Шейнов В.П. Манипулирование сознанием - файл n1.doc

Шейнов В.П. Манипулирование сознанием
скачать (4149 kb.)
Доступные файлы (1):
n1.doc4149kb.06.11.2012 23:52скачать

n1.doc

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28
ТАЙНОЕ УПРАВЛЕНИЕ ЛЮДЬМИ
В. П. ШЕЙНОВ


МАНИПУЛИРОВАНИЕ

СОЗНАНИЕМ

Минск «Харвест»
"УДК 159.923+316.6

ББК 88.37+88.5

Ш39

Рекомендовано к изданию кафедрой психологии и педагогического мастерства Республиканского института высшей школы Белорусского государственного университета

Рецензенты:

заведующий кафедрой общей и дифференциальной психологии БГПУ, доктор психологических наук, профессор Л. В. Марищук;

заместитель директора Центра проблем развития образования БГУ, кандидат психологических наук, доценте. А. Полонников.

Шейнов, В. П.

Ш39 Манипулирование сознанием / В. П. Шейнов. — Минск: Харвест, 2010.—768 с.

ISBN 978-985-16-6930-7 (Психология(У))

ISBN 978-985-16-6954-3 (БПП)

В книге раскрываются сущность и психологические основы манипулирования сознанием, описаны механизмы используемых при этом психологических воздействий.

Создана и обоснована модель манипулирования сознанием и показано, как она работает — в избирательных кампаниях, пропа­ганде, информационно-психологических операциях, в политической и коммерческой рекламе. Продемонстрированы неограниченные возможности современных средств массовой информации в части манипуляции сознанием и предложена система защиты от ее разру­шительного воздействия.

УДК 159.923+316.6 ББК 88.37+88.5

ISBN 978-985-16-6930-7 (Психология(У)) ISBN 978-985-16-6954-3 (БПП)

© Шейнов В. П., 2009 © Подготовка, оформление. ООО «Харвест», 2009


АВТОР - ЧИТАТЕЛЮ

Там, где манипуляция является основным средством социального контроля... разработка и усовершенствование методов манипулирования ценится гораздо больше, чем другие виды интеллектуальной деятельности.

Г. Шиллер.

Манипуляции являются одним из негативных элементов во взаимодействии людей. Они составляют хоть и небольшую, но весьма опасную его часть.

Как способ скрытого управления людьми манипуляции ус­ловно можно разделить на два вида: манипуляции межличнос­тные и манипуляции сознанием.

Первые характеризуются относительной кратковременнос­тью и (преимущественно) персонифицированы. Межличност­ным манипуляциям посвящена предыдущая книга «Психоло­гия манипулирования» [298].*

В ней я рассмотрел психологическую сущность манипу­лирования и манипуляторов, построил модель манипуляций, проанализировал наиболее часто встречающиеся манипуля­ции: между руководителями и подчиненными, женщинами и мужчинами, родителями и детьми, учителями и учениками, преподавателями и студентами; манипуляции в деловых отно­шениях и в бизнесе; представил апробированную на практике систему защиты от межличностных манипуляций.

В отличие от первого вида манипулирование сознанием осуществляется длительно. Его жертвами являются большие социальные общности: избиратели, телезрители, радиослушатели,­

[]

читатели газет и журналов, посетители кинотеатров и концертов — одним словом, все мы. Результаты манипулирова­ния сознанием проявляются в нашем восприятии действитель­ности, в соответствующем социальном поведении и сказыва­ются в течение длительного времени. При этом воздействие на массовую аудиторию имеет свои специфические особенности.

В данной книге рассмотрены психологические предпосыл­ки и методы манипулирования сознанием, предложена его мо­дель, показано, что по этой модели осуществляются все виды манипулирования сознанием — в избирательных кампаниях, пропаганде, информационно-психологических операциях, «промывании мозгов» населению, агрессивной рекламе, рабо­те СМИ, обработке членов тоталитарных сект и т. д., предло­жена система защиты от манипулирования сознанием.

Текст книги претерпел изменения (надеюсь, в лучшую сто­рону) под влиянием замечаний, сделанных коллегами, взявши­ми на себя труд чтения соответствующих глав рукописи. За это я благодарен докторам психологических наук, профессорам Л. В. Марищук и В. П. Вишневской, кандидатам психологи­ческих наук, доцентам О. Я. Коломинской, А. А. Полонникову, Л. В. Финькевич.

Свои суждения о данной работе, предложения и замечания чи­татели могут направить по электронному адресу: sheinovl@mail. га.

Заранее благодарен! Автор

Глава1

СУЩНОСТЬ МАНИПУЛИРОВАНИЯ

Ничто нечестное не может быть благодетельным.

Б. Франклин.

Изучение литературы и обсуждение проблемы манипули­рования со специалистами-психологами, с участниками се­минаров и тренингов показало, что существуют определенные расхождения в понимании феномена манипуляции.

Поэтому естественно начать с определения понятия «мани­пуляция».
1.1. МАНИПУЛЯЦИЯ - ЧТО ЭТО ТАКОЕ?

Душевная жизнь сама по себе требует не объяснения, а понимания.

Л. Выготский.

Всякое знание ведет дальше и дальше в глубь тайны.

А. Швейцер.

К настоящему времени накопилось множество определе­ний манипуляции, предложенных различными исследовате­лями.

Чтобы выявить общие тенденции, приведем используемые авторами многочисленных работ определения этого понятия. Итак, манипуляция — это:

— психическое воздействие, которое производится тайно, а сле­довательно, в ущерб лицам, на которых оно направлено [351,4];

— целенаправленное управление [413, 39];

— духовное управление, осуществляемое в результате при­нуждения воздействием иррациональных и эмоциональных средств [438];

[]

— средство порабощения человека [352,144];

— форма духовного воздействия, скрытого господства, управления людьми, осуществленная ненасильственным обра­зом [25, 110];

— побуждение поведения посредством обмена или игрой на предполагаемых слабостях другого [411];

— использование тонких, едва уловимых или нефизически агрессивных способов, таких как обман, подкуп или запугива­ние [320, 233];

— скрытое принуждение, программирование мыслей, на­мерений, чувств, отношений, установок, поведения [305, 26— 49];

— скрытое применение власти (силы) вразрез с предполага­емой волей другого, хорошо организованный обман [361,21];

— стремление управлять, главенствовать, властвовать, вы­игрывать любой ценой, относясь к людям как к вещам; ложь, контроль, цинизм [307, 8,10, 31, 34];

— отношение к другому как к средству, объекту, орудию [231, 84-85];

— мастерское управление или использование [407, 276];

— господство над духовным состоянием, управление изме­нением внутреннего мира [59,120];

— такое структурирование мира (инициатором), которое позволяет (ему) выигрывать [406,156];

— обманное косвенное воздействие в интересах манипуля­тора [438,133-151];

— вид психологического воздействия, искусное исполнение которого ведет к скрытому возбуждению у другого человека на­мерений, не совпадающих с его актуально существующими же­ланиями [79, 59];

— скрывая свои подлинные намерения, инициатор с по­мощью ложных отвлекающих маневров добивается того, что адресат, сам того не осознавая, изменяет свои цели [432,285];

— стратегия социального поведения в личных целях мани­пулятора, противоречащего собственным интересам (адресата) [98,16];

— ловкое скрытое управление для достижения власти и гос­подства с отношением к людям как к объектам, вещам [111, 19-21];

[6]

— скрытое побуждение адресата к переживанию определен­ных состояний, принятию решений и/или выполнению дейст­вий, необходимых для достижения инициатором своих собст­венных целей [238, 30].

Манипулятор — это человек, который эксплуатирует, ис­пользует или управляет другими как вещами в совершенно ущербной манере [308,28].

Наиболее авторитетные словари определяют манипуляцию как:

— скрытое управление и ловкое использование кого-либо часто нечестным путем [398,813];

— использование или управление, чтобы (адресат) делал или думал так, как хочет (инициатор) [399, 384];

— проделка, махинация [183, 273].

Определение манипуляции

Представляется целесообразным дать такое определение понятия «манипуляция», которое вобрало бы то общее, что объединяет приведенные выше определения. Тогда можно надеяться, что накопленный в работах указанных авторов бо­гатый исследовательский материал получит новое звучание в контексте сопоставления и сравнительного анализа.

Содержащиеся в этих определениях характеристики отно­сятся к трем видам понятий.

1. Практически во всех определениях манипуляция рассмат­ривается как специфический способ управления адресатом.

2. В большинстве определений прямо указывается на скры­тый характер воздействия на адресата (а остальные, судя по текстам, подразумевают это).

3. Во множестве определений подчеркивается неблаговид­ность действий манипулятора, идущих вразрез с волей адреса­та и наносящих ему ущерб. При этом инициатор манипуляции получает одностороннее преимущество, а адресат является жертвой подобного скрытого управления им.

Проведенный анализ показывает, что следующее опре­деление манипуляции включает самое существенное из всех известных определений этого понятия: манипуляция — это скрытое управление адресатом со стороны инициатора, при котором последний достигает своих целей, нанося ущерб адре­сату.

[7]

Под это определение манипуляции подпадают и «игры» (по Э. Берну). Согласно определению, данному создателем трансактного анализа, «игры — это серия коммуникативных ходов, выглядящих вполне правдоподобно и характеризующихся скрытыми, порой нечестными мотивами и наличием выигрыша (инициатора. — В. Ш.), содержащими ловушку, какой-то под­вох [22, 37].

Отметим, что под известное определение манипуляции, дан­ное Е. Л. Доценко [79, 59], подпадает не только манипуляция, но и все другие виды скрытого влияния, так что указанное оп­ределение может быть использовано как характеристика любо­го скрытого влияния. Тем более что определение Е. Л. Доценко лишено негативной оценки манипуляции, которая присутству­ет как у всех остальных авторов, так и в массовом сознании.

Имеет место определенное противоречие в отношении к ма­нипуляции. С одной стороны, общепризнано, что это негатив­ное явление. Однако в работах о манипуляции (см., например, цитированные работы Р. Гудина, Дж. Рудинова, Э. Шострома, Е. Л. Доценко) отмечается ее возможная положительная роль. «Манипуляция может производиться и в интересах манипулируемого. Например, для того, чтобы кто-либо другой бросил курить, пить и т. д.» [79, 53].

Рассмотрение манипуляции в качестве частного случая, одной из разновидностей скрытого управления снимает это противоречие: если действия инициатора осуществляются в интересах адресата, то это социально одобряемое, созида­тельное скрытое управление (его можно приветствовать); если же скрытое управление адресатом наносит ему ущерб, то это манипуляция (осуждается в общественном сознании).

Еще одно весьма важное преимущество предлагаемого ав­тором определения манипуляции будет вскрыто при рассмот­рении взаимоотношения понятий «манипуляция» и «макиа­веллизм» в главе 3.

При открытом (явном) управлении цель его доводится до адресата.

Скрытым управлением мы называем такое управляющее воз­действие инициатора, при котором цель управления скрывается от адресата и тот принимает решение/выполняет действие, запланированное инициатором.

[8]

Часто скрытое управление преследует социально одобря­емые цели. Это относится в первую очередь к психотерапев­тической и психокоррекционной работе, а также к процессу воспитания. Например, когда родитель вместо приказов неза­метно и безболезненно управляет ребенком, ненавязчиво по­буждая его к полезным для него действиям, касающимся его здоровья, отношения к учебе, труду, к его взаимоотношениям с окружающими и т. д. Или когда женщина с помощью женских хитростей скрыто управляет мужчиной, помогая ему избавить­ся от вредных привычек (злоупотреблений спиртным, курения, сквернословия и т. д.). Сюда же относится ненасильственное препятствие негативному влиянию, отвлечение от дурной компании. Практика показывает, что в служебных отношениях подчиненные положительно воспринимают ненасильственные методы скрытого управления ими со стороны руководителей. Во всех подобных случаях можно только приветствовать скры­тое управление. Тем более что при этом адресат воздействия сохраняет свое достоинство и сознание собственного выигры­ша. Такое скрытое управление стоит отнести к созидательным.

При созидательном скрытом управлении в выигрыше ока­зывается адресат или обе взаимодействующие стороны.

Из сказанного ясно, что скрытое управление может произ­водиться с различными целями и намерениями инициатора (и, соответственно, с разными результатами), как это представле­но на рис.1:

Рис. 1. Виды скрытого управления

Скрытое управление (СУ)



Выигрыш адресата Выигрыш адресата, Выигрыш иници­атора,

и инициатора проигрыш иници­атора проигрыш адресата

(ассертивное СУ) (альтруистическое СУ) (эгоистичское СУ - манипуляция)
[9]

Ассертивность (англ. assertivenes) — способность человека уверенно и с достоинством отстаивать свои права, не попирая при этом прав других [37, 40]. Ассертивным является поведе­ние, не имеющее целью причинить вред людям.

Альтруизм (от лат. alter — другой) — правило нравственной деятельности, признающее обязанностью человека ставить ин­тересы других людей и общее благо выше личных интересов; установка, выражающаяся в готовности приносить жертвы в пользу ближних и общего блага (противоположный термин — «эгоизм»). Альтруизмом называют также поведение человека (группы), основанное на указанном правиле. Альтруистичес­кое поведение проявляется в добровольной помощи другому человеку, несмотря на риск или жертвы, с которыми эта по­мощь сопряжена [37, 28].

Эгоизм (от лат. ego — я) — ценностная ориентация субъекта, характеризуемая преобладанием в его жизнедеятельности свое­корыстных личных интересов и потребностей безотносительно к интересам других людей и социальных групп. Проявлениям эгоизма присуще отношение субъекта к другому человеку как к объекту и средству достижения своекорыстных целей. В обы­денном словоупотреблении эгоизм выступает как противопо­ложность альтруизму.

Отметим, что в приведенных определениях отсутствует указание на то, реализуются ли соответствующие установ­ки открытым или скрытым образом. Поэтому целесообразно использовать указанные термины и для характеристики соот­ветствующих видов скрытого управления.

Понятно, что ассертивное и альтруистическое скрытое управление социально одобряемы и являются созидательны­ми в плане человеческих отношений. Эгоистическое скрытое управление — манипуляция — социально неодобряемое дейс­твие.

Скрытое управление как вид влияния

Управление (в социальных системах) — это комплекс необ­ходимых мер влияния на общность людей, в которых присутс­твуют «субъект-субъектные» отношения «человек-человек». Объектом управления при этом являются отдельные люди или группы, на которых направлено воздействие субъекта управле­ния [243, 345-346].

[10]

Таким образом, всякое управление (в том числе скрытое и разновидность — манипуляция) суть частный случай влия­ния (воздействия) - один из его видов.

В определении управления присутствуют два термина — «влияние» и «воздействие». Рассмотрим эти понятия и взаимо­отношения между ними.

Психологическое влияние и воздействие

Здесь и далее под влиянием понимается влияние психоло­гическое. Начну с определения этого понятия.

«Влияние (в психологии) — процесс и результат изменения индивидом или группой людей мнений, установок, ценностей, представлений, оценок, намерений и поведения индивидов или группы людей в ходе взаимодействия с ними» [212,53; 211, 66; 233,66; 184,65; 178,66; 248,108].

«Влияние в процессе психологического воздействия — ре­зультат деятельности субъекта воздействия, приводящий к из­менению каких-либо особенностей личности объекта, его со­знания, подсознания и поведения» [243,42].

Интересно сопоставить понятия «влияние» и «власть». Власть опирается на сложившуюся систему отношений, уста­новок, потребностей, стереотипов, статусов и т. д. Влияние же проявляется через их изменение.

В последнем определении влияние рассматривается как ре­зультат психологического воздействия. Естественно, возника­ет вопрос, в каком соотношении находятся понятия «влияние» и «воздействие».

Прежде всего воспроизведем определение понятия «взаи­модействие», даваемое в словарях по психологии (из числа тех немногих, что приводят этот термин).

Воздействие — это достижение изменений в объекте дейст­вия при его взаимодействии с субъектом [126, 102]. Воздейст­вие (в психологии) — это целенаправленный перенос инфор­мации, движения или других агентов от одного участника взаимодействия к другому [248, 36].

По мнению В. Н. Куликова, «из общего определения пси­хики и ее пространственно-временной организации можно за­ключить, что по своей сущности психологическое воздействие представляет «проникновение» одной личности или группы

[11]

лиц в психику другой личности (или группы лиц). Целью и ре­зультатом такого «проникновения» является изменение, пере­стройка индивидуальных или групповых психических явлений (взглядов, отношений, мотивов, установок, состояний и т. п.)» (135,160].

В монографии Т. Кабаченко «Методы психологического воздействия» (2000) дается такое толкование психологического воздействия: «Воздействие психологическое, когда оно имеет внешнее по отношению к адресату (реципиенту) происхожде­ние и, будучи отраженным им, приводит к изменению психо­логических регуляторов конкретной активности человека. При этом речь может идти как о внешне ориентированной, так и внутренне ориентированной активности. Результатом этого может быть изменение степени выраженности, направленнос­ти, значимости для субъекта различных проявлений активнос­ти. Психологическое воздействие может рассматриваться и как процесс, приводящий к изменению психологического базиса конкретной активности, и как результат (собственно измене­ния)» [107,23].

Суть психологического воздействия состоит в том, что от­ражение человеком самых различных внешних воздействий изменяет психологические регуляторы конкретной активнос­ти человека.

Другими словами, можно говорить о психологическом воз­действии, когда затрагиваются психологические механизмы, влияющие на активность человека. При этом речь может идти как о внешне, так и внутренне ориентированной активности. В результате изменяется степень выраженности, направленнос­ти, значимости для субъекта различных проявлений активнос­ти [108,95-96].

Сравнение приведенных определений понятия «влияние» и понятия «воздействие» приводит к выводу, что между ними нет значительных различий. Поэтому не случайно, что Г. А. Кова­лев в своей докторской диссертации «Психологическое воз­действие: теория, методология, практика» ставит между ними знак равенства, объединяет понятия «психологическое воз­действие» и «влияние». Под психологическим воздействием (влиянием) он понимает «процесс, осуществляющий регуля­цию (саморегуляцию) активности взаимодействующих сторон,

[12]

Результатом которого является поддержание их функциональ­ного состояния или изменения состояния хотя бы в одной из них» [120, П].

Фактическая идентичность понятии «воздействие» и «влия­ние» нашло отражение в «Словаре-справочнике по социальной психологии» (2003), где понятия «психологическое воздействие» и «влияние» отождествляются тем, что симметрично опреде­ляются одно через другое: влияние — как составляющая часть воздействия (42), а воздействие — как определенное влияние: «психологическое воздействие — это влияние на людей (на от­дельных индивидов и на группы), осуществляемое с целью изме­нения идеологических и психологических структур их сознания или подсознания, трансформации эмоциональных состояний, стимулирования определенных типов поведения» [243,238].

В силу перечисленных фактов повсюду в тексте книги я буду использовать термины «влияние» и «воздействие» как си­нонимы.

Инициатор и адресат влияния

В процессе манипулирования, как и любого другого пси­хологического влияния (воздействия), участвуют две стороны. Будем называть инициатором влияния ту из них, которая из­начально стремится повлиять на другую сторону; последнюю будем называть адресатом (влияния).

В этом случае инициатора манипулятивного воздействия (влияния) будем называть манипулятором, а адресата — жер­твой манипуляции. Инициатор и адресат могут быть представ­лены как индивидами, так и группами (малыми и большими).

Я предпочитаю эти термины в отличие от других, часто употребляемых, — «субъект» и «объект», мотивируя это тем, что воздействуя на адресата, инициатор сталкивается с его от­ветной реакцией и тем самым также оказывается под опреде­ленным воздействием последнего.

Однако не следует забывать, что у инициатора есть сущес­твенные преимущества: он инициирует воздействие (и это от­ражено термином), и изначально инициатива на его стороне. Он имеет возможность подготовиться к контакту, чем еще бо­лее усиливает асимметрию в возможностях влияния на процесс взаимодействия.

[]
1.2. МАНИПУЛИРОВАНИЕ В НАШЕЙ ЖИЗНИ

Люди не могли бы жить в обществе, если бы не водили друг друга за нос.

Ф. Ларошфуко.

С целью выяснения степени распространенности такого яв­ления, как манипуляция, нами проведен анкетный опрос груп­пы респондентов.

В качестве таковых выступили 460 руководителей разного уровня: директора, главные инженеры, начальники служб и отделов предприятий Министерства промышленности Рес­публики Беларусь и концерна «Беллесбумпром» (145 человек), начальники цехов и их заместители (65 человек), начальники отделов кадров и их заместители (50 человек), руководители среднего звена коммунальных служб (95 человек) и негосу­дарственных фирм (105 человек).

В разных группах от 70 % до 82 % респондентов указали, что им доводилось быть свидетелями, как некто манипулирует дру­гими на работе.

Значительная доля респондентов сообщила, что им дово­дилось быть жертвами манипуляций на работе: по всем рес­пондентам — 33 %, по имеющим высшее образование — 37 %, женщинам — 41 %, мужчинам — 31 %, молодым руководите­лям — 40 %, старшего возраста — 29 %.

На тот же вопрос относительно семьи результаты таковы: 29 % всех опрошенных (независимо от возраста) указали, что им дово­дилось часто или очень часто быть жертвой манипуляций; рес­понденты с высшим образованием и женщины — по 26 %, муж­чины — 31 %. В других сферах жизни намного меньше — 13±2 %.

43 % респондентов признают, что сами манипулируют на рабо­те, 28 % — в семье, с высшим образованием—соответственно 36 % и 30 %. Женщины в семье манипулируют больше, нежели мужчи­ны (38 % против 23 %), старшие руководители — больше младших (на работе 48 % против 38 %, в семье — 34 % против 22 %).

Крайне важными представляются следующие ответы: 85— 88 % респондентов желали бы научиться манипулировать, 92— 95 % — защищаться от манипуляций.

[]

Таким образом, можно определенно утверждать, что мани-пуЛИр0вание является социально значимым и широко распро­страненным явлением [291].

На распространенность манипуляций в западном обществе указывал Эверетт Шостром [307]. Он знакомит нас с манипуля­тором, показывает его портрет. Всмотритесь, говорит он, мани­пулятор подстерегает нас везде и всюду. Это и бойкий продавец, уговаривающий нас купить товар, и родитель, «организующий» карьеру своим детям, и преподаватель, читающий лекции спи­ной к аудитории, и ребенок, требующий купить понравившуюся игрушку, и руководитель, использующий время и таланты под­чиненных в своих корыстных целях, и муж, превративший свою жену в домработницу, и, конечно, «народный избранник», обе­щающий избирателям то, чего не может выполнить, и т. д., и т. п.

Распространенности манипулирования в обществе спо­собствуют несколько обстоятельств.

1. Манипуляция как технология скрытого управления дает власть над людьми. А власть, как известно, сильнейший нар­котик.

Представим, что некто — вынужденно или сознательно — провел успешную манипуляцию. Скажем, переложил на кого-то свою работу и ответственность за нее. Насладился получен­ным результатом. Но вот возникла другая проблема или работа. Бросится ли он на ее исполнение или, памятуя о предыдущем успехе, прежде всего подумает, как бы вновь переложить все на кого-то другого? Жизнь показывает, что он скорее пойдет по второму пути. А поскольку от случая к случаю его опыт бу­дет нарастать, а с ним и искусство манипулирования людьми, то он почувствует вкус именно к манипулятивным действиям. Тем более что каждая победа дает ощущение власти над людь­ми и наслаждение этой властью.

Подмечено, что «из всех страстей человеческих, после са­молюбия, самая свирепая — властолюбие... Ни одна страсть не стоила человечеству стольких страданий и крови, как власто­любие» (В. Г. Белинский).

Автору не раз приходилось становиться свидетелем того, как неловкие поначалу манипуляторы через несколько лет представали истинными асами манипуляции, и это лишь под­тверждает приведенное выше рассуждение.

[15]

2. Как справедливо указывает С. Кара-Мурза, «подавляю­щее большинство граждан не желает тратить ни душевные и умственные силы, ни время на то, чтобы просто усомниться в сообщениях. Во многом это происходит потому, что пассивно окунуться в поток информации гораздо легче, чем критичес­ки перерабатывать каждый сигнал. На это никаких сил не хва­тит...» [111,23].

3. Распространенности манипулирования способствует и готовый инструментарий — наличие высокой техники мани­пулирования, накопленной людьми, отлаженные механизмы управления человеком.

Так, Э. Фромм пишет: «В кибернетическую эру личность все больше и больше подвержена манипуляциям. Работа, потреб­ление, досуг человека манипулируются с помощью рекламы и идеологии... Человек утрачивает свою активную, ответс­твенную роль в социальном процессе, становится полностью «отрегулированным» и обучается тому, что любое поведение, действие, мысль или чувство, которое не укладывается в общий план, создает ему большие неудобства; фактически он уже есть тот, кем он должен быть. Если он пытается быть самим собой, то в полицейских государствах ставит под угрозу свою свобо­ду и даже жизнь, в демократическом обществе — возможность продвижения или рискует потерять работу и, пожалуй, самое главное, рискует оказаться в изоляции, лишенным коммуни­кации с другими».

4. К сожалению, нередко «инкубаторами» манипуляторов являются семья и школа. То, как учатся манипулировать дети у своих родителей, ученики у учителей, студенты у преподава­телей, подробно описано в моей книге «Психология манипулиро­вания» [298].

5. По мнению Эриха Фромма [Фромм, 1992], еще одним ин­ститутом, способствующим манипулятивным тенденциям, яв­ляются рыночные отношения, приводящие к формированию такой суммы знаний о человеке, которая необходима лишь для управления им и контролирования его поведения. Как извест­но, в условиях рынка человек уже не столько человек, сколько потребитель. Рынок стремится обезличить людей, лишить их индивидуальности. Каждая страна, входящая в рыночные от­ношения, избежать этого не может. Отношения между людьми,

[]

считают многие ученые, — это проекция общественных отно­шений. Поэтому нельзя рассматривать личность и ее отноше­ния с другими вне этого контекста. Индивидуальное — есть определенное отражение социальной реальности.

6. Вместе с тем человеческие отношения регулируются и претерпевают влияние со стороны общекультурных ценност­ных установок, характерных для данного этноса. Они во мно­гом связаны с национальными, социокультурными нормами, с ментальностью, являющейся интегральной характеристикой отношений человека и культуры. Различные культуры в разной степени создают предпосылки для манипулятивной деятель­ности независимо от складывающихся рыночкых отношений. I Российский исследователь Л. И. Рюмшина считает, что прагматичные и монологичные, так называемые Я-независи-мые, культуры создают почву для манипуляций. Первые — за счет ориентации на стремление к получению материальной выгоды, монологичные — за счет стремления к контролю над другими и отстраненности от них при сосредоточении на собст­венном «Я». Монокультурный подход характерен для западно­европейской и североамериканской культуры. Я-независимые более, чем Я-зависимые культуры, ориентированы на успех, власть. Естественно, в этом стремлении они чаще подвергают­ся риску, попадают в ситуацию неопределенности, в связи с чем выше вероятность использования манипуляций отдельными гражданами и снисходительного отношения к ним общества. Согласно французскому ученому Московичи, для западного типа общественного устройства характерно то, что оно опира­ется на контроль над средствами информации. Поэтому види­мое господство подменяется внутренним невидимым (манипу­лятивным) господством. Восточноевропейские же, азиатские, южноевропейские, латиноамериканские культуры ориентиру­ются на установление эмоциональных контактов с другими, на соответствие им, что позволяет отнести их к Я-зависимым культурам. При таком подходе, по мнению ряда ученых, фор­мируется взгляд на «Я» как личность зависящую, неотличимую от других [228,18, 19].

[17]

Кроме социокультурных, существуют еще и предпосылки, со­здаваемые тем или иным общественным устройством. Так, то­талитарные режимы в силу недоверия и стремления жестко кон­тролировать общественную ситуацию обесценивают человека, превращают его в «винтик, механизм», которым можно манипу­лировать. Демократические устройства, напротив, предполага­ют признание права на свободу граждан, что в целом уменьшает количество манипуляций [228, 20]. Однако при режиме псевдо­демократии число манипуляций отнюдь не уменьшается: просто одни заменяют другими.

Относительно русского этноса есть некий противовес рас­пространению манипулятивных установок. Об этом также пи­шет Л. И. Рюмшина: «Исходя из особенностей русского этноса, можно говорить, что предпосылки для использования других в собственных целях отсутствуют в нашей ментальное™. Слит­ность «Я» с другими при выраженности жертвенности и жалос­ти будет препятствовать этому, точно так же, как и преоблада­ние эмоционального над рациональным, значимость любви, страданий и лишений. В отличие от американской культуры, где манипулятор — успешный человек (см., например, работы Д. Карнеги), в русской культуре если и будут рождаться мани­пуляторы, то это будет особый тип «кающегося» манипуля­тора. Этому будет способствовать противоречивость русского национального характера [21], невероятным образом сочетае­мые любовь к людям и жестокость, национализм и всечеловеч-ность, слабохарактерность и высший героизм, религиозность и инфантилизм на фоне недостаточного осознания самоцен­ности личности. Не случайно подобный тип (так называемые «лишние люди», например Печорин, Остап Бендер) довольно часто встречается в русской литературе. Используя других в личных целях, чаще всего просто ради развлечения, азарта, от скуки, они в итоге проигрывают, оказываются несчастными, одинокими, страдающими» [227, 36].

Наиболее манипулятивная книга Дейла Карнеги «Как завоевы­вать друзей и оказывать влияние на людей» [Карнеги, 1990] (ма­нипуляция уже в названии — инсценировать дружбу, чтобы до­биваться своей цели) получила хождение в нашей стране в начале 80-х годов XX века. Первоначально она вызвала большой интерес, особенно, по-видимому, у тех, кто не прочь манипулировать окру­жающими. Характерно, что людей, действовавших «по Карнеги», можно было определить сразу: бросалось в глаза несоответствие применяемых конструкций нашему менталитету.

[]

Еще одним свидетельством наличия в нашем обществе оп­ределенного интереса к манипулятивным приемам является тот факт, что на занятиях по скрытому управлению и защите от манипуляций, которые автор проводит в разных аудиториях, регулярно задают вопрос о его отношении к рекомендациям Д. Карнеги. (С удовлетворением констатирую, что резко отри­цательное отношение автора к этим рекомендациям встречает одобрение большинства присутствующих.)

Л. И. Рюмшина пишет: «Можно предположить, что изме­нившиеся в последние годы общественно-политические и социально-экономические условия жизни в России в корне меняют устоявшиеся психологические стереотипы поведения людей, нормы и ценности. Однако менталитет народа, опре­деляющий стереотип поведения этноса и в том числе его борь­бу за выживание и адаптацию, формируется как минимум за 1,5—2 тысячи лет и хотя и претерпевает изменения, но не столь существенные. По данным социологического исследования 1994 года, «доброта» пока является важнейшей чертой русского национального характера, причем чаще всего она указывается в сочетании со «страданием» и «милосердием». Конечно, соци­альный кризис всегда оказывает разрушающее воздействие на менталитет. В подобных случаях, как отмечает 3. В. Сикевич, возникает особый «кризисный менталитет», или «разорван­ное сознание». Именно с таким массовым сознанием русских, считает автор, мы имеем дело сегодня. Нельзя не учитывать и то, что русский менталитет дважды в XX веке подвергался на­сильственной ломке: первый раз в 1917 году в связи с форми­рованием «нового советского человека», второй — с середины 1980-х годов, когда уже советского человека ускоренно превра­щают в «рыночного» в духе западноевропейской, скорее даже американской системы ценностей» [239].

В последнее время в научной литературе широко обсуж­дается возможность изменения характеристик русского эт­носа. Большинство из этих исследований посвящено анализу ценностей. Некоторые их результаты настораживают, так как показывают, что наблюдаются серьезные изменения, затраги­вающие ключевые основы русского национального характе­ра. Наряду с сохраняющимися базовыми ценностями русской культуры в сознании россиян происходит изменение ценностей

[19]

по оси «индивидуализм — коллективизм» в сторону большего индивидуализма. Для молодого поколения значимыми моти­вами поведения становятся стремление к достижению личного успеха, выбор собственных целей, независимость, благососто­яние и установка на социальное неравенство [144]. Последнее может создавать почву для роста манипуляций. Данный автор подтверждает приведенные рассуждения эмпирическими ис­следованиями [229, 36].

Одно из них было направлено на определение манипулятивных склонностей у лиц, воспитанных в русской культу­ре, жителей юга России обоего пола, различного возраста и разных профессиональных групп. Всего было опрошено 516 человек в возрасте 14—50 лет. Результаты исследования по­казали, что высокий уровень выраженности манипулятив-ных склонностей был зафиксирован лишь у 39 исследуемых (7,5 % от общего числа). Среди них в основном предприни­матели, учащиеся торгового колледжа, а также школьники 14—17 лет.

При изучении предпринимателей обнаружилась интересная тенденция: по мере увеличения стажа снижается склонность к использованию манипулятивных техник. В работе это объяс­няется осознанием вреда, наносимого подобного рода взаимо­действием, личности и бизнесу. Юноши и девушки 16—17 лет в большей степени склонны к манипуляциям, чем школьники 14—15 лет, причем у юношей эта тенденция выражена сильнее. В целом это соответствует другим исследованиям [98], показы­вающим достаточно высокую степень склонности к манипули­рованию у молодежи [227, 36].

Естественно было бы предположить, что развитию склон­ности к манипулированию способствует профессия индивида и что, по-видимому, более высокой она окажется у тех, от кого в той или иной степени зависят другие люди.

В частности, в ряде исследований, в которых изучалось пове­дение педагогов средних школ, доля лиц с явно выраженной мани-пулятивной направленностью составила 17% [226], 23 % [227] и 34 % [225], т. е. в среднем 25 %, что в три с лишним раза превы­шает средние показатели, о которых сказано ранее.

Поскольку манипулятор имеет дело не с одним человеком, то у подавляющего числа членов нашего общества складывает­ся впечатление о вездесущности манипулирования, что и пока­зало наше исследование, описанное в начале раздела.

[20]

Представляет также интерес вопрос о влиянии кино, теле­видения и видеопродукции. Коммерционализация телевиде­ния и системы кинопроката привела к тому, что экраны запол­нила в основном более дешевая американская кинопродукция и назойливая реклама. Постоянный просмотр этого месива, особенно молодежью, прививает соответствующие ценнос­ти — стремление к богатству «красивой жизни», индивидуализ­му и т. п. Это отразилось и на лексиконе более молодой части населения: нередко приходится сталкиваться с реакцией, не­привычной для славянской ментальное™, но естественной для американцев: «Это твои проблемы», «О'кеу», «Вау!» и т. п. Как следствие принятия чуждых нам ценностей именно новое по­коление наших граждан более склонно к манипулированию.

Однако есть надежда, что интеллектуальный потенци­ал России все-таки не очень ориентирован на американскую культуру. Проведенные недавно исследования этнических стереотипов показывают, что прототипом образованного ци­вилизованного иностранца российские респонденты (в ос­новном лица с высшим образованием и студенты) называют «немца», а в наибольшей степени россияне симпатизируют Франции (кстати, исторически притягательной для нас) [191]. А отечественные предприниматели занимаются бизнесом по-русски, а не по американскому образцу [284]. Надо думать, что до тех пор, пока ядро русского менталитета будет составлять ярко выраженный примат духовного над материальным [21], а носителем доминирующей шкалы ценностей будет высту­пать православие, задающее особый тон человеческим взаи­моотношениям, манипулирование как сложноорганизованная деятельность не приживется в России. Можно предполагать, что, как и в других странах, рыночные отношения и неопре­деленность общественной ситуации будут провоцировать рост манипулятивных воздействий, но если манипулятивность как таковая и станет чертой национального характера, то не скоро. Субъекты «Я-зависимых» культур склонны к конформизму, но в отношении «своих», а не «других», чужих [227, 39].

Пессимистический взгляд на проблему распространеннос­ти манипулирования мы находим у Э. Шострома. Он считает,

[]

что в любом из нас сидит манипулятор, и, чтобы рассмотреть его, надо всего лишь заглянуть внутрь себя и получше присмот­реться. Среди всего многообразия манипуляторов можно вы­делить несколько основных типов; любой человек располагает полным набором приведенных ниже манипулятивных техник самозащиты, которые нередко используются и для нападения.

1. Диктатор демонстрирует свою силу. Он доминирует, управляет, отдает распоряжения, ссылается на авторитеты и делает все для того, чтобы руководить своей жертвой. В качес­тве разновидностей Диктатора могут выступать Мать-настоя­тельница, Отец-настоятель, Деспот, Босс, Младшие Боги.

2. Слюнтяй обычно выступает в роли жертвы Диктатора и представляет собой его полярность. Слюнтяй выработал и раз­вил в себе блестящий навык справляться с Диктатором. Он по­казывает всем свою чувствительность. Он забывает, не слышит, он пассивен и молчалив. В качестве его разновидностей могут выступать Мнительный, Непроходимый тупица, Уступающий, Застенчивый, Себе-на-уме.

3. Калькулятор стремится во что бы то ни стало контроли­ровать и управлять всем и вся. Он вводит в заблуждение, обма­нывает, пытается перехитрить, провести и надуть, запудривая людям мозги. Таким образом он осуществляет над ними свой контроль. К разновидностям Калькулятора относят Настойчи­вого продавца, Соблазнителя, Покерного игрока, Мошенника, Шантажиста, Резонера.

4. Прилипала являет собой противоположность Калькуля­тора. Он подчеркивает собственную зависимость. Он желает быть ведомым, ищет заботы и готов быть одураченным. Он позволяет другим делать за него его работу. Прилипала прояв­ляет себя в роли Паразита, Нытика, Вечного ребенка, Ипохон­дрика, Требующего внимания, Беспомощного.

5. Задира демонстрирует агрессию, жестокость и недобро­желательность. Он контролирует окружающих при помощи разного рода угроз. Вот его ипостаси: Унижающий, Ненавидя­щий, Головорез и Угрожающий. Женские образы Задиры могут быть представлены в роли Стервы или Сварливой бабы.

6. Славный парень демонстрирует окружающим свою заботу, любовь и сердечность. Он просто убивает своей добротой. В ка­ком-то смысле справиться с ним гораздо сложнее, чем с Задирой ­

[]

ведь вы же не можете нападать на Славного парня! И осо­бенно любопытно, что в любом столкновении или конфликте с Задирой Славный парень почти всегда выигрывает. Он пред­стает перед нами в образах Угодника, Противника насилия, Па­иньки, Невмешивающегося, Добродетельного, Того-Кто-Ни-когда-не-Спросит-что-Ты-Хочешь, Человека-Организатора.

7. Судья все время подчеркивает свою критичность, кото­рая нередко перерастает в скептицизм или критиканство. Он не доверяет никому, он склонен осуждать других, обидчив и злопамятен. Разновидности этого типа — Всезнайка, Порица­тель, Знаток, Коллекционер обид, Обязывающий, Устыдитель, Сравнивающий, Взыскатель и Осуждающий.

8. Защитник противоположен Судье. Он выражает поддерж­ку и не придирается к недостаткам. Он портит окружающих своим чрезмерным сочувствием и своим нежеланием дать им Возможность самостоятельно постоять за себя и самостоятель­но защитить себя. Вместо заботы о собственных нуждах он с головой погружается в нужды окружающих, над которыми ус­танавливает пожизненную опеку. Он может выступать в таких ролях, как Матушка-Наседка, Адвокат, Обеспокоенный-за-Других, Боящийся-за-Других, Пострадавший-за-Других, Му­ченик, Помощник, Альтруист.

Манипулятор, как правило, чрезмерно развивает и подчер­кивает в себе одно или несколько описанных ключевых качеств того или иного типа. Таким образом, он либо играет одну из предложенных в рамках этого типа ролей, либо создает неко­торую их комбинацию. Отношения манипулятора с окружаю­щими его людьми складываются на основании вполне опреде­ленных закономерностей. Так, если он строго придерживается одного из манипулятивных типов, то неизбежно проецирует на окружающих людей его полярность, тем самым превращая их в свои мишени. Так, жены-Нытики недаром часто выбирают себе мужей-Диктаторов и, умышленно удерживая их в этой роли, таким образом осуществляют над ними свой контроль.

Одним словом, как ни парадоксально это звучит, но каждо­му из нас присущ манипулятивный потенциал [308, 29—32].

Наш тезис о распространенности манипуляций будет под­креплен и следующими главами, в которых представлены мно­гочисленные факты манипуляций сознанием наших граждан.

[23]

1.3. ИЗДЕРЖКИ МАНИПУЛЯТИВНОГО ПОВЕДЕНИЯ

Что пользы человеку, если он завоюет весь мир, но потеряет собственную душу.

Евангелие от Матфея.

Манипуляция зародилась из стремления господствовать и контролировать других. При этом манипулятор использует других в собственных целях, причем адресат его воздействия превращается всего лишь в объект посягательств на его само­ценность. Это, безусловно, безнравственная позиция манипу­лятора.

Адресат манипулятивного воздействия является жертвой, поскольку ему наносится ущерб в том или ином виде. Поэто­му неудивительно, что манипулирование ухудшает отношения между людьми.

Я уже говорил, что с накоплением опыта истинный манипу­лятор становится все более техничным и при новом контакте достигает своей цели со все большей вероятностью. Однако, раз за разом побеждая, он создает вокруг себя «выжженное поле»: все больше людей пострадало от него, и со временем окружающие на­чинают понимать сущность этого человека, как бы ловко он ни обставлял свои действия.

Мне известно множество примеров того, как манипуляторы то жизни» в итоге терпели сокрушительное поражение (в карьере, семейной жизни, любви, дружбе): критическая масса недовольства делала свое дело, и окружающие отторгали манипулятора, то есть всякий раз, выигрывая в малом, в итоге он проигрывал в большом.

Проявлением неблагополучия во взаимоотношениях яв­ляются межличностные конфликты. С целью выяснения воз­можной роли манипулирования в их возникновении в уже упо­минавшемся мною анкетном опросе 460 респондентам были заданы соответствующие вопросы.

67 % всех опрошенных оценили манипулирование как при­чину конфликтов на работе. Респонденты с высшим образова­нием — несколько ниже (62 %), женщины — больше мужчин (70 % против 63 %).

[24]

На конфликтность как следствие манипуляций в семье ука-ал 51 % респондентов, 46 % — с высшим образованием, 54 % ужчин, 45 % женщин, 55 % молодых и 47 % более старших.

Относительно других сфер жизнедеятельности этот показатель колеблется от 34 % до 42 %.

Респонденты указали, что конфликт проявляется, «когда поймешь, что ты стал (а) объектом манипуляции». А осознание этого происходит в зависимости от того, насколько умело, технично действует манипулятор. Если неумело и его намерение разгадано сразу, то ему дается отпор, и это сразу приводит к конфликтному противостоянию. Если же манипулятор ловко провел свою комбинацию, то осознание этого адресатом происходит по мере наступления отрицательных для него последствий (нередко спустя значительное время после мани­пуляции). Следовательно, и конфликт возникает значительно позже.

Таким образом, респонденты осознают и учитывают в своих ответах долгосрочные последствия манипулирования. Полученные ответы привели к следующим выводам:

— манипулятивные отношения являются одним из источни­ке конфликтов;

— значимость манипулирования как источника конфликтов вполне осознается теми, кто пострадал от манипуляций [291].

Наличие неблагоприятных последствий манипулирования установлено и в исследованиях (докторской диссертации) Л. И. Рюмшиной. Ее выводы: 1) применение манипуляций нарушает отношения между людьми; 2) уровень удовлетво­ренности браком в супружеских парах ниже в тех семьях, где выраженность склонности к манипулированию наблюдается хотя бы у одного из супругов. При этом чем выше уровень выраженности к манипулированию, тем ниже удовлетворен­ность браком [229, 34]. (Степень склонности к манипулиро­ванию определяется с помощью теста, приведенного в разде­ле 3.1.)

От манипуляций страдает не только их адресат. Э. Шостром подчеркивает, что манипулятор также является жертвой своей жизненной установки. Он считает, что «манипуляция — это псевдофилософия жизни, направленная на то, чтобы эксплуа­тировать и контролировать как себя, так и других» [307, 28].

[]

Оказывается, даже диктаторы, т. е. безусловные и выдаю­щиеся манипуляторы, в итоге оказывались пострадавшими. Приведем лишь несколько фактов, касающихся наиболее из­вестных манипуляторов.

Любопытным представляется наблюдение генерала Г. Гудершна, который считал, что Гитлер «постоянно стремился к тому, чтобы ввести окружающих в заблуждение относительно истинного поло­жения вещей, пытаясь сохранить хотя бы видимость крепости свое­го государственного здания» [74, 613]. Ситуация усугублялась тем, что окружение диктатора не смело ему перечить, говоря ему толь­ко то, что он хотел услышать. В результате Гитлер, классический пример манипулятора, все больше отрывался от действительности, принимая созданный им же самим искусственный мир за реальность.

Чрезмерная концентрация власти в одних руках, атмосфе­ра страха, в которой находятся окружающие диктатора люди, в конечном счете приводит диктатора к отрыву от реальности, созданию вокруг него иллюзорного мира. Современные тира­ны не избежали подобной участи. Так, Саддам Хусейн допускал серьезные просчеты, что и привело его к бесславному концу, поскольку «суждение Хусейна о реальном мире было в корне искажено византийской атмосферой лести и самоуничижения, окружающей его» [4, 342].

По румынскому телевидению часто показывают историчес­кий момент в жизни страны — последнее выступление Н. Чаушеску. «Гений Карпат» решил выступить перед собранным по его указанию почти миллионным митингом в Бухаресте. Он был уверен, что люди поймут своего вождя, поскольку они его любят. Однако стоило ему только подойти к микрофону, как сотни тысяч человек в одном порыве стали скандировать: «До­лой!!!» В одно мгновение традиционный митинг с выражени­ем доверия вождю превратился в митинг протеста, а еще через несколько часов история Румынии совершила крутой поворот.

В известной книге Стефана Цвейга «Жозеф Фуше» [283] показано, что коварный министр вертел всесильным импера­тором Наполеоном как хотел. Даже если сделать скидку на ху­дожественные преувеличения С. Цвейга, демонизацию образа Фуше, проблема тем не менее остается.

Насколько часто сами великие манипуляторы оказывались жертвами манипуляций, прежде всего со стороны своего окружения?­

[]

Так ли уж всесильны были эти «владыки мира»? Пара­докс заключается в том, что манипулятор сам может стать манипулируемым. И тут возникает опасность, потому что такие лидеры окружают себя, как правило, людьми, склонными к манипулированию. Например, Л. Берия, чтобы постоянно быть нужным Хозяину, умудрялся раскрывать заговоры, даже когда их не было. Это хорошо отражено в фильме «Покаяние», когда Варлам Аравидзе говорит: «Как говорил Конфуций, трудно най­ти черную кошку в темной комнате, особенно если ее там нет. Но мы все равно найдем черную кошку в темной комнате, даже если ее там нет». И хотя Сталин прекрасно понимал тактику Берии, тому удалось продержаться на своем месте дольше всех предшественников, так как он умел подкреплять свои интриги конкретными делами («шарашки», атомный проект и т. д.).

Кстати, выдвинутая Э. Радзинским [215] версия о том, что Сталин был фактически убит своими соратниками, которые препятствовали оказанию ему своевременной медицинской помощи после случившегося инсульта (прежде всего Мален­ков и Берия), подтверждает, что даже такие выдающиеся ма­нипуляторы, каким был Сталин, рано или поздно становятся жертвами своих манипуляций.

Сталин так глубоко презирал свое окружение, что даже не допускал мысли, что те решатся на нечто подобное. Желаемое и действительное поменялись местами. А соратники, движи­мые страхом и инстинктом самосохранения (Сталин затевал очередную чистку), из трусости решились на отчаянный шаг.

Как политик воздействует на свое окружение? Методы и способы бывают разные. Например, кажется довольно стран­ным, почему Р. Рейган, который явно не тянул на «гиганта мысли», остается одним из самых популярных и успешных президентов за всю историю США. Секрет прост: Р. Рейган сумел создать команду и заряжать ее на выполнение постав­ленных задач. Сам же он не стремился вникать во все детали, вполне доверяя своим советникам. Это демократический стиль работы, и здесь уместнее было бы говорить об управлении, ме­неджменте, а не о манипуляции [285,16—21].

О разрушительном воздействии манипулятивных установок на самих манипуляторов свидетельствует и психотерапевтичес­кая практика.

[27]

По данным исследования Р. Гарифуллина, лишь 9 % обсле­дованных получают душевное удовлетворение от своих мани­пуляций [63, 389].

Одним словом, как написал поэт И. Губерман:

Живи и пой. Спешить не надо.

Природный тонок механизм:

Любое зло — своим же ядом

Свой отравляет организм.

Но несравненно больший урон манипулятор наносит окру­жающим, ибо для них адресат манипулирования лишь вещь. Эрих Фромм писал, что с вещами можно проделывать разно­образные манипуляции, например критически рассматривать, вскрывать, анатомировать и так далее, при этом не причиняя никакого вреда их природе, их естественной сущности, но че­ловек не вещь [352, 9].

Нельзя вскрыть сущность человека, не причинив ему вреда, точно так же, как невозможно манипулировать им, не делая ему при этом больно. Однако целью современной рыночной машины остается достижение наилучших резуль­татов на поприще взращивания этой «вещности» именно в людях. Как отмечает Э. Шостром, «человек здесь больше не человек, он — клиент, заказчик или постоянный поку­патель. Для менеджера по продажам он — потенциальный клиент, желанная добыча, которая обеспечит его планы на будущее; для портного — костюм, для торговца — счет в банке» [308, 28].

Предпочтение «американской мечты» (стремление к день­гам, популярности, власти и привлекательному имиджу), пропагандируемой американскими фильмами и индивидуа­листической американской культурой, снижает показатели благополучия славянина. Исследования в США также свиде­тельствуют о негативном влиянии этих целей на психологичес­кое благополучие в тех случаях, когда человек отдает им явное предпочтение [228,21].

Наиболее разрушительные последствия манипулятивных воздействий имеют место в случае попадания жертв во все­возможные религиозные секты. Это заведомо манипулятив­ные

[28]

религии, поскольку они заставляют человека поверить в собственное несовершенство, а точнее — ничтожество. Они вселяют в него недоверие к собственной природе, после чего человек начинает испытывать потребность во внешнем ру­ководстве собой. Основатели сект преследуют эгоистические цели личного обогащения и властвования над людьми, под­давшимися их влиянию. Взамен последние получают ложное чувство безопасности, уверенности в своем будущем и в пра­вильности выбранного пути.

Сотни тысяч разрушенных судеб и личных трагедий. Толь­ко в России число членов сект достигло миллиона человек. В России, на Украине, в Белоруссии действует около ста тотали­тарных сект, из них крупных — около сорока. В их число вхо­дят пятидесятники, неопятидесятники, мормоны, мунисты, «Белое братство» и др.

Особую опасность представляют неопятидесятники — в силу своей массовости (только в России их около ста тысяч), безграничной власти пастора над рядовыми членами и жесто­кого порядка, свирепствующего в этой секте.

История свидетельствует, что манипулирование сознанием может отравить разрушительными идеями целые народы.

В свое время идеи национал-социализма (фашизма) стали господствующими в Германии, Испании, Италии. Наиболь­шего расцвета они достигли в Германии благодаря Геббельсу и Гитлеру. Последствия для истории всем известны: десятки миллионов погибших и искалеченных, исковерканная жизнь нескольких поколений ни в чем не повинных людей.

Манипулирование сознанием в СССР было достаточно эф­фективным: пребывая в бесправии и страхе, люди считали, что живут в самой счастливой стране мира, испытывали гордость за свою Родину, сочувствовали безработным на «гнилом» Западе, несчастным американским неграм, угнетаемым народам колоний и т. д. Глубоко укоренилось в сознании то, что государство забо­тится о тебе.

В начале 80-х годов XX века советский народ был самым послушным и безропотным народом в мире. Казалось бы, влас­ти должны этому радоваться, но вдруг оказалось, что они не в состоянии эффективно управлять огромной массой послуш­ных людей, страна лишилась динамизма, начала стремительно

[]

отставать в развитии. Безынициативность людей, которой так упорно добивалась Система, начала бить по ней самой. И тогда М. Горбачев стал призывать народ быть инициативнее, актив­нее. «Давайте раскрутим наш советский маховик. И дело пойдет, пойдет дело», — увещевал генеральный секретарь. Но народ, наученный горьким опытом, не спешил «перестраиваться». Со­ветские люди уже привыкли во всем видеть подвох, не доверять властям. М. Горбачев пребывал в растерянности: людям дают свободу, а они ее не берут! Нужен был сильный импульс, нужна была цель, идея, нужен был лидер, которому бы люди повери­ли. И в этот момент на сцену вышел Борис Ельцин.

«Вот кому можно довериться, вот кто поведет нас, вот кто возьмет ответственность на себя». Да, народ снова сбежал от свободы.

На людей, привыкших к скупой, выхолощенной, дозиро­ванной информации, обрушились потоки сенсаций, разоблаче­ний, признаний, покаяний и т. д. Людям, годами подавлявшим свое собственное «Я», легко было навязать любое суждение. В этой связи вспоминается известный анекдот.

Профессор читает лекцию по философии и без конца цитиру­ет Маркса, Энгельса, Ленина. В конце концов один студент не выдержал и спросил:

— Что вы все классиков цитируете? У вас что, нет собствен­ного мнения?

— Есть, — ответил профессор, — но я с ним категорически не согласен.

Советский человек, не привыкший публично отстаивать свое мнение, верящий газетам, радио и телевидению впоследст­вии нередко оказывался легкой добычей для всякого рода ма­нипуляторов.

В «лихие 90-е» пышным цветом расцвели всевозможные финансовые пирамиды («МММ», «Хопер-Инвест», «Русский дом Селенга», «Властелина», «Тибет» и т. д.), мошеннические компании и банки, от которых пострадали более 10 миллионов вкладчиков. Возникли сотни тоталитарных сект, в которых ма­нипулирование сознанием достигло своего абсолюта.

Надеюсь, что приведенные здесь факты убедят в том, какую грозную опасность представляют для общества и для каждого из нас манипуляции сознанием.

[30]

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28


Учебный материал
© bib.convdocs.org
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации