Азаркин Н.М. Всеобщая история юриспруденции - файл B7451Part63-530.html

Азаркин Н.М. Всеобщая история юриспруденции
скачать (935.1 kb.)
Доступные файлы (71):
B7451Part1-5.html38kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part10-90.html26kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part11-97.html30kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part12-105.html35kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part13-114.html26kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part14-121.html25kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part15-128.html31kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part16-136.html30kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part17-144.html28kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part18-151.html28kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part19-158.html27kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part2-19.html37kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part20-167.html29kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part21-175.html28kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part22-182.html26kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part23-189.html29kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part24-197.html25kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part25-204.html26kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part26-211.html27kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part27-218.html26kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part28-225.html44kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part29-237.html34kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part3-29.html38kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part30-246.html30kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part31-254.html26kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part32-261.html27kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part33-268.html33kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part34-277.html35kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part35-289.html29kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part36-297.html30kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part37-305.html28kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part38-312.html27kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part39-319.html23kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part4-39.html31kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part40-325.html31kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part41-333.html28kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part42-340.html26kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part43-347.html38kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part44-357.html30kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part45-365.html38kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part46-375.html22kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part47-381.html30kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part48-389.html31kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part49-397.html34kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part5-47.html27kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part50-406.html35kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part51-415.html38kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part52-425.html29kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part53-433.html41kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part54-444.html39kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part55-454.html42kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part56-465.html39kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part57-475.html26kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part58-482.html41kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part59-493.html31kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part6-54.html33kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part60-501.html44kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part61-513.html31kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part62-521.html33kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part63-530.html29kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part64-538.html32kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part65-547.html32kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part66-555.html22kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part67-561.html31kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part68-569.html39kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part69-579.html33kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part7-63.html31kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part70-588.html31kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part71-597.html16kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part8-71.html44kb.24.09.2008 22:50скачать
B7451Part9-83.html26kb.24.09.2008 22:50скачать

B7451Part63-530.html

530 :: 531 :: 532 :: 533 :: 534 :: 535 :: 536 :: 537 :: Содержание

ЛЕКЦИЯ 62. Психологическая школа права. Лев Петражицкий

Право есть психологический фактор общественной жизни, и оно действует психически. Его действие состоит, во-первых, в возбуждении и подавлении мотивов к разным действиям и воздержаниям (мотивационное, или импульсивное, действие права), во-вторых, в укреплении и развитии одних склонностей и черт человеческого характера, в ослаблении и искоренении других, вообще в воспитании народной психики в соответству­ющем характеру и содержанию действующих норм направлении (педагогическое действие права).

ПЕТРАЖИЦКИЙ

Мысль о том, что юриспруденция связана с человеческой психикой, что в душах людей или психологии различных социальных групп отражается или преломляется право, не нова. Со времен Платона духовный фактор так или иначе учитывался в рассуждениях о праве и государстве. Но только в начале XX века складывается как самостоятельное направление юридической науки психологическая школа права. Ее основными представителями были во Франции Г. Тард, в Германии - К. Рицлер, Г. Рюмелин, Г. Изай, в России - Л. Петражицкий, в США - Р. Вест, П. Сорокин, Н. Тимашев. На ее основе впоследствии сложились другие школы, такие, как реалистическая школа права США в 30-х годах, а после Второй мировой войны - скандинавская школа права Хагерстрёма - Росса.

В недрах этой школы психологический момент в праве из второстепенного становится основным и исходным. Право рассматривается как продукт различного рода душевных установок, инстинктов, эмоций, оно вторично и производно по отношению к психике человека.

Генезис психологической школы связан с процессом приспособления права к новым отношениям, складывающимся в эпоху монополистического капитализма, когда общество вынуждено под воздействием новых социальных условий пересматривать ряд принципов права и законности, считавшихся ранее всеобщими и неизменными. Перемещение центра тяжести в юриспруденции с законодательства на применение права, прежде всего в области суда и отношений граждан друг с другом (гражданского общества), способствовало очищению права от норм, не соответствующих духу времени. Судебные органы, корпорации, реализующие право, во все большей мере выполняли законотворческие по своему характеру функции. В связи с этим возникает кризис правосознания.

Выдающийся русский юрист П.И. Новгородцев так писал об этом периоде: "Подобно тому, как в прежнее время расцвет естественно-правовых начал совпадал обыкновенно с коренным изменением самих основ правосознания, так и в наши дни поворот к отвлеченной идее права знаменует собой некоторый глубокий процесс в жизни и мысли современных обществ. Господствующие учения юриспруденции еще продолжают повторять старые начала, но современное нравственное сознание в своих требованиях к праву значительно ушло вперед. Старые формулы и формы, старые верования, заимствованные еще от XVIII века, не удовлетворяют никого более; там и здесь высказываются новые требования, чувствуется потребность

530

новых начал... с разных сторон и в различных формах все яснее и яснее обозначаются признаки и предвестья новых учений".

Наметилось два пути выхода из кризиса господствовавшего в XIX веке юридического позитивизма (легизма). Первый - своеобразная ностальгия по прошлым, классическим доктринам права, уже испытанным историей. Отсюда многочисленные интерпретации на современный лад томизма, естественного права, кантианства, гегельянства и формирование на этой основе принципиально новых доктрин под такими названиями, как неотомизм, неокантианство, неогегельянство, "возрожденное" естественное право, неореализм. Второй - попытка юристов опереться на новейшие достижения естественных и социальных наук. В начале XX века бурное развитие получили физика, антропология, социология и особенно психология (учение И. Павлова о высшей нервной деятельности, теория психоанализа 3. Фрейда).

Психологическая школа избрала второй путь. На ее методологию большое влияние оказали труды австрийского физика Э. Маха, который утверждал, что мир - это комплекс ощущений. Такова реакция на кризис классической механистической физики. Движение, время, пространство, закономерности бытия, по Маху, субъективны, а потому и наука не имеет объективного содержания. Юристы-психологи заимствовали у эмпириокритицизма (махизма) всецело эмпирическую точку зрения. Ставилась задача исключить из ведения права все метафизические вопросы права (прежние подходы в оценках природы и сущности права), а всю философию, в том числе философию права, свести к естественнонаучной методологии и психологии познания.

Эмпирический подход дополняли агностицизм и феноменализм, также в значительной мере почерпнутые из субъективно-идеалистической философии Маха. Агностицизм ориентировал на поиск относительных истин, отрицая объективный характер права, отстаивая принципиальную непознаваемость сущности правовых явлений. Феноменализм как принцип познания ориентировал юристов-психологов на исследование только права, данного исключительно в юридических фактах, правовых явлениях (феноменах) психологического опыта.

Наиболее яркий представитель психологизма в юриспруденции - наш соотечественник Лев Иосифович Петражицкий (1867-1931). Он родился в Витебской губернии в родовом поместье Коллонтаево, закончил юридический факультет Киевского университета и оставлен на кафедре римского права для приготовления к профессорскому званию, а затем продолжил образование в Берлине. Там начал научную деятельность, написал две книги, статьи по гражданскому праву, в которых, однако, сквозил интерес к более общим вопросам юриспруденции. Критикуя с позиций социальной защиты трудящихся второй проект Германского гражданского уложения 1900 года, он предлагал сформулировать частное право для страны, вступившей в монополистическую эпоху, не столько ссылками на римскую правовую традицию, сколько на действительный ход экономики, ограничивающей свободную конкуренцию, требующей вмешательства государства в социально-экономические и трудовые процессы. Для смягчения социальной несправедливости и предотвращения конфликтов русский юрист хотел теснее увязать нормы права с их реализацией, а затем и вовсе решил создать новую юридическую дисциплину - политику права.

531

Возвратившись в Россию в 1896 году, Петражицкий преподает в Петербургском университете, быстро защищает докторскую диссертацию по гражданскому праву, но интерес к общетеоретическим проблемам юриспруденции у него усиливается, и в 1897 году он с радостью занимает кафедру энциклопедии и философии права, на которой работает весьма плодотворно вплоть до Октябрьской революции.

Его основные произведения - "Введение в изучение права и нравственности", "Основы эмоциональной психологии" (1905) и "Теория права и государства в связи с теорией нравственности" (1907-1910). В них он и осуществил свой синтез теории права с психологией.

Петражицкий вел активную политическую деятельность: был депутатом в Первой государственной думе, членом ЦК Партии народной свободы (кадетов). После октябрьских событий 1917 года и Декрета СНК РСФСР, объявившего кадетскую партию партией врагов народа, эмигрирует в Польшу (по национальности он был поляк). В Варшавском университете Петражицкий возглавляет кафедру социологии, на которой работает до 1931 года, когда в результате депрессии покончил жизнь самоубийством.

Петражицкий понимает право как психический феномен. Он считает, что только в силу незнания его подлинной природы юристы помещают право в пространстве над или между людьми, в "социальной среде", делая из него объективное явление. Для него же право - только субъективное явление, коренящееся в психике индивидов. Право как элемент духовной жизни не вписывалось в традиционную систему психических явлений (сознание, чувство, воля). Петражицкий противопоставил ей свою классификацию. Он подразделяет элементы психической жизни на односторонне-пассивные (сознание и действие), односторонне-активные (воля) и двусторонние, пассивно-активные, содержащие элементы и чувства, и воли. Этому классу явлений Петражицкий дает название эмоций.

Эмоции играют исключительную роль в жизни человека: управляют его телом и душой, вызывая определенные действия, представления и мысли; весь психофизический аппарат перестраивается в зависимости от наличия или отсутствия тех или иных эмоций. Жизнь животных и, в частности, их высшего представителя homo sapiens в подавляющей массе своих функций управляется не сознательной волей, а незримыми пружинами - эмоциями, которые в подсознательной сфере руководят поведением, давая правильные бессознательные реакции на явления внешней среды, и выполняют тем самым высшую биосоциальную функцию сохранения жизни и продолжения рода.

Все эмоции Петражицкий делит на первичные и бланкетные. К первичным относятся эмоции голода, сна, страха, которые активны, носят специально направленный характер, автономны от социальной среды. Это своеобразные пружины поведения, имеющие особые акции (действия) в виде течения слюны, схватывания пищи, выделения желудочного сока и т.п.

Бланкетные эмоции связаны не с биологическими потребностями организма, а с поведением человека в обществе и направлены на других людей или само общество. Они пассивны, бледны, на их основе человек начинает действовать только в том случае, если он общается, если к нему обращаются с просьбами,

532

приказами, запретами, поскольку эти эмоции не имеют ясных и предопределенных акций. Они обладают лишь своеобразным мистически-авторитетным характером, переживаются как внутренняя помеха свободе, как принуждение в сторону того поведения, которое соответствует содержанию соответствующей эмоции в виде обязанности.

Бланкетные эмоции, которые вызывают переживания, ведущие к осознанию нравственных и правовых обязанностей, Петражицкий называет этическими. Обязанности, свободные по отношению к другим, то есть те, в связи с которыми другим лицам ничего не принадлежит, не причитается со стороны обязанных, - нравственные. Обязанности, несвободные по отношению к другим, когда одна сторона должна другой стороне, - правовые. Поэтому право и правоотношения не представляют собой что-то отдельное и отличное от обязанностей. "Наше право есть не что иное, как закрепленный за нами, принадлежащий нам - как наше добро - долг другого лица".

Если помещик Тамбовской губернии А., поясняет свою мысль Петражицкий, имеет право получить от арендатора Б. арендную плату в сумме 500 рублей, то это не значит, что право находится где-то в Тамбовской губернии. Оно находится в психике первого и второго, а также третьего индивида - В., который полагает, что помещик А. имеет право получить 500 рублей, а арендатор Б. обязан их уплатить. То, что с точки зрения одной стороны является ее обязанностью, с точки зрения другой - ее правом, с точки зрения третьего лица - правоотношением между ними. Петражицкий, таким образом, откровенно отказывается рассматривать право как социальное явление и тем самым закрывает путь к целостному пониманию подлинной сущности права. Он пытается с позиций субъективного идеализма представить правовые явления как разновидность и следствие психических переживаний индивида.

Этические эмоции - база для формирования соответствующих социальных норм. Те нормы, которые устанавливают по отношению к другим обязанности, авторитетно предписывают нам известное поведение, но не дают другим никаких оснований к притязаниям на исполнение, Петражицкий именует чисто императивными. Это нравственные нормы. Те же нормы, которые, устанавливая обязанности для одних, закрепляют за другими права притязания, он именует императивно-атрибутивными. Это правовые нормы.

Правовые нормы-эмоции, по Петражицкому, имеют следующие характерные черты: во-первых, "мистико-авторитарный характер понукания к известному поведению", "твердое давление в сторону соответствующего поведения, переживаемое как состояние связанности нашей воли", как сознание долга, обязанности ("императивность"); во-вторых, с этими нормами связано представление индивида о том, что поведение, к которому он считает себя обязанным, причитается другому как нечто ему должное, следующее ему от обязанного, как сознание "своего права", выступающее вовне притязанием ("атрибутивность"). Примером правовой нормы-эмоции Петражицкий называет уплату установленной платы рабочему или прислуге, которая "представляется не причинением особого добра, благодеянием, а лишь доставлением того, что ему причиталось, получением с его стороны "своего", а неисполнение

533

представляется причинением другому вреда, обидой, лишением его того, на что он мог притязать как на ему должное".

Элемент атрибутивности отсутствует в нравственных нормах-эмоциях, согласно которым "наш долг осознается как свободный по отношению к другим" и то, к чему мы считаем себя обязанными, не причитается другому как ему должное от нас. В виде примера называется благотворительность, милостыня.

Юриспруденция, по Петражицкому, - череда бесплодных споров о понятии и сущности права. Правом чаще всего считались нормы, содержащиеся в государственных либо санкционированных государством актах. Естественно-правовое учение поняло узость таких трактовок, но и оно не дало научного взгляда на право, так как опиралось на метафизику. Лишь психологическая интерпретация права делает юриспруденцию подлинно научной. Долги одних, закрепленные за другими, как содержание импульсивного психического состояния - такова суть правовых эмоций, и таково само право.

Право существовало задолго до появления объективного права. Его Петражицкий предложил именовать не термином "естественное право", а термином "интуитивное право". Это такой регулятор человеческого поведения, который приводит к реальному исполнению прав и обязанностей без каких-либо специальных внешних средств принуждения и сформулированных норм. Интуитивное право как первичный и древнейший вид права было в истории "бессознательно удачным массовым психическим приспособлением". В нем выражалось переживание состояния "связанности" (обязанности) перед другими людьми, что позволяло людям приспосабливаться к социальному миру, сосуществовать, сотрудничать друг с другом, разрешать конфликты.

Это право есть во всех сферах жизни людей, где возникают императивно-атрибутивные переживания. Получается, что каждый класс может иметь свое право, что профессиональные союзы тоже формируют свое право. Дело доходит до парадоксов. Признается существование особого "детского" права, складывающегося в психике детей, "разбойного" права, образующегося в психике разбойников, делящих добычу, и т.п.

Обилие интуитивных прав (их "столько, сколько существует индивидов"), чревато конфликтами между людьми и социальными группами, отстаивающими свое право. "В атрибутивном характере права, - писал Петражицкий, - при индивидуальном или массовом различии и несогласии кроется опасное взрывчатое вещество, технический источник разрушения, злобы и мести, и несомненно, что многие миллионы людей на земле потерпели смерть и классы человеческих союзов были разрушены и истреблены вследствие диссонансов атрибутивных норм и несовпадения противостоящих правоотношений".

Отсюда вытекает ценная сама по себе тенденция к позитивации интуитивного права, когда оно определяется "по однообразным для всех внешне распознаваемым признакам". К ним ученый относит писаные и неписаные нормы, действующие в человеческом обществе: и нормы, установленные государством; и нормы, действующие в социальных группах; и различные правила игр, этикета.

Когда интуитивное право опирается на эти нормы как на внешний авторитет, оно превращается в позитивное право - двусторонне эмоциональное состояние,

534

вытекающее из требований какой-нибудь социальной нормы, если индивид ей следует. Для Петражицкого нормы, вызывающие позитивное право к существованию, означают внешний авторитет, внешнюю силу, которая заменяет автономность эмоций личности. Но это по-прежнему сфера субъективного, а не объективного права, как было у юристов-позитивистов или сторонников естественно-правовой концепции.

В соответствии с разнообразными нормами Петражицкий классифицировал виды позитивного права. Обычаи (и правовые, и неправовые) составляют прецедентное право. Правила игр формируют позитивное "игорное право", правила, содержащиеся в научных сочинениях, - "позитивное научное право". Из правил социальных групп, например преступных организаций, возникло "право преступного мира". Признавалось "светское право" и т.д.

Среди нетрадиционных для юриспруденции видов позитивного права особо выделялось официальное право, возникающее под действием норм, созданных государством. К этому праву относились нормативно-правовые акты ("законное право"), а также судебные решения ("преюдициальное право"). Официальное право Петражицкий считал самым эффективным среди иных видов позитивного права. Последнее представляет собой "совершенно микроскопическую величину" в сравнении с тем необъятным множеством житейских случаев, которые регулируются интуитивным правом. Это право, имея широкие масштабы и такие принципы, как "действовать по справедливости", "без лицеприятия", "по доброй совести", - весьма подвижно и гибко реагирует на веления времени. Его роль в жизни общества возрастает. Позитивное право, напротив, консервативно, шаблонно, склонно к окаменению, оно постоянно отстает от потребностей эпохи, поэтому интуитивное право должно оказывать влияние на его создание и реализацию.

Чтобы способствовать развитию и процветанию общества, позитивное (официальное) право должно вобрать в себя ценные и прогрессивные положения интуитивного (неофициального) права, прежде всего аксиомы справедливости. Последнюю, в духе И. Канта, Петражицкий определяет как "этические эмоции, эмоции долга, в которых соответственное поведение сознается не как удобное для известной цели, а как должное независимо от каких бы то ни было целей и расчетов; так что представление или восприятие чужого поступка, представляющегося нам явно и резко несправедливым по отношению к кому-либо, вызывает соответственное этическое порицание или негодование; воспоминание о собственном поступке этого рода вызывает соответственные, этические, угрызения совести и т.д." Он считает, что "переживания справедливости суть интуитивное право".

Справедливость как интуитивное право, в отличие от позитивного, характеризуется индивидуальной изменчивостью, она неодинакова у разных классов и народов, приспособлена к конкретным обстоятельствам, "развивается постепенно и незаметно, без тех осложнений, которые свойственны развитию позитивного права". В ходе неизбежного конфликта между позитивным правом и правом интуитивным "сознание справедливости оказывает давление на разработку, толкование и применение права и является (мирно или революционно действующим) фактором создания, разрушения и изменения позитивного права". Отсюда следовал

535

категорический вывод, что позитивное (официальное) право, нарушающее "аксиомы" интуитивного (неофициального) права, утрачивает справедливый и действенный характер, подлежит отмене.

В этих взглядах отразился критический подход к праву царской России. Для преобразования последнего Петражицкий настаивал на необходимости особой науки - "политики права". "Играя свой сложный психологический концерт на разных струнах человеческой души, политика права может формировать нужные для прогресса и усовершенствования существующего правопорядка эмоции". Он выдвигал план постепенных государственно-правовых реформ воспитания, педагогики правовых эмоций, в духе Иеринга призывал к борьбе за право, к формированию высокой юридической культуры чиновников и граждан. Своевременные реформы, считал он, помогли бы избежать революционных катаклизмов.

В основу политики права Петражицкий кладет на этот раз социологизированный аспект идеи о праве. Право - психический регулятор общественной жизни, оно действует в двух направлениях: во-первых, возбуждение или подавление мотивов к разным действиям и воздержаниям (мотивационное, или импульсивное, действие права); во-вторых, укрепление и развитие одних склонностей и черт человеческого характера, ослабление и искоренение других, вообще воспитание народной психики в соответствующем характеру и содержанию правовых норм направлении (педагогическое действие права).

Политика права использует эти регулирующие свойства права в жизни общества и призвана служить прогрессу и усовершенствованию существующего правопорядка. Ее задачи заключаются в "рациональном направлении индивидуального и массового поведения посредством соответственной правовой мотивации", в "совершенствовании человеческой психики, в очищении ее от злостных, антисоциальных склонностей, в насаждении и укреплении противоположных склонностей". При этом право рассматривается не как совокупность вечных и неизменных норм, а как развивающийся порядок, в котором "огромная масса правил упраздняется и сдается в архив по мере достижения соответственных воспитательных успехов". Действующая в каждый момент система права, по Петражицкому, является "преходящей ступенью социального воспитания" и должна быть по выполнении своей воспитательной функции заменена другой системой правового импульсивного и педагогического воздействия, приспособленной к уже достигнутому уровню народной психики. "Идеалом является достижение совершенного социального характера, господства действенной любви в человечестве".

Обоснование политики права как психологической и юридической науки, тесно связанной с педагогикой, открывало новые рубежи в познании и использовании социальных функций права и не утратило своего значения до сегодняшнего дня.

Своеобразное понимание права вызвало волну критики со стороны известных юристов того времени, особенно представителей движения за возрождение естественного права, поскольку Петражицкий скептически оценивал очередной поворот в этом направлении. Правда, он разделял с ними общие положения: а) право первично по отношению к государству и может существовать в любом человеческом союзе; б) естественное право не тождественно позитивному; в) жизнь человека,

536

его права и свободы - абсолютная ценность; г) демократия необходима как фундамент свободы личности; д) старые учения о праве не соответствуют реальной жизни; право не инструмент насилия со стороны власти, а главный регулятор взаимоотношений в обществе.

Оппоненты Петражицкого считали психологический подход к праву сомнительным с точки зрения науки, так как душевные явления не имеют определенности. Новгородцев усмотрел в учении Петражицкого разновидность юридического позитивизма. Чичерин считал, что право нельзя сводить к субъективным переживаниям, существует еще и объективный закон, который признают все. Право, утверждал он, должно сообразовываться не только с изменяющимися потребностями, но и с "вечными началами", присущими человеческому духу. Субъективное понимание индивидом своего права будет единственным для него, а права другого не будут признаваться. По теории Петражицкого, явлением права может быть и заключение договора с дьяволом, и фантазии сумасшедшего человека. Такая широкая трактовка приводит к размыванию самого понятия права.

Желание Петражицкого воплотить с помощью права "совершенное господство действенной любви в человечестве", считает Новгородцев, есть не что иное, как существующее со времен Христа стремление построить земной рай, ведущее к насильственному насаждению добра. Спекторский же заметил, что физическое и психическое в человеке - лишь необходимые эмпирические условия духовно-правового, которые изучает философия права, а не психология.

Однако новизна теории и заслуги Петражицкого, особенно в области критики юридического позитивизма, признавались всеми его оппонентами. В среде либеральной интеллигенции его призыв различать официальное и неофициальное право прозвучал колоколом, так как просвещенная часть общества остро ощущала противоречие между существующим государственным строем и своими нравственными убеждениями.

Петражицкий содействовал обновлению правовой теории. Он критиковал юридический позитивизм за догматизм и апологетику действующего права. Определение права как явления психики, эмоции не получило широкого признания. То, что Петражицкий понимал как собственно право, большинство современных юристов называет скорее правосознанием, индивидуальным или коллективным. Однако непреходящая заслуга Петражицкого состоит в том, что он привлек внимание к исключительной важности этого явления для правовой теории и практики, раскрыл его влияние на "официальное право".

В методологии Петражицкого много недостатков. Увидев основу права в психике, он не задался вопросом, какие же факторы формируют психику, не обратился к анализу социально-экономической структуры. Однако психологический подход не привел Петражицкого к правовому нигилизму. С оригинальных теоретических позиций он отстаивал либеральные идеи реформы законодательства, правового государства, конституции, демократии

Психологическая школа права сохраняет авторитет до сегодняшнего дня и нуждается в дальнейшей разработке. В нашей стране в последние годы преодолевается односторонне-отрицательное отношение к ней, характерное для советского периода начиная с 30-х годов, когда нормативистское понимание права приобрело официальный характер.

537
530 :: 531 :: 532 :: 533 :: 534 :: 535 :: 536 :: 537 :: Содержание


Учебный материал
© bib.convdocs.org
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации