людей. Естественным условием существования данной модели государственного интереса была социальная однородность, "наличие равновесия сил между гражданами".

Введя равновесие индивидов и устранив из теории их социальные различия и различия объектов их потребностей, утилитаристы получили возможность количественного истолкования связи индивидуальных интересов и построения атомистической модели общего блага. Однако в случае противоречия между личными и государственными интересами указанного условия для их гармонизации недостаточно. Нужно прибегнуть к "искусственной гармонизации" интересов, осуществляемой правом. Для создания этого условия, для его "достаточно частного основания" Бентам создает "моральную арифметику". Следует рассмотреть несколько вариантов возможного правоотношения и для каждого варианта подсчитать сумму удовольствий и страданий его субъектов, "с тем чтобы выбрать оптимальный

437

вариант, который должен принять вид юридической нормы". При подсчете надо учитывать все связанные с удовольствиями и страданиями обстоятельства (свойства характера, наклонности, уровень образования и т.п.).

Возникающие на этом пути трудности привели позднее к оформлению двух течений бентамизма - "утилитаризма правила" и "утилитаризма поступка". Согласно первому оценка поступка должна скорее опираться на нормы, фиксирующие опыт подобных ситуаций; согласно второму правильность действий сторон определяется путем рассмотрения актуально возможных альтернатив и выбора действия, ведущего к наилучшим результатам.

Количественное выражение многих видов удовольствий невозможно вследствие их субъективности. Бентам преодолевает эту трудность сведением всех удовольствий к удовольствиям богатства, поскольку "само удовольствие не может быть взвешено или измерено", необходимо взять "общий источник и, следовательно, показатель удовольствия, а именно деньги". Еще более отчетливо буржуазная природа утилитаризма проявляется в стремлении сохранить существующую систему собственности: при выборе между равенством и безопасностью приоритет отдается безопасности.

Для иллюстрации приведу пример, который приводит сам Бентам. Пять шиллингов, пишет он, можно израсходовать по-разному: можно купить бутылку вина, которую данный субъект выпьет для поднятия настроения вопреки здравому смыслу, но эти же пять шиллингов можно употребить для поддержки нуждающейся семьи. Мотивы поведения в данной ситуации разные, так же как и конечный результат, но количественное измерение как первого, так и второго вида удовольствия одно и то же - пять шиллингов. Деньги - не только инструмент сравнения различных видов удовольствий, начиная от низших и кончая удовольствиями самого высокого порядка, а правовая сила человека. Такой подход, конечно, противоречил практике людей труда, их житейской мудрости "не в деньгах счастье".

Восхищение Бентама денежным знаком характеризует правосознание откровенного собственника, буржуа. Использование "меркантильной этики", денежных ассигнаций в правовых оценках - предмет беспощадной критики Бентама со стороны Маркса, тогдашнего защитника "униженных и оскорбленных". Кстати, сам Бентам, чувствуя уязвимость своей позиции, не раз подчеркивал, что использование "моральной бухгалтерии" возможно только в исключительных случаях. Однако эти оговорки не снимали откровенно "торгашеского" характера его юстиции. Трезвый расчет условий выгодности или невыгодности поступка - вот что должно отличать правомерного человека, писал он. Правоспособен тот, кто лучше подсчитывает, а справедлив тот, кто успешно применяет правильный подсчет к поведению. Все эти советы отдавали явной вульгарностью и пошлостью.

Однако сам принцип пользы как таковой далеко выходит за рамки буржуазных отношений, отражает всеобщую меру человеческого труда. Утилитаризм в лице Бентама, восприняв принцип пользы через зеркало буржуазной действительности, абсолютизировал его, объявил основой человеческой сущности вообще.

Бентамовская арифметика с ее хладнокровным расчетом страданий и удовольствий заземляла юридическое, не оставляла места проявлению личной инициативы, подвижничества, героизма. Поэтому Д.С. Милль - сын его верного друга, ставший видным последователем утилитаризма, попытался смягчить эту его сторону ссылками на то, что Бентаму не чужды самоотверженность, героизм, способность

438

жертвовать личным счастьем для счастья других, широта и глубина духовных наслаждений. Знаменитое выражение младшего Милля "лучше быть неудовлетворенным человеком, чем удовлетворенной свиньей; лучше быть неудовлетворенным Сократом, чем удовлетворенным дураком" стало крылатым.

Если принцип пользы - истинное начало права, то, следовательно, всякое иное начало ложно, а потому, чтобы доказать ложность того или другого принципа, стоит лишь указать на него как на несогласный с принципом пользы. Все теории своих идейных противников Бентам делит на две группы: аскетизм и безотчетная симпатия или антипатия. Аскетизм видит юридическое в лишениях, в самоотвержении. Аскет предпочитает большее благо меньшему из-за репутации. Следовательно, аскетизм не что иное, как дурно понятый принцип пользы, основание которого - недоразумение.

Начала симпатии или антипатии, по Бентаму, ведут к полному произволу: все, что не нравится самому человеку, должно быть дурно. Это вымышленные начала, считает он, живущие якобы в душе. Что такое долг, обязанность? Слова, которые должны быть выброшены из лексикона юристов. Пусть эти звонкие слова раздаются сколько угодно, но, лишенные смысла, они не будут иметь никакого влияния на право. Ничто не может на него влиять, кроме ожидания удовольствия и страдания. То, что думалось и писалось до него, казалось Бентаму вздором. В особенности нелепы мысли античных юристов, утвержал он. "В то время, как Ксенофонт писал свою историю, а Евклид создавал геометрию, Сократ и Платон болтали пустяки под предлогом преподавания мудрости и нравственности". Платона он называет "верховным мастером в произведении бессмыслицы". Вообще же все предыдущие юстиции он называет инседиктизмом, то есть теориями, опирающимися единственно на произвольные утверждения авторов (insedixi - "это потому, что я сказал это сам". - Н.А. ).

Программа Бентама разработана в конце его жизни, когда он окончательно убедился в нежелании властей следовать его полезным советам. К ее разработке побуждала также политизация утилитаризма. Он пишет "Конституционный кодекс", в котором придает английскому либерализму многие радикальные черты, заимствованные у своих прежних идейных противников - раннебуржуазных просветителей. То же отношение к праву, которое сделало Бентама противником Блэкстона, теперь привело его к демократическим идеям, так как постепенно он пришел к убеждению, что только при народовластии можно рассчитывать на успешный ход реформ. Став на эту точку зрения, Бентам последовательно развил программу либеральной демократии, основанной на "всеобщей, тайной, равной и ежегодной подаче голосов". Ее цель - "наибольшее счастье наибольшего количества людей", организационный принцип - народный суверенитет. Расширение избирательного права представлялось самым верным средством к его практическому осуществлению. С демократическим идеалом он связывал мысль о неприкосновенности личной свободы и частной деятельности граждан. Это знаменовало новый шаг в развитии либерализма, сближение его с широким демократическим (прежде всего рабочим) движением и социализмом.

Бентам хочет достигнуть заветной цели наибольшего счастья, превратив правительство в опекуна подданных, действующего в их, а не собственных интересах. Теперь он знает, что на деле правящие стремятся к "наибольшему счастью тех, одного или многих, кто осуществляет правительственную власть", но

439

при помощи конституционного механизма надеется не допустить злоупотребления властью установлением ее ответственности и авторитетного контроля за нею.

Обращаясь к понятию суверенитета, он давал его двойную трактовку, различая суверенную учредительную власть и суверенную действующую власть. Первая, высшая, принадлежит только народу, ей подчиняются все остальные власти, она имеет такие же прерогативы, которыми ее наделяли Локк и даже Руссо.

Суверенная действующая власть в свою очередь подразделяется на две: законодательную (или высшую действующую власть) и исполнительную (в которую включались органы управления, суды). Полномочия парламента в законодательной сфере практически неограниченны. Правотворчество судей Бентам не признавал, видя в нем возможности злоупотреблений и сохранения многих нелепостей прецедентов. Однако он не исключал полностью контроля за законностью со стороны суда. В случае, когда судья объявляет парламентский акт незаконным, это не лишает его силы, а передает конфликт на усмотрение избирателей, то есть учредительной власти.

Бентам разработал целую систему мер по демократизации учреждений и процедур, защищал однопалатную организацию парламента, считая, что двухпалатная система создает почву для возникновения аристократии. Нужно обеспечить гласность, публичность парламентских заседаний. Он - за равные избирательные округа, за введение всеобщего, равного, тайного и ежегодного голосования, религиозную терпимость и свободу религии. Эти требования совпали с рядом положений чартистской хартии 1838 года.

Бентам не отвергает предоставление права голоса женщинам, но исключает из числа избирателей взрослых мужчин, не умеющих читать, не платящих определенную сумму налогов, не живущих в течение определенного времени в данной местности.

Большое внимание уделялось законодательной эффективности. Стремясь к преемственности ежегодно избираемой легислатуры, Бентам предлагал, чтобы каждая перед истечением срока своих полномочий создавала "комитет преемственности", члены которого призваны убеждать следующую легислатуру в необходимости завершить программу своих коллег. Чтобы облегчить обновление законодательства, а также сделать его более научно обоснованным, в Конституционном кодексе предлагалось предоставить больше полномочий комитетам и комиссиям легислатуры, а также создать пост министра законодательства, выполняющего функции эксперта. Ему же должны были поступать от частных лиц предложения по улучшению законов, которые он должен публиковать и предлагать на рассмотрение легислатуры.

Большое внимание уделяется средствам обеспечения хорошего состава аппарата управления: контроль общественного мнения и законодательных учреждений, экзамены для претендентов на должности, исследование их нравственных и деловых качеств. Правление строится на сочетании демократии и администрации, широких полномочий законодательных органов с действиями квалифицированной и автономной в пределах своей компетенции армии чиновников.

К требованиям демократического характера, выдвинутым Бентамом и не осуществленным в практике буржуазного государства, до сих пор относится право народа смещать и предавать суду государственных чиновников, право избирателей отзывать депутатов, проект так называемых "областных парламентов", соединяющих законодательную и административную власти, переизбираемых ежегодно.

440

Бентам много думал об английском правосудии. С фактами в руках доказывал, что оно доступно на деле лишь богатым - беднякам оно не по карману. Он резко критикует анахронические формы судопроизводства, мешавшие свободному функционированию капитализма в Англии, выступает с проектами "естественного судопроизводства", упрощения и удешевления процедур, государственной помощи беднякам в судах, организации контроля общественности за деятельностью судов.

Вначале Бентам противник суда присяжных, но затем идет на компромисс, предлагая создать так называемое "квази-жюри", которое способствовало бы выражению общественного мнения и приучению народа к отправлению правосудия. "Квази-жюри" должно состоять из двух разрядов граждан: "обыкновенных" и избранных, или "эрудитов", причем надо, чтобы первых было в два раза больше. Они должны представлять, по его мнению, большинство народа, тогда как "эрудиты" - знания и способности. Для выражения общественного мнения Бентам предлагал также учредить институт наблюдателей. Нужно принять закон, который делал бы обязательным присутствие определенного числа граждан на процессе. Это гарантировало бы публичность, а судья мог бы по своему усмотрению разрешать им участвовать в допросах и исследовании доказательств.

Синтез либерализма и демократической идеи четко проявляется у Бентама в полном отрицании монархии, при которой своекорыстные власти удерживают народ в повиновении посредством иллюзий, искусственного блеска и помпы, ложных монархических символов (корона, трон, алтарь, аристократический этикет), утверждают авторитет одного (монарха) в глазах народа. Монархия не нужна даже в ее конституционном английском варианте, ибо абсурдно доверять высшие полномочия лицам, чьи качества зависят от случайностей наследственности. Аристократия также основана на обмане: знатность и богатство не обеспечивают юридичности и компетентности. Единственная возможность осуществить принципы утилитаризма - демократия. И она несовершенна, но ни одна другая система не дает лучших результатов.

Улучшить демократическое правление можно на базе высокой правовой культуры, вытекающей из юридических начал утилитаризма. Надо построить такую систему права, при которой учреждения, должностные лица, стремясь к собственной выгоде и счастью, не смогут в то же время не служить наибольшему счастью наибольшего числа людей. Нужно гармонизировать личные и общественные интересы так, чтобы принцип совпадения интересов стал основой всего государства.

В демократически ориентированном Конституционном кодексе сделан первый шаг к отступлению от концепции государства - "ночного сторожа" к элементам социального государства с его помощью бедным, воспитанию, образованию, науке. В некоторых случаях Бентам даже рекомендовал прибегать к контролю над торговлей и промышленностью, думал об избавлении общества от социального неравенства путем ограничения права на наследование. Однако здесь он был непоследователен: мешала общая утилитаристская основа его юриспруденции, где надо всем довлели интересы защиты частной собственности в виде гарантий обеспечения безопасности, недопустимости "обмана ожиданий граждан".

Принцип пользы привел Бентама к легизму. Право для него - нормы государства, направленные на достижение утилитарных целей, диктуемых

441

человеческими интересами. Он связывает принцип пользы с законодательством через категорию цели в праве, состоящей в обеспечении индивидуальной и общественной пользы и безопасности, в воспитании соответственно понимаемой добродетели с помощью системы правовых поощрений и наказаний.

Бентам стремился сделать из правоведения науку о методах достижения справедливости в условиях порядка. Как известно, писал он, позитивистская теория права разделяет науку права и политику права, претендует на точное исследование права как системы норм, санкционированных государством. Она не отрицает значения идеальных правовых основ, но выводит их за рамки правоведения.

Возникновение юридического позитивизма (легизма) сопровождалось критикой естественного права, которая в правах человека искала масштаб для объективного права. Для Бентама, напротив, нет иного права, кроме норм, санкционированных государством. Однако и эта теория, конечно, не могла обойтись без обоснования действующей системы норм права и путей ее совершенствования, не называя, однако, такое обоснование "правом".

Юстиция Бентама с помощью утилитаризма выполняла такую роль. Он, как и теоретики естественного права, ставил вопрос, каким должно быть право, то есть вопрос об идеальной форме и содержании права, но отвечал на него с помощью "морали пользы", считая, что основой законодательства должна быть практическая индивидуальная и общественная польза, а не идеальные конструкции общественного договора и естественного права. Таким образом, взгляды Бентама отражают тот период развития легизма, когда буржуазия, неудовлетворенная естественно-правовым обоснованием, нуждалась, однако, в обосновании права. Нормы позитивного права еще не казались не требующими внешнего обоснования, кроме самого факта своего существования.

Бентам воспринимал законодательство не только как определенный источник права, но и как мощное средство воздействия на общество, борьбы с произволом, как политическую стратегию. Юридический позитивизм не препятствовал его реформаторской, а подчас и ниспровергательной (по отношению ко многим британским традициям) ориентации. Он боролся с "нелепостями" феодального права. Закон, писал он, должен отличаться ясностью и простотой изложения, быть общедоступен. Отсюда одно из его возражений против запутанной системы общего права, этой "капризной и непонятной властительницы наших судеб". Важнейшее средство придания ясности и стройности системе норм - кодификация.

В начале XIX века Бентам считался чуть ли не оракулом, к которому обращались государственные деятели, прося его советов и используя его идеи в правотворчестве. Он и сам обращался к народам мира, предлагая им свои услуги, утверждая, что он один имеет безошибочное средство установить всеобщее благоденствие на земле. Его большое влияние на юридическую мысль особенно ощущалось помимо Англии и ее колоний в тех странах (Россия, Испания, Португалия, Греция, Латинская Америка), где не произошло буржуазных революций, а потому актуальной была реформа феодального права. Сегодня никто не станет оспаривать преобладающего значения утилитариста в ряду выдающихся юристов Западной Европы. Его иногда сравнивают с Макиавелли, но, конечно, в противоположном смысле - в смысле антитезы автора "Государя".

Последователи Бентама в среде либеральной буржуазии и интеллигенции - бентамисты-радикалы приложили немало усилий для пропаганды и частичного

442

проведения в жизнь бентамовских проектов в правовой области. Его сторонники имелись и среди организаторов чартистского движения.

На тесную связь идей Бентама и реформ в Англии XIX века указывают многие юристы. Влияние Бентама на ее юриспруденцию сравнивается с влиянием А. Смита на экономическую мысль, а сам он превозносится как "Ньютон законодательства". "Британская энциклопедия" утверждает, что многие доктрины Бентама стали частью общепринятого мышления.

Наследие Бентама сегодня, как никогда, актуально. Дело в том, что начиная с 60-х годов XX века для западноевропейской юриспруденции характерно внимание к проблемам гуманизма, соотношения личности и государства. Научно-технический прогресс придал капитализму в Западной Европе второе дыхание, привел к росту общественного богатства - все это, создавая новые иллюзии близости желанного "наибольшего счастья для наибольшего числа людей", привело к ренессансу утилитаризма. К тому же формализм неопозитивизма явно уступал в содержательности утилитаризму, который, как и первый, также вырастал органически из частнособственнических отношений, но превосходил его в юридико-ценностном плане.

Крупный английский юрист В. Фридман в своей книге "Правовая теория" считает, что Бентам "заложил фундамент для новой релятивистской тенденции, которая позднее получила название социологической юриспруденции, и соотнес право с определенными социальными целями и балансом интересов". Он проводит прямую линию от Бентама к Иерингу, а от последнего к социологической ветви права, связанной с именами Эрлиха, Паунда.

С другой стороны, широко распространен взгляд на Бентама как на основоположника позитивистской теории права, предвосхитившего ее дальнейшее развитие, включая идеи Кельзена. Действительно, юридический позитивизм, в том числе в России (Коркунов, Шершеневич), испытал влияние утилитаризма.

Борьба Бентама против иллюзий и "мистических сущностей" в праве высоко оценивается таким ведущим представителем современного позитивизма, как ученый-юрист Харт. По его мнению, Бентам своим анализом логики мышления и языка права предвосхитил современную аналитическую юриспруденцию, а своей борьбой за "демистификацию права" сделал вклад в упрощение и правильное применение правовых понятий.

Много лет считалось, что впервые сформулировал основные положения аналитической юриспруденции - этой английской разновидности позитивизма в праве - Д. Остин, ученик Бентама, придерживавшийся его принципов. Однако после опубликования в 1945 году американским профессором С. Эверестом ранее неизвестной работы Бентама "Определение сферы юриспруденции" последний стал считаться более глубоким и оригинальным теоретиком позитивизма в праве, чем Д. Остин. Другой американский юрист Д. Сэбайн полагает, что Остин едва ли сделал больше, чем "просто собрал вместе и систематизировал то, что было разбросано в обширных и не всегда легко читаемых трудах Бентама".

Глубокий след оставил Бентам в русской юриспруденции. Труды его знали Сперанский, составители Судебных уставов 1864 года. Бентам живо интересовался российскими делами, бывал у нас, пользовался расположением князя Потемкина, переписывался с императором Александром I, Мордвиновым, Сперанским, давал им советы по поводу реформирования государственно-правовых отношений.

443
433 :: 434 :: 435 :: 436 :: 437 :: 438 :: 439 :: 440 :: 441 :: 442 :: 443 :: Содержание


Учебный материал
© bib.convdocs.org
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации